Оптина пустынь

Оптина пустынь

Оптина Пустынь особенным образом имела неразрывную связь с русской культурой XIX — начала XX веков. Огромное количество богомольцев разного возраста, звания и образования стремились именно в Оптину. А между тем перед 1917 г. в Российской Империи было более 1000 монастырей, около 100 тыс. храмов, т. е. храмы и монастыри были всюду. Но огромный поток богомольцев, минуя «свои» храмы, устремлялся в далекую Оптину, испытывая подчас немалые трудности далекого путешествия. 
Оптина располагается приблизительно в 300 км от Москвы (на берегу реки Жиздра), а от С.-Петербурга и Киева гораздо дальше. Железная дорога в Козельск появилась лишь в начале XX века, да и до сих пор нет прямого железнодорожного сообщения г. Козельска с Москвой, отчего дорога в Оптину и поныне имеет немалые трудности. Но поток богомольцев не иссякает.

 

 

                     Оптина пустынь       часовня на месте убиенных монахов в пустыни                                            Оптина пустынь

Оптина Пустынь — это ее старцы. Понять Оптину — значит понять старчество. Отныне опыт старчества неотъемлемым элементом входит в духовную традицию русской культуры.

Главной святыней обители были ее прославленные боголюбивые старцы, сияние жизни которых продолжает освещать жизненный путь очень многих. Праведники соединяют прошлое и будущее, живых и усопших, земное и небесное. Взгляни на радугу и прославь Сотворившего ее. Прекрасна она в сиянии своем (Сир. 43, 12). Да, воистину, дивен Бог во святых Своих.

Со времени появления старчества в Оптиной пустыни (1829 г.) на нее обильно изливается благодать Святого Духа и вместе с тем «тихий свет» чистейшего пламени Святой Руси. «Саров и Оптина — вот два самых жарких костра, у которых грелась вся Россия» (Г. Федотов).

«Всякая душа ищет тепла сердечного, ласки, утешения, безгрешности. В душе русского человека живет бесконечная жажда праведности, чистоты, желание хоть раз в жизни коснуться безгрешности. В самую сущность русскости входит мечта о совершенстве, жажда приблизиться к нему, помысел о «спасении души», вздох о Божием, взыскание Града, готовность преклониться перед праведником хотя бы только перед смертью» (И. Ильин). И шли люди на богомолье в Оптину. Здесь все было проникнуто благодатным врачующим светом. И не обманывалась душа боголюбца и видела своими очами тех, кого жаждала увидеть. Вот впечатления об Оптиной Н. В. Гоголя: «Нигде я не видал таких монахов. С каждым из них, мне казалось, беседует все небесное. Я не расспрашивал, кто у них как живет: их лица сказывали сами все. Сами служки поразили светлой ласковостью ангелов, лучезарной простотой обхожденья; самые работники в монастыре, самые крестьяне и жители окрестностей. За несколько верст, подъезжая к обители, уже слышишь ее благоухание; все становится приветливее, поклоны ниже и участья к человеку больше» (Письмо А. П. Толстому, 10 июля 1850 г.).

Великий старец прп. Гавриил (Зырянов; 24 сент./7 окт. 1915), полагавший начало подвижничества в Оптиной пустыни (в течение 10 лет), впоследствии вспоминал: «Да, мы чувствовали себя так, как в среде святых, и ходили со страхом, как по земле святой... Я присматривался ко всем и видел: хотя были разные степени, но все они по духу были равны между собой: никто не был ни больше, ни меньше, а были все одно: одна душа и одна воля — в Боге». Действительно, все это богособранное братство представляло одну единомысленную семью. И «если бы ты мог отворить двери сердца их и увидеть душу их и всю красоту внутреннюю, — ты упал бы на землю, не вынес бы сияния красоты, света и блеска их совести» (свт. Иоанн Златоуст).

Но иная слава солнца, иная слава луны, иная звезд; и звезда от звезды разнится в славе (1 Кор. 15, 41). Подобно тому, как небесные светила имеют разную силу света, так и святые бывают разновеликими. Святые старцы в Оптиной пустыни были солнцами.

«Святые Божии человеки во внутреннем своем делании представляются внимающими внутреннему их Посетителю и Деятелю — Господу, благоговеющими пред Ним, от внутренней сладости и неги улыбающимися и внушающими пренебесный покой»; «...вообще святые суть священные водоемы, из которых благодатная вода сообщается прочим верующим»; «...все святый свет, все единое благоухание, как свет солнца, как самый чистый воздух» (св. прав. Иоанн Кронштадтский (20 дек./2 янв. 1908). Имел с Оптиной пустынью и Шамординским монастырем тесные духовные связи).

Но «в Оптиной было много совсем незаметных монахов, несущих всю жизнь самые незначительные послушания и в церкви стоящих где-нибудь в уголке, тихо перебирая четки. Никто никогда не замечал в них каких-нибудь добродетелей, а между тем многим из них был открыт день их кончины, что и сбывалось точно» (пр. исп. Георгий (Лавров)).                                                             Оптина пустыньОптина пустынь

Многие богомольцы оставили самые теплые воспоминания о своем пребывании в Оптиной. «Тому, кто узнал эту чудную жизнь в Оптине, все в сравнении с ней кажется безобразным» (одна мирянка, 1918). «Если кто желает витать между небом и землей, тот должен жить в Оптиной» (архиеп. Дамаскин (Росов; 31 июля/13 авг. 1855) Тульский).
Прп. Антоний Оптинский (7/ 20 авг. 1865), скитоначальник, получил в свое время указ архиерея о переводе его из скита Оптиной пустыни на должность настоятеля Николаевского Черно-островского монастыря. Старец скорбел неутешно, не желая расставаться с любимой обителью. Тогда ему в видении является сам свт. Митрофан Воронежский с сонмом святых в неописуемом сиянии и говорит: «Ты был в раю, и знаешь его, а теперь трудись, не ленись и молись». Вот оценка, данная великим святителем, небесным, райским посланником: скит Оптиной пустыни — это рай.
Трудно с уверенностью сказать, было ли в России когда-либо за всю ее историю место, где в такой степени общество людей приблизилось так близко к идеалу христианских отношений, к райскому жительству, к Царствию Небесному уже здесь, на земле. И это царство просуществовало ровно сто лет. Были, конечно, испытания, скорби, ошибки, не все так безоблачно, но такой духовной высоты общество нигде в России не достигало. Нигде святое братство не имело такого обширного освящающего влияния на свой народ.

Оптина имела и великих святых, но, главное, как отметил свящ. Павел Флоренский, — это уникальность, неповторимость и единственность «гармонического сочетания и взаимодействия духовных сил». Появилось действительно новое общество, состоящее из новых людей силою благодати Святого Духа. Евангелие Христово осуществилось на земле в целом братстве на протяжении ста лет. А в братстве, между прочим, было около 300 человек. «Если сходятся слова и жизнь, они становятся памятниками всей философии» (прп. Исидор Пелусиот). Вот и новая философия, о которой писал о. Павел Флоренский. В других монастырях на Святой Руси было немало святых, но были ли святые братства, подобные Оптиной, сказать трудно. По своему устроению к Оптиной приближается лишь Глинская пустынь (Курская губерния) ХIХ–ХХ вв., но влияние ее на русское общество было намного скромнее.

 
ОБЩАЯ ИНФОРМАЦИЯ ПРО ОПТИНУ ПУСТЫНЬ
Введе́нская О́птина пу́стынь — ставропигиальный мужской монастырь Русской православной церкви, расположенный недалеко от города Козельска Калужской области, в Калужской епархии.
Монастырь находится на расстоянии около 2-х километров на северо-восток от г. Козельска: дорога пересекает реку Жиздру и идет вдоль монастырской рощи. В 1832—1839 годах вокруг монастыря была построена невысокая ограда и четыре наугольные башни. В двух километрах от монастыря, на том же берегу Жиздры, также расположена станция Тупик.
В плане монастырь почти квадратный.

В центре находится главный храм монастыря — Введенский собор.                                  Оптина пустынь

Вокруг собора крестообразно расположены церкви. На севере — церковь Марии Египетской, переделанная в 1858 года из старой трапезной, на юге — Казанская церковь, построенная в 1811 году, на востоке — Владимирская.

За монастырской рощей расположен скит, в котором происходят круглосуточные богослужения. На 2009 год в нём живут 10 монахов. Когда он устраивался, вокруг него было запрещено рубить лес, «дабы навсегда он был закрытым». Здесь ещё целы домики, где останавливались Гоголь и Достоевский. Сохранилась деревянная церковь Иоанна Предтечи (1822), срубленная из того самого леса, который рос на месте скита. Вход в скит для мирян закрыт.

                                                                   Оптина пустыньОптина пустынь

КАК ДОЕХАТЬ, ГДЕ НАХОДИТСЯ
Автобусом

От автобусной станции Теплый Стан, расположенной в 50 м. от станции метро Теплый Стан, ежедневно выезжает автобус по маршруту Москва — Козельск. В метро удобнее выходить из первого вагона от центра, далее — по подземному переходу направо до конца и налево вверх. Пройдя немного вперед, после бензоколонки «ЮКОС» справа увидите автостанцию.

Автостанция
Рейсовый автобус отправляется ежедневно из Москвы в 07:00, 07:30, 07:50, 08:45, 09:45, 10:45, 12:00, 14:00,16:00, 17:00, 18:40. Маршрут в 18:00 ходит в понедельник, вторник, среду, четверг и субботу. Два маршрута в 12:45 и 15:00 идут до Сосенского ежедневно и непосредственно заезжают на автостоянку в монастырь.

Железной дорогой
От Москвы до Козельска прямого железнодорожного сообщения нет, поэтому можно добраться с Киевского вокзала следующими направлениями: 
Москва-Калуга: №6151, №6171, №6157, №6159, №6161 отправление соответственно в 09:20, 12:20, 16:05, 18:19, 20:47. Время в пути 3~3.5 часа. Более подробно можно узнать здесь.
Калуга-Сухиничи: №6131, №6133, №6135, №6137, №6393/6395 отправление в 05:38, 08:38, 12:22, 17:10, 18:08, Время в пути ~2 часа. Более подробно можно узнать здесь.
Сухиничи-Козельск: №6416, отправление соответственно в 20.13. Время в пути 45 мин. Более подробно можно узнать здесь.
Через Козельск проходят транзитом поезда Челябинск — (Могилев, Брест, Минск, Калининград, Гомель, Витебск). Номера этих поездов — 054К, 304Б, 414Б, 426Ч, 054К, 112Б, 605Б, 425У, 413Б, 303Б. Также транзитом останавливается поезд №131У Оренбург — Брест.                                      Оптина пустыньОптина пустынь

На личном транспорте из Москвы
Доехать до Козельска, а далее до монастыря Оптина Пустынь из Москвы - и просто, и сложно одновременно. Просто, потому как дорог много, сложно - по той же причине (проблема выбора). Можно выдвигаться либо по Киевскому шоссе, либо по Калужскому, либо через Подольск. Все они сходятся на кругу за Обнинском. Последние два, правда, несколько раньше. Из-за подмосковных пробок можно воспользоваться Симферопольским шоссе, через Серпухов и Тарусу. Но путь этот по вечерам темен и совершенно безлюден. Крюк получается большой и дорога не очень хорошая, посему, если не ставить целью посещение кольцовских пещер под Ферзиково, то эту дорогу лучше не использовать.

Например, выезжаем из Москвы до Козельска через Подольск до Обнинска. После обнинского круга по киевской трассе до поворота на новую объездную дорогу вокруг Калуги (налево на мост за д. Детчино, примерно 134 км от МКАД, указатель "Калуга-Тула"). Дальше, не заезжая в Калугу, по указателям, коих достаточно, на Козельск.
После моста, проехав пост ДПС, метров через 800 будет правый поворот (налево трасса уходит на Тулу, а нам направо на Козельск).
Эта дорога, соединяющая древние калужские города, известна с незапамятных времен. Почти все населенные пункты, стоящие вдоль нее, имеют очень богатую историю. Вскоре после этого поворота — круг в д. Секиотово со стелой "Калуга", здесь уходим влево.
Через несколько километров, после поворота, будет указатель
Следующее историческое место на нашем маршруте — село Андреевское, названное так по имени героя Куликовской битвы, князя Андрея Калужского, Тарусского и Серпуховского.
Следом за Андреевским — село Корекозево, растянувшееся на несколько километров. В прошлом окрестные места называли монастырщиной, потому что в этих краях стояли пять монастырей. Во время правления Екатерины II все они за исключением древнейшего Лютикова монастыря, который находился на месте нынешнего села Корекозево, были упразднены. Этот монастырь-крепость построен зодчим Лютиковым по поручению князей Воротынских, отсюда и название. До революции здесь находились уникальные памятники архитектуры XVI века. В 1918 году монахи Лютикова монастыря оказали сопротивление представителям советской власти. Позднее монастырь был полностью разрушен.
Перед мостом через Оку — развилка дорог: прямо на Козельск, налево на Суворов и Тулу.
Сразу после поворота дорога поднимается на высокий холм, с которого открывается панорамный вид на город Перемышль и долину Оки. После моста доезжаем до круга, в центре которого стоит стела с надписью «Перемышль» (сам город несколько в стороне), здесь прямо.
Дальше дорога, уже практически без ответвлений, ведет в Козельск. По пути, километров за 20 до Козельска, есть правый поворот к д. Шамордино и Казанской Свято-Амвросиевской женской пустыни. Монастырь построен архитектором Шервудом из красного кирпича, здесь много цветов и великолепный вид на пойму реки Серены. Обитель постепенно залечивает раны, нанесенные годами советской власти, с начала разорения в 1923 году и уничтожения сестер до обустройства в его стенах сельскохозяйственного техникума с комбайном в алтаре Казанского собора.
Уже за несколько километров на подъезде к Козельску замечаешь по левую сторону вдали через поле сияющие голубые с золотом купола Свято-Введенского мужского монастыря Оптина Пустынь. Не пропустите левый поворот с указателем.
После поворота - наслаждаемся прекрасным видом на монастырь Оптина пустынь.
На обратном пути после Подольска можно уходить на близкое Симферопольское шоссе, чтобы избежать пробок на подъезде к Москве. Но можно ехать и по трассе Москва — Киев сразу до МКАД.

Маршрут Калуга — Козельск — Оптина пустынь — одно из основных туристических направлений Калужской области. Поэтому дорога хорошая на всем протяжении. Ситуация с заправками следующая: две АЗС на выезде из Калуги, две около Перемышля и одна в Козельске.

 

                                                    Пасхальная ночь в монастыре                                                    Оптина пустынь

РАСПИСАНИЕ БОГОСЛУЖЕНИЙ В ПУСТЫНЕ
Ежедневно
5:30    Братский молебен у мощей преп. Амвросия, утренние молитвы, полунощница    Казанский храм
7:00    Ранняя Божественная Литургия (часы в 6:40)    Казанский храм
9:00    Панихида после ранней Литургии    Казанский храм
10:00    Поздняя Божественная Литургия (часы в 9:40)    Казанский храм
12:00    Панихида после поздней Литургии    Казанский храм
13:00    Молебен с акафистом у мощей преп. Амвросия    Казанский храм
14:00    Заказные молебны святым (с водосвятием)    Преображенский храм
15:00    Молебен с акафистом Собору Преподобных Старцев Оптинских    Владимирский храм
17:00    Вечернее богослужение (9-й час в 16:45)    Казанский храм
В воскресенье
6:00    Ранняя Божественная Литургия (часы в 5:40)    Казанский храм
8:30    Соборный молебен с акафистом у мощей преп. Амвросия    Казанский храм
8:00    Средняя Божественная Литургия (часы в 7:40)    Преображенский храм
10:00    Поздняя Божественная Литургия (часы в 9:40)    Казанский храм
12:30    Панихида после поздней Литургии    Казанский храм
13:00    Молебен с акафистом у мощей преп. Амвросия    Казанский храм
11:15    Заказные молебны святым (с водосвятием)    Преображенский храм
15:00    Молебен с акафистом Собору Преподобных Старцев Оптинских    Владимирский храм
17:00    Вечернее богослужение (9-й час в 16:45)    Казанский храм
В летний период, при большом стечении народа воскресные и праздничные бдения могут совершаться одновременно в двух храмах — Казанском и Введенском                                Оптина пустыньОптина пустынь

 Исповедь: ежедневно: с 6:00 (в воскресенье с 5:30*) во Владимирском храме. Молитвы перед исповедью начинаются в 6:00 (в воскресенье в 5:30*) и в 9:00.
Накануне воскресных и праздничных дней в храме, где будет совершаться всенощное бдение, в 16:30 читаются молитвы перед исповедью. Исповедь начинается после полиелея.

Св. таинство Елеосвящения (соборование) совершается в посты: Великий, Петров, Успенский, Рождественский (начиная со второй седмицы) по пятницам в 14:00 во Владимирском храме.

Св. таинство Крещения совершается в храме прп. Иллариона Великого: для взрослых в воскресные дни в 13:30, для младенцев в субботу в 13:30. Готовящиеся ко святому Крещению, а также восприемники, должны пройти огласительную беседу, которая проводится по пятницам в 18:00 в том же храме.
Ежедневно, после вечерней трапезы, совершается крестный ход вокруг монастыря. Начало крестного хода от храма Марии Египетской.
По субботам в 13:00 совершается лития в часовне убиенных иером. Василия, ин. Трофима, ин. Ферапонта на братском некрополе монастыря.
По субботам в 14:30 во Владимирском храме совершается соборный акафист Пресвятой Богородице.
В Преображенском храме после водосвятного молебна можно набрать святой воды.

                                                                     Оптина пустынь                         Оптина пустынь
ПРОЖИВАНИЕ ПАЛОМНИКОВ 
В ОПТИНОЙ ПУСТЫНИ
Приезжающим в Оптину Пустынь паломникам предоставляется возможность поселения.
1. Общие паломнические гостевые дома
Восьмиместные комнаты, санузел на этаже, чайная.
Стоимость поселения: 300 руб/ночь
Предварительный заказ мест производится только для организованных паломнических групп по телефону (48442) 50-166

2. Гостевые пятикомнатные домики
Душ, столовая, обед и ужин из монастырской паломнической трапезной.
Стоимость поселения:
одноместная комната - 1000 руб/ночь
двух-трехместная - 800 руб/ночь с человека
четырехместная - 600 руб/ночь с человека
3. Поселение в Предтеченском Скиту
Лицам мужского пола, приезжающим в Оптину Пустынь на длительный срок с целью пожить в монастыре и потрудиться на монастырских послушаниях, после краткого собеседования предоставляется возможность поселения на территории Предтеченского Скита.
4. Гостиница для священнослужителей
Священнослужителям предоставляется возможность поселения в священнической гостинице, расположенной на территории монастыря, в юго-восточной его части.
Для участия в монастырских богослужениях необходимо иметь при себе священническое и командировочное удостоверение, заверенное в епархии.                                        Оптина пустыньОптина пустынь

ИСТОРИЯ ПУСТЫНИ
XV—XVIII века
По преданию, основан в конце XIV века раскаявшимся разбойником по имени Опта (Оптия), в иночестве — Макарий. Синодик Оптиной обители 1670 года, переписанный с древнего синодика, свидетельствует, что уже в XV столетии существовала Оптинская обитель. Она служила убежищем для старцев и стариц, живших в двух разных отделениях под управлением одного духовного отца. Соборное определение 1503 года запрещало совместное проживание в одних обителях инокам и инокиням.
Первые письменные свидетельства об Оптиной пустыни относятся к царствованию Бориса Годунова. В Козельских писцовых книгах (1629, 1630, 1631 годы) значится, что монастырю дано на поминовение о царе Феодоре Иоанновиче (ум. 1598) «на свечи и ладан». По окончании смутного времени Оптина пустынь оправилась от постигших её бедствий, от литовского разорения. Старейшая вкладная книга с 1670 года свидетельствует о вкладах царствующих особ.
В 1689 году началось в монастыре строительство первой каменной церкви Введения Пресвятыя Богородицы с приделом во имя преподобного Пафнутия Боровского.

В XVIII века материальное состояние монастыря было тяжёлым. В 1704 году по указу Петра I Оптина пустынь должна была платить оброк государству, деньги были нужны на строительство Петербурга и на войну со шведами. Этот оброк был обременителен для Оптиной пустыни. По просьбам к прежним вкладчикам можно судить о бедственном положении Оптиной пустыни. К 1724 году в обители было 12 человек.

Оптина пустынь была упразднена в 1724 году по Духовному регламенту и была присоединена к Белёвскому Спасо-Преображенскому монастырю. Все строения деревянные в годы упразднения обители развалились.
В конце 1726 года по указу императрицы Екатерины I Оптина пустынь восстановлена. На основании указа архиепископа Сарского и Подонского Леонида, от 11 июля 1727 года, архимандриту Тихону, настоятелю Белёвского Спасо-Преображенского монастыря Оптиной пустыни было возвращено монастырское имущество.

В 1741 году началось строительство деревянной колокольни. В 1750 году началось строительство нового храма во имя Введения Пресвятыя Богородицы, с двумя приделами: с южной стороны — придел преподобного Пафнутия Боровского, чудотворца, с северной — великомученика Феодора Стратилата. В 1759 году храм уже был почти готов, в этом же году освящён был придел Пафнутия Боровского.

В 1764 года по указу Екатерины II в ходе секуляризационной реформы Оптина пустынь вошла в число заштатных монастырей в Крутицкую епархию.
В 1768 году завершилось строительство нового соборного храма, благодаря богатым вкладам новых благодетелей. В 1770 году по отчету числилось трое монашествующих. В 1773 году в монастыре было всего два монаха — оба глубокие старики.
Положение монастыря стало меняться в 1795 году, когда митрополит Московский и Калужский Платон обратил внимание на нужды обители. В 1796 году он посетил Оптину пустынь, и ему очень понравилось это место. По его настоянию в настоятели обители был назначен иеромонах Авраамий, опытный старец из Песношенской обители. Уже в 1797 году братия обители насчитывала 12 человек.
В 1799 году Оптина пустынь перешла во вновь открытую Калужскую епархию. Епископ Калужский Феофилакт (Русанов) обращал особое внимание на возрождавшуюся обитель.

XIX век
В 1802 году было начато строительство новой трехярусной колокольни в 30 сажень вышины. К ней с обеих сторон были пристроены флигели для братских келлий. В 1804 году было закончено строительство колокольни и левого флигеля, а в 1806 г. построили и правый. В 1805 году было начато строительство Казанского храма, а в 1809 году начали строить больничную церковь с шестью при ней келлиями. Материал на строительство церкви пожертвовал надворный советник Камынин. Оба храма были достроены в 1811 году и освящены преосвященным Евлампием, епископом Калужским и Боровским 26 августа 1811 году — больничная, 23 октября 1811 года освятили Казанскую церковь.
18 января 1809 года по просьбе игумена Авраамия и по ходатайству епископа Феофилакта указом Святейшего Синода штат насельников монастыря был увеличен до 30-ти насельнов (вместе с настоятелем).
В 1821 году в монастыре был устроен скит. Здесь селились особо сподобившиеся «пустынники» — люди, которые многие годы провели в совершенном уединении. Всей духовной жизнью монастыря стал ведать «старец» (настоятель оставался администратором). Со всех сторон к монастырю потянулись страждущие. Оптина стала одним из духовных центров России. Стали поступать пожертвования; монастырь приобрел угодья, мельницу, обустроил каменные здания.

Монастырь в XIX веке.
С Оптиной пустынью связаны эпизоды в жизни некоторых писателей и мыслителей России. В. С. Соловьёв привёз Ф. М. Достоевского в Оптину после тяжелой драмы — смерти сына в 1877 году; он прожил в скиту некоторое время; некоторые детали в «Братьях Карамазовых» возникли под впечатлением этой поездки. Прототипом старца Зосимы явился старец Амвросий (прп. Амвросий Оптинский, канонизирован в 1988 году), живший в то время в скиту Оптиной пустыни.

XX век
23 января 1918 года декретом СНК Оптина пустынь была закрыта, но монастырь ещё держался под видом «сельскохозяйственной артели». Весной 1923 года закрыли сельхозартель, обитель перешла в ведение Главнауки. Как исторический памятник была названа «Музей Оптина пустынь».

На территории монастыря Оптина пустынь в 1931 году был открыт Дом отдыха имени Горького. В ноябре 1939 года, после раздела Польши, по приказу Л. Берии НКВД СССР преобразовал дом отдыха в концлагерь «Козельск-1», где в ожидании обмена военнопленными между Германией и СССР разместили около 5000 польских офицеров.

Во время Великой Отечественной войны на территории Оптиной пустыни сначала был госпиталь, в 1944—1945 году проверочно-фильтрационный лагерь НКВД СССР для возвратившихся из плена советских офицеров, а после войны до 1949 года размещалась воинская часть.
17 ноября 1987 года Советское правительство передало Оптину пустынь Русской Православной Церкви. 3 июня 1988 в надвратой башне обители в день Владимирской иконы Божией Матери состоялась первая божественная литургия.
1 февраля 1990 г. Оптиной Пустыни был возвращен Иоанно-Предтеченский скит.

 
Храмы
Действующие
Введенский собор
Церковь во имя явления Казанской иконы Божией Матери
Колокольня
Храм в честь Преображения Господня

 

                  Святые врата Иоанно-Предтеченского скита в Оптиной пустыни                                              Оптина пустынь

 

Введенский собор — главный храм обители (построен в 1750—1771 годах). Освящен в честь Введения во Храм Пресвятой Богородицы: Имеет три придела: главный — Введения во Храм Пресвятой Богородицы, северный — преп. Амвросия старца Оптинского, южный — Святителя Николая Чудотворца. Святыни: в храме находятся св. мощи преподобных Амвросия и Нектария старцев Оптинских, а также особо почитаемая Казанская икона Божией Матери. Во Введенском храме совершаются ежедневно: полунощница, ранняя литургия, панихида, молебен с акафистом преп. Амвросию. В воскресные дни: ранняя литургия, молебен с акафистом преп. Амвросию.

Храм в честь Казанской иконы Божией Матери (построен в 1811 году, восстановлен и освящен в 1996 году): Престолы: центральный — Казанской иконы Божией матери; северный — свв. великомучеников Георгия Победоносца и Феодора Стратилата; южный — Кресто-воздвиженский. Святыни: в храме находятся св. мощи преподобных Оптинских старцев Моисея, Антония и Исаакия I. Мощи покоятся под спудом, сверху устроены мраморные надгробия с мощевиками для поклонения верующих. Силами монастырских братий-иконописцев, стены храма украшаются фресками, выполненными по древнему способу «влажной» росписи. Это самый большой храм в Оптиной Пустыни, в нём проводится ежедневно вечернее богослужение, а также воскресные и праздничные поздние литургии.

Храм в честь Владимирской иконы Божией Матери (восстановлен на месте полностью разрушенного храма и освящен в 1998 г.): Престол один — в честь Владимирской иконы Божией Матери. Оптина пустынь

Это храм-усыпальница для обретенных 7-10 июля 1998 г. св. мощей преподобных старцев Оптинских: Льва, Макария, Илариона, Анатолия (Зерцалова), Варсонофия, Анатолия (Потапова), Иосифа. Св. мощи семи преподобных старцев перенесены во Владимирский храм 23 октября 1998 г. на празднование памяти преп. Амвросия Оптинского и положены в гранитные раки для поклонения верующих. Во Владимирском храме ежедневно совершаются: исповедь, водосвятный молебен, акафист преподобным Старцам Оптинским.
Храм в честь прп. Илариона Великого (построен в 1874 г.): Находится вне стен монастыря, в одном здании с гостиницей и паломнической трапезной. Престол один в честь прп. Илариона Великого. В этом храме совершаются Таинства для мирян: крещение, отпевание усопших.

 

Храм в честь св. Иоанна Предтечи и Крестителя Господня в Иоанно-Предтеченском Скиту (построен в 1825 г.): Престол один в честь Собора св. Иоанна Предтечи. В этом храме совершаются богослужения по особому скитскому уставу. Паломники допускаются на эти богослужения только в престольные праздники Скита.
Храм в честь иконы Божией Матери «Спорительница хлебов»: Храм построен в 1997—2000 гг. Находится на территории подсобного хозяйства монастыря.

Имеет один Престол, освященный в честь иконы Божией Матери «Спорительница хлебов». Оптина пустынь

Храм в честь Преображения Господня: Заложен 14 августа 2005 года Святейшим Патриархом Алексием II во время его последнего посещения Оптиной Пустыни. Освящён 30 декабря 2007 года наместником обители архимандритом Венедиктом. Храм является новым: на его месте никогда не было храма. Святыни: в храме находятся мощи преподобноисповедника Рафаила (Шейченко). В этом храме несколько раз в неделю совершается Литургия, служатся водосвятные молебны.
В течение дня главные храмы обители: Введенский, Казанский и Владимирский, всегда открыты. Всем желающим благословляется свободный вход и доступ к святыням: чтимым иконам и св. мощам преподобных отцев и Старцев Оптинских.

 
Восстанавливающиеся
Храм в честь свт. Льва Катанского и прп. Иоанна Рыльского с храмом в честь Архангела Михаила в нижнем полуподвальном помещении. Находится на территории Иоанно-Предтеченского скита. В настоящее время в здании храма размещается паломническая гостиница. Ведутся ремонтно-восстановительные работы. В подклетном храме в честь Архангела Михаила служатся водосвятные молебны для паломников, проживающих на территории скита. Посторонние не допускаются.
Храм в честь Всех Святых. Находится на бывшем новом монастырском кладбище за оградой монастыря. После закрытия обители был полностью разрушен, в настоящее время строится заново. На монастырском кладбище (в юго-восточной части монастыря) находятся могилы оптинских иноков: иеромонаха Василия, иноков Трофима и Ферапонта, убиенных сатанистом на Пасху 1993 г. В настоящее время на месте их погребения построена каменная часовня.                                                                 Оптина пустыньОптина пустынь
Собор Оптинских старцев
На Поместном соборе 1988 года прославлен иеросхимонах Амвросий (Гренков). Остальные старцы прославлены в 26 июля 1996 как местночтимые[4], а в 2000 году общецерковно. 25 декабря 2009 года Священный Синод утвердил службу Собору преподобных Оптинских старцев, подготовленную Синодальной богослужебной комиссией, и рекомендовал её к общецерковному богослужебному употреблению.

Иеромонах Никон (Беляев) прославлен в чине преподобноисповедника, расстрелянный большевиками архимандрит Исаакий II (Бобриков) — в чине преподобномученика.

Иеросхимонах Лев (Наголкин) (1768—1841) — первый основатель и вдохновитель оптинского старчества. Выражением евангельской любви была вся жизнь этого старца, проходившая в самоотверженном служении Богу и ближним. Своими подвигами, непрестанной молитвой и богоподражательным смирением он стяжал обильные дары Святого Духа.
Иеросхимонах Макарий (Иванов) (1788—1860) старчествовал в Оптиной пустыни в одно время с преподобным Львом, а после его кончины до самой своей смерти нес великий и святой подвиг старческого окормления. С именем старца Макария связано начало издания в монастыре святоотеческих трудов, которое объединило вокруг обители лучшие духовные и интеллектуальные силы России. Под его духовным руководством находилась не только Оптина пустынь, но и многие другие монастыри, а письма к монашествующим и мирянам, изданные обителью, стали бесценным руководством для каждого христианина в духовной жизни.
Схиархимандрит Моисей (Путилов) (1782—1862) явил удивительный пример сочетания строгого подвижничества, смирения и нестяжания с мудрым управлением обителью и широкой благотворительной деятельностью. Именно благодаря его безграничному милосердию и состраданию к бедным обитель давала приют множеству странников. При схиархимандрите Моисее были воссозданы старые и построены новые храмы и здания обители. Своим видимым расцветом и духовным возрождением Оптина пустынь обязана мудрому настоятельству старца Моисея. 
Схиигумен Антоний (Путилов) (1795—1865) — брат и сподвижник схиархимандрита Моисея, смиренный подвижник и молитвенник, через всю жизнь терпеливо и мужественно несший крест телесных болезней. Он всемерно способствовал деланию старчества в скиту, которым руководил в течение 14 лет. Письменные наставления преподобного старца являются дивным плодом его отеческой любви и дара учительного слова….
Иеросхимонах Иларион (Пономарев) (1805—1873) — ученик и преемник старца Макария. Будучи ревностным защитником и проповедником православной веры, он сумел возвратить в лоно Православной Церкви многих заблудших и отпавших от православной веры.
Иеросхимонах Амвросий (Гренков) (1812—1891) — великий подвижник земли Русской, святость и богоугодность жития которого Бог засвидетельствовал многими чудесами[7], а православный верующий народ — искренней любовью, почитанием и благоговейным обращением к нему в молитве…
Схиархимандрит Исаакий (Антимонов) (1810—1894) — приснопамятный настоятель Оптиной пустыни, сочетавший в себе твердое управление обителью и тончайшее искусство пастырского руководства со смиренным послушанием великим Оптинским старцам и высоким подвижничеством. Делом жизни схиархимандрита Исаакия было хранение и утверждение в обители духовных заветов старчества.
Иеросхимонах Анатолий (Зерцалов) (1824—1894) — скитоначальник и старец, наставлял в духовной жизни не только иноков Оптиной пустыни, но также насельниц Шамординской женской обители и других монастырей. Являясь пламенным молитвенником и подвижником, он был для всех приходящих к нему чутким отцом, терпеливым учителем, всегда делясь сокровищем мудрости, веры и особой духовной радости. Старец Анатолий обладал удивительным даром утешения.                                                   Оптина пустыньОптина пустынь
Иеросхимонах Иосиф (Литовкин) (1837—1911) — ученик и духовный преемник преподобного Амвросия, явивший образ великого смирения, незлобия, непрестанной умносердечной молитвы, старец не раз удостаивался явления Божией Матери. По воспоминаниям современников, многие ещё при жизни иеросхимонаха Иосифа видели его озаренным благодатным божественным светом.
Схиархимандрит Варсонофий (Плиханков) (1845—1913) — скитоначальник, о котором старец Нектарий говорил, что благодать Божия в одну ночь из блестящего военного сотворила великого старца. Не жалея самой жизни, он исполнял свой пастырский долг в русско-японской войне. Старец обладал необыкновенной прозорливостью, ему открывался внутренний смысл происходящих событий, он видел сокровенность сердца пришедшего к нему человека, с любовью пробуждая в нём покаяние.
Иеросхимонах Анатолий II (Потапов) (1855—1922), прозванный в народе утешителем, был наделён Господом великими благодатными дарами любви и утешения страждущих, прозорливости и исцеления. Смиренно неся своё пастырское служение в тяжёлые дни революционной смуты и безбожия, старец утверждал своих духовных чад в решимости даже до смерти быть верными святой православной вере.
Иеросхимонах Нектарий (Тихонов) (1853—1928) — последний соборно избранный Оптинский старец, который подвигом непрестанной молитвы и смирения обрел величайшие дары чудотворения и прозорливости, нередко скрывая их под видом юродства. Во дни гонений на Церковь, сам находясь в изгнании за исповедание веры, неустанно окормлял верующих.
Иеромонах Никон (Беляев) (1888—1931) — ближайший ученик старца Варсонофия, пламенный молитвенник и любвеобильный пастырь, самоотверженно исполнявший старческое служение уже после закрытия Оптиной пустыни, претерпевший мучения от безбожников и скончавшийся в изгнании, как исповедник.
Архимандрит Исаакий II (Бобраков) (1865—1938) — последний настоятель Оптиной пустыни, испытавший всю тяжесть разорения и поругания святой обители. Неся свой крест настоятельского служения в годы испытаний и скорбей, он был исполнен несокрушимой веры, мужества и всепрощающей любви. Четырежды претерпел тюремное заключение. Расстрелян 8 января 1938 и захоронен в братской могиле в лесу на 162-м километре Симферопольского шоссе.

 

Оптинские новомученики
Русской Православной Церковью прославлены в лике новомучеников и исповедников 15 человек, из числа тех, кто пострадал в годы репрессий XX века: преподобномученики Евфимий (Любовичев), Пантелеимон, Лаврентий (Левченко), Серафим, Пафнутий, Рафаил, Игнатий, Викентий, Гурий, Иоанникий, Исаакий; преподобноисповедники Рафаил, Агапит (Таубе), Никон, Севастиан (Фомин); мученик Борис.
На Пасху 1993 года были убиты три монаха монастыря — иеромонах Василий и иноки Ферапонт и Трофим. Все трое были поражены в сердце длинным кинжалом с надписями на ручке «666», «сатана». Через 6 дней был арестован их убийца. Он был признан невменяемым и помещен в лечебницу закрытого типа, где находится и сейчас. В 2008 году над местом погребения убиенных монахов была построена часовня, в честь Воскресения Христова. 
На Страстную Пятницу в 1994 году в лесу, на пути от скита в монастырь, ритуальным сатанинским оружием — длинной иглой — был убит молодой паломник, друг детства послушника Александра, Юрий (Георгий), приехавший в Оптину пустынь на праздник Пасхи из Тольятти.

В 2004 году вышла в свет книга Нины Павловой «Пасха Красная», о трёх Оптинских монахах, убитых на Пасху 1993 года. Жанр книги — летопись событий, составленная на основе воспоминаний о новомучениках и рукописей, оставшихся от них.

В 2006 году в оптинском издательстве вышла книга «Оптина пустынь. Годы гонений», в которую были включены жития новопрославленных святых, составленные игуменом Дамаскиным (Орловским). В следующем году был опубликован первый выпуск «Оптинского альманаха», большая часть которого посвящена гонениям советского периода. Также готовится к выходу сборник «Жития новомучеников и исповедников Оптиной пустыни».
 В этот сборник войдут жития преподобномучеников Евфимия (Любовичева), Лаврентия (Левченко), Иоанникия (Дмитриева), Серафима (Гущина), Рафаила (Тюпина), Гурия (Самойлова), Пафнутия (Костина), Игнатия (Даланова), Викентия (Никольского), Евтихия (Диденко), Марка (Махрова), Авенира (Синицына), Саввы (Суслова), мученика Бориса Козлова, преподобноисповедников Никона (Беляева), Рафаила (Шеченко), Севастиана (Фомина), а также письма преподобноисповедника Рафаила в полном объёме.

Настоятели и наместники
Макарий (Опта) (основатель)
Сергий (упом. 1625)
Феодор (упом. 1630) иером.
Дорофей (1688 — ?) иером.
Моисей (1700—1709) игумен
Дорофей (1709 — ранее 1716) игумен
Иосиф (упом. 1716) игумен
Леонид (1717—1724)
Авраамий (1731 — ?)
Пафнутий (1760—1762), игумен
Моисей (1762—1763), игумен
Филарет (1763—1765)
Никанор (1765 — 27 марта 1768)
Серапион (1768—1770) иеромонах
Аристарх (3 декабря 1770 — январь 1775)
Феодосий (1775—1779) иеромонах
иеромонах Корнилий (1779—1780)
Александр (1780—1782)
Андрей (1783—1789) иеромонах
Иосаф (1789—1792) иеромонах
Антоний (1792—1795)
Иосиф (1795—1796) иером.
Авраамий (1796—1817) игум.
Маркелл (1817 — 1819), игумен
Даниил (Александров) (1821—1825), игумен
Моисей (Путилов) (1825 — 16 июня 1862) схиархим.
Исаакий (Антимонов) (1862 — 22 августа 1894) схиархим.
Досифей (Силаев) (1894—1899) архим.
Ксенофонт (Клюкин) (1899 — 30 августа 1914)
Исаакий (Бобраков) (30 августа 1914—1923) архим.
Иосиф (Братищев) (1987—1988)
Евлогий (Смирнов) (23 мая 1988—1990)
Венедикт (Пеньков) (с 1990)
 

                                Оптина пустынь      река Жиздра, святая обитель                                                      Река Жиздра

ОПТИНА ПУСТЫНЬ И РУССКАЯ КУЛЬТУРА
Оптина Пустынь особенным образом имела неразрывную связь с русской культурой XIX — начала XX веков. Огромное количество богомольцев разного возраста, звания и образования стремились именно в Оптину. А между тем перед октябрьским переворотом 1917 г. в Российской Империи было более 1000 монастырей, около 100 тыс. храмов, т. е. храмы и монастыри были всюду. Но огромный поток богомольцев, минуя «свои» храмы, устремлялся в далекую Оптину, испытывая подчас немалые трудности далекого путешествия. 
Оптина располагается приблизительно в 300 км от Москвы, а от С.-Петербурга и Киева гораздо дальше. Железная дорога в Козельск появилась лишь в начале XX века, да и до сих пор нет прямого железнодорожного сообщения г. Козельска с Москвой, отчего дорога в Оптину и поныне имеет немалые трудности. Но поток богомольцев не иссякает.

Оптина Пустынь — это ее старцы. Понять Оптину — значит понять старчество. Отныне опыт старчества неотъемлемым элементом входит в духовную традицию русской культуры. Сюда к старцам приезжали И. В. Киреевский (12/25 июня 1856) и Н. П. Киреевская (14/27 марта 1900); П. В. Киреевский (25 окт./7 нояб. 1856); Н. В. Гоголь (21 февр./6 марта 1852); поэт В. А. Жуковский (1852); славянофилы: А. С. Хомяков (23 сент./6 окт. 1860); И. С. Аксаков (27 янв./9 февр. 1886) и К. С. Аксаков (7/20 дек. 1860); поэт Ф. И. Тютчев (1873); писатель И. С. Тургенев (1883); акад. М. П. Погодин (8/21 дек. 1875), писатель и историк; акад. С. П. Шевырев (8/21 мая 1864), проф. МГУ, литературный критик, историк, поэт, журналист; поэт князь П. А. Вяземский (1878); известные благотворительницы графиня А. А. Орлова-Чесменская (в монашестве Агния; 5/18 окт.1848) и княгиня Т. Б. Потемкина (1869); граф А. П. Толстой (21 июля/3 авг. 1873), обер-прокурор Синода (человек святой жизни: непрестанно молился, носил вериги, со своей женой, графиней Г. Толстой (1889), всю жизнь договоренности жили, как брат с сестрой); писатели А. К. Толстой (1875) и Ф. М. Достоевский (28 янв./10 февр. 1881); композитор П. И. Чайковский (1893) и его брат М. И. Чайковский (биограф композитора и составитель либретто для большинства его опер, духовный сын оптинских старцев. 
Петр Ильич иногда в письмах к брату глубоко воздыхал, что не может вместе с ним отправиться ставшую для него святой Оптину Пустынь); Н. Г. Рубинштейн (1881), основатель и первый директор Московской консерватории; графиня А. И. фон дер Остен-Сакен (1841), урожденная Толстая, воспитательница до 13 лет писателя графа Л. Н. Толстого, праведница, святой жизни; почти все Гончаровы (родственники А. С. Пушкина по жене Н. Н. Гончаровой); поэт А. М. Жемчужников (1908); государственный и общественный деятель, писатель И. Филиппов (1899); министр народного просвещения А. С. Норов (1871); А. И. Апухтин (1893), поэт, литературный критик; М. А. Максимович (1873), проф. МГУ; А. Н. Муравьев (30 авг./12 сент. 1874), духовный писатель, богослов и историк; философ Д. Юркевич (1874); знаменитый герой войны 1812 г. генерал И. П. Кульнев (1812); критик Н. Н. Страхов (1896); В. И. Аскоченский (1879), писатель, историк, издатель; С. А. Бурачек (1876), кораблестроитель, математик, публицист, издатель; В. С. Соловьев (31 июля/13 авг. 1900), религиозный философ, поэт; философ К. Н. Леонтьев (в монашестве Климент; 12/25 нояб. 1891); С. М. Соловьев (1942), поэт, прозаик, религиозный публицист, друг поэта А. Белого; граф Л. Н. Толстой (7/20 нояб. 1910), писатель и великий ересиарх; Великий Князь Константин Константинович Романов (4/17 июля 1905), президент Императорской Академии Наук, поэт К. Р., драматург, религиозный философ; дети К. Р. — Великие Князья: Олег (1914), поэт; Игорь, Иоанн и Константин (5/18 июля 1918) замучены большевиками в Алапаевске, Великая Княгиня Татиана (в монашестве Тамара — игумения Спасо-Вознесенского монастыря на горе Елеон в Иерусалиме); духовный писатель Е. Н. Погожев (псевдоним Поселянин; 30 янв./ 12 февр. 1931), новомученик; духовный писатель С. А. Нилус (1/14 янв. 1929) и его жена Е. А. Нилус (10/23 апр. 1938); поэт С. А. Есенин (1925); известный меценат С. В. Перлов (13/26 дек. 1910) с женой А. Я. Перловой (1918), на деньги которого возведено большинство построек Шамординского монастыря; М. А. Новоселов (1938), церковный публицист, издатель «Религиозно-философской библиотеки», ревнитель Православия, новомученик (по мнению некоторых исследователей, принявший монашество и епископский сан — еп. Марк), и многие члены его религиозного кружка: свящ. Павел Флоренский, прот. Иосиф Фудель (2/15 окт. 1918), прот. Сергий Мансуров (2/15 марта 1915) и другие; князь Н. Д. Жевахов (1938), товарищ обер-прокурора Св. Синода; К. Э. Циолковский (1935); Л. В. Чижевский (1929); граф Юрий Олсуфьев (1939), искусствовед, исследователь древнерусского искусства, археолог; граф Владимир Комаровский (23 окт./5 нояб. 1937), искусствовед, иконописец, новомученик.

Среди братии монастыря было немало тех, кто имел серьезное научное и культурное образование: иером. Климент (Зедергольм; 30 апр./13 мая 1873), искренний подвижник, переводчик творений святых отцов, замечательный знаток древнеэллинской словесности, духовник К. Н. Леонтьева; архим. Леонид (Кавелин; 22 окт./4 нояб. 1891), археолог, агиограф, знаток древностей, выдающийся ученый; архим. Серапион (Машкин; 20 февр./5 марта 1905), философ; иером. Даниил (Болотов), иконописец, портретист, член Петербургской Академии живописи; иером. Алексий (Виноградов; 13/26 мая 1919), выдающийся синолог, знаток Китая (чтобы изучить собранные им китайские рукописи Оптину пустынь посетил академик Н. И. Кондрад).
Приезжали в Оптину многие иностранцы: была одна африканская царевна; сенатор Н. О. Тизенгаузен (лютеранин). Да и многие иностранцы принимали Св. Православие здесь.

Любила Оптину Пустынь и бывала здесь прмц. Великая Княгиня Елисавета (5/18 июля 1918), настоятельница Марфо-Мариинской обители. Духовник обители прот. Митрофан (архимандрит Сергий (Серебрянский), исповедник, 23 марта/5 апр. 1948 г.) был духовным сыном прп. Анатолия Оптинского, Младшего (30 июля/12 авг. 1922). Оптинские старцы были хорошо известны Императору Николаю II и Его Семье. В Оптине после октябрьского переворота 1917 г. жил несколько лет личный врач Императора А. В. Казанский, служивший прежде на императорской яхте «Штандарт»; после побега из плена он с любовью лечил оптинских монахов.

Бывали в Оптине И. М. Концевич своей женой Е. Ю. Концевич (в монашестве Нектария; 6/19 марта 1989), известные деятели духовной жизни русской эмиграции. Посещал обитель и известный религиозный философ В. В. Розанов (24 янв./6 февр. 1919), изменивший в значительной степени свои взгляды в сторону церковности именно под влиянием общения с Оптиной.

Большинство из вышеназванных лиц не просто посещали монастырь, а были духовными чадами оптинских старцев, разнося свет Оптиной по всей стране. В 20-х годах у стен Оптиной пустыни жили художник Л. А. Бруни (1948) с женой Н. К. Бруни (Бальмонт); Бальмонт Е. А.; М. Ф. Мансурова (Самарина); поэтесса Н. А. Павлович (18 февр./ 3 марта 1980); Г. В. Чулков (1939); А. Рещикова (Угримова), переводчица трудов В. Н. Лосского. Вокруг Льва Бруни в монастыре (уже после его официального заткрытия — декрет СНК от 23 янв. 1918 г.) складывается своего рода художническое братство — «коммуна пастухов всемирного искусства», которую власти отказались регистрировать. В этот же период сюда приезжали художники Е. Татлин, П. Львов, В. Киселев, Н. П. Ульянов. Дважды бывала здесь поэтесса Анна Ахматова (1966). Многократно посещали обитель С. Н. Дурылин (1954), писатель, известный искусствовед; Михаил Чехов (1955), великий актер, режиссер, руководитель 2-го МХАТа; С. И. Фудель (1977), духовный писатель, исповедник; писатель И. С. Соколов-Микитов (1975); П. В. Митурич.

В конце 1927 или в начале 1928 г. к старцам приезжали Г. К. Жуков (1974), в будущем великий русский маршал, и Г. М. Маленков, впоследствии Председатель Совета Министров СССР.
Уже в 60–70-х годах поклониться могилам оптинских старцев приезжали скульптор С. Т. Коненков, академик Г. Петровский, ректор МГУ.
После возвращения монастыря Церкви в 1988 г. оптинским святыням приезжали поклониться очень многие писатели: В. Распутин, В. Белов, В. Солоухин, В. Ганичев, И. Золотусский, А. Солженицын — всех и не перечислить.

Одним из первых представителей русской культуры общероссийского масштаба путь в Оптину проложил И. В. Киреевский, основоположник (вместе с А. С. Хомяковым) славянофильства, с которого «начинается перелом русской мысли» (А. И. Герцен). Все философские работы И. В. Киреевского этого направления, после знакомства с прп. Макарием Оптинским (7/20 сент. 1860), были исканием выхода из духовного кризиса, к которому привел европейскую цивилизацию «самодвижущийся нож разума, не признающий ничего, кроме себя и личного опыта», «самовластвующий рассудок», оторвавшийся «от всех других познавательных сил человека» и лишивший жизнь «своего существенного смысла». Истина, по Киреевскому, доступна только «верующему мышлению», которое «заключается в стремлении собрать все силы души в одну силу». «Надо отыскать то внутреннее средоточие бытия, где разум, и воля, и чувство, и совесть, прекрасное и истинное, удивительное и желаемое, справедливое и милосердное, и весь объем ума сливаются в одно живое единство и, таким образом, восстанавливается существенная личность человека в ее первозданной неделимости». Образцом этого целостного мышления стала для Киреевского (и всего кружка славянофилов) восточная патристика, а живое воплощение «духовной цельности жизни» он нашел в Оптиной пустыни, в ее старцах, которыми «истины... были добыты... из внутреннего непосредственного опыта и передаются нам как известия очевидца о стране, в которой он жил».
«Существеннее всяких книг, — писал И. В. Киреевский А. И. Кошелеву, — найти святого православного старца... которому ты бы мог сообщить каждую мысль свою и услышать о ней не его мнение, более или менее умное, но суждение святых Отцов... Такие старцы, благодаря Богу, еще есть в России, и если ты будешь искать искренне, то найдешь». Для самого Киреевского таким старцем стал прп. Макарий Оптинский. Благодаря знакомству с «оптинским духом», христианское предание предстало перед Киреевским не как совокупность древних текстов, но как явление живой духовной преемственности в современной истории, уходящей своими корнями в апостольские времена.

Именно прп. Макарий Оптинский и И. В. Киреевский пришли к идее оптинского книгоиздательства, обратившего на себя внимание всей образованной России. У старца Макария, у других оптинцев и в оптинской библиотеке было собрано немало рукописных переводов прп. Паисия (Величковского); несколько рукописей молдавского старца, полученных от иером. Филарета (Пуляшкина; (28 авг./10 сент. 1842), старца Новоспасского, оказались у Н. П. Киреевской. Из сегодняшнего далека трудно себе представить, что в тогдашней, официально православной России идея издания этих рукописей могла казаться дерзким новшеством, и старец Макарий сомневался в ее осуществимости по цензурным соображениям. Действительно, в 1793 г. в С.-Петербурге усилиями С.-Петербургского и Новгородского митрополита Гавриила (Петрова-Шапошникова; (26 янв./8 февр. 1801) было издано «Добротолюбие», а позже, на протяжении около 50 лет, не было издано ни одной православной книги, за исключением богослужебных. Книжный рынок был переполнен книгами католическими и протестантскими, издавался «Сионский вестник», проповедующий откровенную ненависть к христианству. И все это печаталось с разрешения цензуры в православном государстве.

Благодаря обращению Киреевских к знакомому им свт. Филарету, митр. Московскому, это препятствие было преодолено, и в 1847 г. вышла первая книга оптинского издания — «Житие и писания молдавского старца Паисия Величковского». Оптинская библиотека духовной литературы, к началу XX века насчитывавшая около двухсот названий, стала любимым детищем старца Макария и И. В. Киреевского. От подготовки и печати переводов прп. Паисия постепенно переходили к самостоятельным переводам с греческого. Оптинское издательство было неким повторением дела самого старца Паисия, собравшего вокруг себя переводческий кружок. И в короткий срок в русский читательский обиход был введен ряд образцовых книг для духовного чтения и размышления.

Ближайшими помощниками прп. Макария в самой Оптиной были прп. Амвросий (Гренков; 10/23 окт. 1891), будущий преемник старца; иером. Леонид (Кавелин), в будущем архимандрит и наместник Троице-Сергиевой Лавры, автор многочисленных трудов по церковной истории, археологии и археографии; иером. Ювеналий (Половцев), будущий архиеп. Виленский и Литовский; иером. Климент (Зедергольм), бывший магистр классической филологии Московского университета. Из светских ученых, помимо самого И. В. Киреевского, в оптинских изданиях принимали участие С. П. Шевырев, М. П. Погодин и другие. Помогали и бывший ректор Московской Духовной Семинарии архим. Леонид (Краснопевков; 15/28 дек. 1876), впоследствии еп. Ярославский; бывший инспектор Московской Духовной Академии архим. Сергий (Ляпидевский; 11/24 фев. 1898), будущий митрополит Московский; Ф. А. Голубинский (22 авг./4 сент. 1854), проф. Московской Духовной Академии, впоследствии священник. Первые книги были выпущены в свет в значительной мере на средства Киреевского. Он же наблюдал за их печатанием, смотрел корректуры, переводил новые тексты, обсуждал со старцем трудные вопросы патристической терминологии. Их совместными трудами были изданы сочинения прпп. Исаака Сирина, Иоанна Лествичника, Максима Исповедника, Аввы Фалассия, Аввы Дорофея и других учителей духовной жизни.

Из писем И. В. Киреевского к прп. Макарию видно, с какой почтительной любовью, но и с какой внутренней свободой он относился к своему старцу. Он посылал прп. Макарию на просмотр свои работы, статьи А. С. Хомякова, просил его советов и указаний. Благодаря влиянию старца Макария, на всем учении ранних славянофилов лежит отсвет «оптинского христианства». После смерти И. В. Киреевского в 1856 г. А. С. Хомяков писал: «С Киреевским для нас всех как будто порвалась струна с какими-то особыми мягкими звуками, и эта струна была в то же время мыслию».

И. В. Киреевский был похоронен в Оптиной, близ Введенского собора. Московский святитель митр. Филарет (Дроздов) удивился тому, какой высокой чести удостоился сей православный философ. Вскоре здесь же был похоронен его брат П. В. Киреевский, собиратель русских народных песен. А через четыре года, когда умер прп. Макарий, могилы учителя и ученика оказались рядом.

Труды славянофилов послужили основой для появления некоторых важнейших государственных идей России. Славянофильство в значительной степени обязано своим рождением Оптиной Пустыни. И. В. Киреевский является, несомненно, одним из основателей и столпов славянофильства. Государственные идеи философа, не совсем верно понятые, послужили появлению новой реформы всей государственной политики Российской Империи. Эта новая государственная политика называется имперской идеей или русским империализмом, определяющим началом и центром которой является мощная централизованная государственность. Теперь быть русским — значит быть верноподданным Императора Всероссийского, гражданином Империи. Учение Церкви отводит мощной государственности роль лишь средства к «житию мирному», «во всяком благочестии и чистоте», как условию удобнейшего и скорейшего спасения души человека, как «ограде церковной», обеспечивающей надежную защиту народным святыням.

 

ГОГОЛЬ И ОПТИНА ПУСТЫНЬ
«…Поблагодарите Бога прежде всего за то, что вы русский», – так писал в 1844 году русский православный писатель Николай Васильевич Гоголь. Двадцатого марта по церковному календарю исполняется 200 лет со дня его рождения. Этому талантливому писателю посчастливилось побывать в святой Оптинской обители трижды. Первое его посещение состоялось в июне 1850 года. Направляясь из Москвы в Одессу по настоятельному совету И.В.Киреевского, он решил заехать по дороге в монастырь вместе с сопровождавшим его М.А.Максимовичем.

За две версты Гоголь со своим спутником вышли из экипажа и пошли пешком до самой обители. На дороге они встретили девочку с миской земляники и хотели купить у нее ягоды, но ребенок, видя, что они – люди дорожные, не захотел взять от них денег и отдал им щедрые дары леса даром, сказав при этом: «как можно брать со странных людей!» «Пустынь эта распространяет благочестие в народе», – заметил тогда Гоголь, умиленный трогательным поведением девочки.

О посещении своем Оптиной Пустыни в июне 1850-го года Гоголь написал графу А. П. Толстому такие слова: «Я заезжал по дороге в Оптинскую Пустынь и навсегда унес о ней воспоминанье. Я думаю, на самой Афонской горе не лучше. Благодать видимо там царствует. Это слышится в самом наружном служении... Нигде я не видал таких монахов, с каждым из них, мне казалось, беседует все небесное. Я не расспрашивал, кто из них как живет: их лица сказывали сами все. Самые служки меня поразили светлой ласковостью ангелов, лучезарной простотой обхожденья; самые работники в монастыре, самые крестьяне и жители окрестностей. За насколько верст, подъезжая к обители, уже слышишь ее благоухание: все становится приветливее, поклоны ниже и участие к человеку больше. Вы постарайтесь побывать в этой обители».

 

В это посещение Николай Васильевич пробыл на благодатной оптинской земле три дня. Здесь он познакомился с игуменом Моисеем, Старцем Макарием, монастырской братией. В это время произошло знакомство писателя с Петром Александровичем Григоровым, впоследствии монахом Порфирем. Последний оставался для писателя верным и преданным другом до самой своей кончины. В отце Порфирии писатель увидел человека начитанного и образованного, который стал для него приятным и остроумным собеседником. Он изменил представление Гоголя о монахах и монашестве вообще. Писатель с удивлением увидел человека, хотя и отошедшего от радостей земных, но наделенного талантом большого и ясного ума, имевшего оригинальную точку зрения на многие общественные вопросы тех лет, вокруг которых разгорались жаркие споры.

В этот приезд Николай Васильевич имел разговор с отцом Макарием, который знал писателя еще до личного знакомства. Старец Макарий прочел книгу Гоголя «Переписка с друзьями» и вложил свой письменный отзыв во внутрь этой книги, стоявшей на полке Оптинский библиотеки. Вот что писал Старец: «... Виден человек, обратившейся к Богу с горячностью сердца. Но для религии этого мало. Чтобы она была истинным светом для человека собственно и чтобы издавала из него неподдельный свет для ближних его, необходима и нужна в ней определительность. Определительность сия заключается в точном познании истины, в отделении ее от всего ложного, от всего лишь кажущегося истинным. Это сказал Сам Спаситель: Истина освободит вас (Ин. 8, 3). В другом месте Писаная сказано: Слово Твое истина есть (Ин. 17, 17).

Старец Макарий
Посему, желающий стяжать определительность глубоко вникает в Евангелие, по учению Господа направляет свои мысли и чувства. Тогда он может отделить в себе правильные и добрые мысли и чувства. Тогда человек вступает в чистоту, как и Господь сказал после Тайной вечери ученикам Своим, яко образованным уже учением истины: Вы чисти есте за слово, еже рех вам (Ин. 15, 3). Но одной чистоты не достаточно для человека: ему нужно оживление, вдохновение. Так, чтобы светил фонарь, недостаточно одного вымывания стекол, нужно, чтобы внутри его была зажжена свеча. Сие сделал Господь с учениками Своими. Очистив их истиною, Он оживил их Духом Святым и они сделались светом для человеков. До принятия Духа Святого они не были способны научить человечество, хотя и были чисты. Сей ход должен совершаться с каждым христианином, на самом деле, а не по одному имени: сперва просвещение истиною, потом просвещение Духом. Правда, есть у человека врожденное вдохновение, более или менее развитое, происходящее от движения чувств сердечных. Истина отвергает сие вдохновение, как смешанное, умерщвляет его, чтобы Дух, пришедши, воскресил его в обновленном состоянии. Если же человек будет руководствоваться, прежде очищения его истиною, своим вдохновением, то он будет издавать из себя и для других не чистый свет, но смешанный, обманчивый, потому что в сердце его лежит не простое добро, но добро смешанное со злом, более или менее. Всякий взгляни на себя и поверь сердечным опытом слова мои: как они точны и справедливы, скопированы с самой натуры. Применив сии основания к книге Гоголя, можно сказать, что он издает из себя и свет и тьму. Религиозные его понятия не определены, движутся по направлению сердечного, неясного, безотчетного, душевного, а не духовного. Так как Гоголь писатель, а в писателе от избытка сердца уста глаголют (Мф. 12, 34), или: сочинение есть непременная исповедь сочинителя, по большей частью им не понимаемая и понимаемая только таким христианином, который возведен Евангелием в отвлеченную страну помыслов и чувств и в ней различил свет от тьмы, то книга Гоголя не может быть принята целиком и за чистые глаголы истины. Тут смешение. Желательно, чтобы этот человек, в котором видно самоотвержение, причалил к пристанищу истины, где начало всех благ. По сей причине советую всем друзьям моим по отношению религии заниматься исключительно чтением святых отцов, стяжавших очищение и просвещение, как и апостолы, и потом уже написавших свои книги, из коих светит чистая истина и которые сообщают читателю вдохновение Святого Духа. Вне этого пути, сначала узкого и прискорбного для ума и сердца, всюду мрак, всюду стремнины и пропасти. Аминь».

Оптинский скит
Отец Порфирий познакомил писателя со святой обителью, ее историей, Гоголь побывал также в скитской библиотеке, знаменитой своими замечательными рукописями, с благоговением ознакомился с подлинными святынями – болгарскими переводами восьмидесяти постнических слов св. Исаака Сирина. Позднее, в 1851 году, на полях первого тома «Мертвых душ» (экземпляра, принадлежавшего графу А.П.Толстому} Гоголь оставил замечание, свидетельствующее о том огромном впечатлении, которое произвело на него знакомство с творениями преподобного Исаака Сирина; «...Жалею, что поздно узнал книгу Исаака Сирина, великого душеведца и прозорливого инока. Здравая психология и не кривое, а прямое понимание души встречаем лишь у подвижников-отшельников. Человеку, сидящему по уши в житейской тине, не дано понимание природы души».

С интересом писатель осмотрел хозяйственные постройки обители, пчельник, стараясь вникнуть в детали, мелочи монастырской жизни. Если помещичий, чиновничий быт был знаком Гоголю, то монашеский совсем неведом. И всюду непременным спутником писателя был о. Порфирий (Григоров). Знакомство переросло в дружбу. Гоголь оставил замечательную характеристику П.А.Григорова, дошедшую в передаче Л.И. Арнольди: «У меня в монастыре есть человек, которого я очень люблю... Некто Григорьев, дворянин, который был прежде офицером, а теперь сделался усердным и благочестивым монахом и говорит, что никогда в свете не был так счастлив, как в монастыре. Он славный человек и настоящий христианин; душа его такая детская, светлая, прозрачная! Он вовсе не пасмурный монах, бегающий от людей, не любящий беседы. Нет, он, напротив того, любит всех людей, как братьев; он всегда весел, всегда снисходителен. Это высшая степень совершенства, до которой только может дойти истинный христианин... Покуда человек еще не выработался, не совершенно воспитал себя, хотя он и стремится к совершенству... Таковы все эти монахи в Пустыни: отец Моисей, отец Антоний, отец Макарий; таков и мой друг Григорьев».

По приезде своем в Васильевку 18 июля 1850 года Гоголь пишет о. Порфирию о том неизгладимом впечатлении, которое оставила Оптина Пустынь в его сердце: «Ваша близкая небесам пустыня, радушный прием ваш оставили в душе моей самое благодатное воспоминание, Весь ваш Н.В.Гоголь. Прилагаю при всем десять рублей серебром на молебствие о благополучном моем путешествии (по святым местам в Иерусалим) и о благополучном окончании сочинения моего [второго тома «Мертвых душ»], на истинную пользу души моей...». Письмо это передал о. Порфирию племянник Н.В.Гоголя Николай Павлович Трушковский, сын сестры писателя Марии Васильевны, будущий первый биограф и издатель сочинений Гоголя. О нем писатель просит о. Порфирия: «...Покажите ему все в вашей обители. Мне бы хотелось, чтобы она в нем оставила самое благодатное воспоминание, чтобы он помнил, что есть берег, куда можно [будет] пристать и быть бесопасну от самых сильных кораблекрушений...»

В ответном письме (29 июля 1850 года) о. Порфирий написал Гоголю в свойственной ему манере: «Любвеобильное письмо ваше получил с удовольствием и признательностью, как от человека, которого давно привык уважать за талант, коим славится отечество наше. Природа скупа на таких людей, как Вы, и рождает их веками, за то и века помнят их! Что значит перед талантом, знатность и богатство, минутная слава, которая мелькнет как метеор и погрузится в лету... Признательное отечество не забудет Вас! Дай Бог, чтобы таланты Ваши не увлекли [Вас] в гордыню, конечно, невозможно не сознавать и не чувствовать в себе достоинств гениальных; но если они будут в смиренном духе относиться с благодарением к Богу, который даровал дух премудрости, дух разума, дух страха Божия; тогда воистину блаженны и преблаженны, почтеннейший Николай Васильевич! Пишите, пишите и пишите для пользы соотечественников, для славы России, и не уподобляйтесь оному ленивому рабу, скрывшему свой талант, оставивши его без приобретения, да не услышите в себе гласа: ленивый и лукавый раб (Мф. 25, 26). Следующее письмо о. Порфирия – ответ на письмо Н. В. Гоголя от 30 декабря 1850 года, которое не сохранилось: «26 января 1851 года. Оптина Пустынь. Достопочтеннейший Николай Васильевич! С удовольствием прочитал письмо Ваше от 30 декабря прошлого года и радуюсь, что наш даровитый соловей не улетел в далекие поля – в теплый край за синее море! Но порхает еще на пажитях своих. У нас ревизует Калужскую губернию сенатор Давыдов и открыл злоупотребления в Жиздринском уезде о премиях, которые даются за волчьи хвосты, и в восемь месяцев украдено суммы 12 000 серебром, В наших местах говорят, что если б этот эпизод попался под перо ваше, то новый “Ревизор” явился бы на сцену или родилась бы целая поэма под названием “Волчьи хвосты”. Когда будете в Калуге, то у губернатора легко будет узнать подробно историю волчьих хвостов. Препровождаю к Вам обещанные мною книги Затворника Задонского Георгия. С моим полным уважением богомолец и слуга монах Порфирий».

В свое второе посещение Оптинской земли в июне 1851 года Гоголь уже не застал в живых возлюбленного друга. Братия монастыря рассказала писателю о кончине, о. Порфирия и проводила его на кладбище, где еще чернел свежий могильный холмик. Смерть человека, которого он любил, глубоко потрясла писателя и повиляла на его скорый отъезд – Гоголь уехал после того как отстоял Литургию, а затем панихиду на могиле о. Порфирия. Вот, как описал в своем дневнике преподобномученик Евфимий, этот приезд Николая Васильевича: «Полудни прибыл поездом из Одессы в Петербург писатель Николай Васильевич Гоголь. С особенным чувством благоговения отслушал вечерню, панихиду на могиле своего духовного друга, монаха Порфирия Григорова, потом всенощное бдение в соборе. Утром в воскресенье третьего числа он отстоял в скиту Литургию и во время поздней обедни отправился в Калугу, поспешая по какому-то делу. Гоголь оставил в памяти нашей обители примерный образец своего благочестия».

Последний, третий раз, Гоголь был в Оптиной Пустыни 23–25 сентября 1851 года, проездом из Москвы в Васильевку на свадьбу сестры. Он не мог не заехать в Оптину. В это последнее посещение Оптиной Пустыни Гоголь не единожды встречался и беседовал с о. Макарием.

Оптинский скит
Сохранилось прощальное письмо, которое Николай Васильевич отправил из гостиницы Старцу: «Еще одно слово, душе и сердцу близкий отец Макарий. После первого решения, которое имел я в душе, подъезжая к обители, было на сердце спокойно и тишина. После второго как-то неловко, и смутно, и душа не спокойна. Отчего Вы, прощаясь со мной, сказали: “В последний раз”? Может быть, все это происходит оттого, что нервы мои взволнованы: в таком случае боюсь сильно, чтобы дорога меня не расколебала. Очутиться больным посреди далекой дороги – меня несколько страшит. Особенно когда будет съедать мысль, что оставил Москву, где бы меня не оставили в хандре. Ваш весь».

Отец Макарий, тут же на обороте письма Гоголя ласково ответил писателю: «Мне очень жаль Вас, что Вы находитесь в такой нерешимости и волнении. Конечно, когда бы знать это, то лучше бы не выезжать из Москвы. Вчерашнее слово о мире при взгляде на Москву было мне по сердцу, и я мирно вам сказал о обращении туда, но как Вы паки волновались, то уж и недоумевал о сем. Теперь Вы должны сами решить свой вояж, при мысли о возвращении в Москву, когда ощутите спокойствие, то будет знаком воли Божией на сие. Примите от меня образок ныне празднуемого угодника Божия Сергия; молитвами его да подаст Господь Вам здравие и мир. Многогрешный иеромонах Макарий. 25 сент. 1851 г .». Оптинский Старец Варсонофий своим духовным чадам свидетельствовал о желании писателя навсегда остаться в благословенной обители, «Есть предание, – рассказывал преподобный Старец, – что незадолго до смерти он говорил своему близкому другу: “Ах. как я много потерял, как ужасно много потерял...” – “Чего? Отчего потеряли Вы?” – “Оттого, что не поступил в монахи. Ах, отчего батюшка Макарий не взял меня к себе в скит?”». Желание Гоголя уйти в монастырь подтверждается и свидетельством сестры писателя, Анны Васильевны, рассказывавшей, что в то время он «мечтал поселиться в Оптиной Пустыни».

В 1853 году мать Николая Васильевича Гоголя, Мария Ивановна, к Троицкой родительской субботе прислала в Оптину Пустынь письмо и деньги на поминовение сына. Старец Моисей ответил ей проникновенным письмом: «Почтеннейшее ваше письмо от 19-го сего мая и при оном пятьдесят рублей серебром от усердия Вашего имел честь получить, согласно христианскому желанию Вашему на приношение в обители нашей при Божественной Литургии выниманием частей о упокоении незабвенного и достойного памяти сына Вашего Николая Васильевича. Благочестивые его посещения обители нашей носим в памяти неизгладимо. По получении нами из Москвы печального известия о кончине Николая Васильевича, с февраля прошлого 1852 года исполняется по душе его поминовение в обители нашей на службах Божьих и навсегда продолжаемо будет с общебратственным усердием нашим и молением премилосердного Господа: да упокоит душу раба Твоего Николая в Царствии Небесном со Святыми...»

________________________________________________________________________________

ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ И ФОТО:
Команда Кочующие
http://www.optina-pustin.ru
Сайт Фотосайт
http://www.optina.ru
Канонизация святых в Русской Православной Церкви после Собора 1988 г.
 Деяния юбилейного освященного Архирейского собора Русской Православной церкви о канонизации
 Журнал № 131 заседания Священного Синода от 25 декабря 2009 года
 Житие преподобного Амвросия Оптинского
Храм святых первоверховных апостолов Петра и Павла в Ясенево — Московское подворье Свято-Введенского ставропигиального монастыря Оптиной пустыни
Храм Успения Пресвятой Богородицы на Васильевском Острове — Санкт-Петербургское подворье Свято-Введенского ставропигиального монастыря Оптиной пустыни
Глеб Запальский. Оптина пустынь и её воспитанники в 1825—1917 годах. — М. : Рукописные памятники Древней Руси, 2009. — 416 с. — 800 экз.
Маштафаров А. В. Воспоминания И. М. Картавцевой о паломнических поездках в Оптину пустынь (1917—1923 гг.) //Вестник церковной истории. 2010. № 1-2 (17-18). С. 128—144.
Оптина Пустынь: Рассказы, притчи, поучения: Сост. по трудам Преподобных Оптинских старцев Макария, Антония, Амвросия, Анатолия, Варсонофия, Нектария, Никона. М.: Братство святого апостола Иоанна Богослова, 2011. 320 с., Серия «Духовная библиотека», 5 000 экз., ISBN 978-5-89424-073-2
Переписка Константина Зедергольма со старцем Макарием Оптинским (1857—1859) / [Сост. Г. В. Бежанидзе]. — М.: Изд-во ПСТГУ, 2013. — 383 с.: илл. ISBN 978-5-7429-0717-6
Оптина Пустынь «Годы гонений» «Жития новомучеников и исповедников» / Сост. Игумен Дамаскин (Орловский). — Козельск: Оптина пустынь, 2007. — 184 с. — 10 000 экз. — ISBN 359-68-5-554.

Комментарии

аватар: Кэп

Оптина пустынь

Преподобный Варсонофий, в миру Павел Иванович Плиханков (1845-1913), бывший штабной офицер, полковник, оставил мир уже в немолодом возрасте. В 1889 году он впервые посетил Оптину пустынь, а в 1891 году по благословению старца Амвросия поступил в Иоанно-Предтеченский скит монастыря. Десять лет он провел в затворе, изучая аскетическую литературу. В 1903 году был рукоположен в иеромонаха, а в 1907 году – назначен скитоначальником и возведен в сан игумена.
Обладая литературным талантом, о. Варсонофий был тонким и глубоким ценителем художественного слова. В заметке «Искусство» он писал о природе творчества: «Дух, Бога ведающий, естественно постигает красоту Божию и ею единою ищет насладиться… Красоту Божию созерцать, вкушать и ею наслаждаться есть потребность духа, есть его жизнь, и жизнь райская…».

Особенность русской литературы состояла, по мысли преподобного Варсонофия, в том, что «…лучшие наши писатели стремились к Богу».

Старец говорил, что Пушкин в душе стремился в монастырь, а Гоголь, посетив Оптину пустынь, просил старца Макария оставить его в обители.

Замечателен один случай из жизни Пушкина, рассказанный преподобным Варсонофием своим духовным чадам, – это встреча поэта с митрополитом Филаретом (Дроздовым).
Когда Пушкин «был в большой славе, его стихи приводили в восторг всех не только в России, но и за границей. Не было, да и, кажется, не будет равного ему по музыкальности и звучности стиха. Но эти стихи описывают лишь земное и тленное, сам поэт говорит: «… лире моей вверял изнеженные чувства безумства, лени и страстей». И вот на этого поэта громадное влияние имело слово митрополита Московского Филарета, заставляя его задуматься и раскаяться в своем пустом времяпровождении.

Святые отцы говорят, что каждая душа – христианка. И в стихотворении «В минуту жизни трудную…» М.Ю. Лермонтов почувствовал, пережил и описал великие моменты общения с Богом: «Молитва трудна, как ей не противится наш ветхий человек. Но она трудна еще и потому, что враг всей силой восстает на молящегося. Молитва для диавола есть вкушение смерти, хотя, конечно, он уже умер духовно. Но молитва поражает его, а потому он всячески противится ей. Даже святые уж, кажется, должны бы только утешаться молитвой, но по временам и для них она трудна. Правда, молитва несет с собой великое утешение, и не только праведнику, но и грешнику. Эту сладость молитвы Лермонтов испытал и описал в своем стихотворении:

В минуту жизни трудную
Теснится ль в сердце грусть:
Одну молитву чудную
Твержу я наизусть.
Есть сила благодатная
В созвучье слов живых,
И дышит непонятная,
Святая прелесть в них…

Огромное влияние на жизнь и творчество Н.В. Гоголя оказало посещение Оптиной пустыни и знакомство со старцем Макарием. Старец Варсонофий описывал те обстоятельства, при которых Гоголь узнал об обители и о старце Макарии. «Поездка в Оптину пустынь не была для Гоголя делом случая, а являлась поистине промыслительной, ибо и старец ожидал его. Гоголя «назвали помешанным»… За что? За тот духовный перелом, который в нем произошел и после которого Гоголь твердо пошел по пути богослужения. Как же это случилось?

В душе Гоголя всегда жила неудовлетворенность жизнью, ему хотелось лучшей жизни, а найти ее он не мог.
Был в Москве один дом, где собирался весь цвет, все сливки, так сказать, общества того времени, не аристократического общества, а интеллигенции. Это был дом Погодина. Речи там велись чаще всего на тему о богоугождении. В те времена интересы интеллигентного общества были несколько иные, чем теперь. Безбожников почти не было, были сомневающиеся, и много говорили о Боге и Царстве Небесном. Случалось и Гоголю быть у Погодина. Со свойственной ему экзальтацией Гоголь много говорил о своих исканиях, о том, что жить так, как он живет, невозможно, а как надо жить, он не знает.

– Читайте Евангелие.
– Читал, оно-то и сказало мне, что так жить нельзя, но как перестроить жизнь, как сделать ее святой – не знаю.

– Однако много людей, угодивших Богу, читайте жития святых, особенно жития преподобных. «Будите убо совершенни, якоже Отец ваш Небесный совершен есть» (Мф. 5:48). Преподобные очистили душу и освятили ее так, что она по всем свойствам стала подобна Богу.
– Читал и жития и вот на что наткнулся: много было святых, все они устремлялись к Богу, но шли к Нему разными путями.

– Теперь-то я понял, что вам надобно, – сказал хозяин, – человека вам надобно, так ли?
– Можете ли указать такого человека?

– Да! Такой человек есть.
– Где же искать его?

– Надо ехать в один монастырь…
При этих словах Гоголь сразу нахохлился:

– В монастырь? Да что можно услышать в монастыре?
– И все-таки я повторяю: съездите в этот монастырь.

– Ну хорошо, в какой же?
– Он называется Оптина пустынь и находится в Калужской губернии. В Оптиной есть один старец, иеросхимонах Макарий, вот с ним-то и поговорите. Это и есть тот человек, которого вы ищете.

Впервые Гоголь посетил Оптину пустынь в середине июня 1850 года по пути из Москвы в Малороссию.
Старец Макарий предчувствовал приход Гоголя. Отец Макарий быстро ходил взад и вперед по келье и говорил бывшему с ним иноку:

– Волнуется что-то сердце у меня, точно что-то необыкновенное должно совершиться, точно ждет оно кого-то…
В это время доложили, что пришел Николай Васильевич Гоголь.

И вот Гоголь у старца. Начинается беседа. Без свидетелей происходила она, никем не записана, но во время ее невидимо присутствовал Бог, и Божественная благодать преобразила Гоголя.
И Гоголь переродился. Он сам говорил: «Вошел я к старцу одним, а вышел другим».

С обновленной душой уехал Гоголь из Оптиной.
В Оптину Гоголь приезжал еще дважды – летом и осенью 1851 года, чтобы встретиться со старцем Макарием. Преподобный Варсонофий, высоко оценивая тот духовный перелом, который произошел с писателем после встречи со старцем Макарием, приводил отзыв зарубежных литературоведов о Гоголе: «Наш великий писатель Н.В. Гоголь переродился духовно под влиянием бесед со старцем Макарием… великий произошел в нем перелом. Поняв, что нельзя жить так, как он жил раньше, он без оглядки повернул ко Христу и устремился к Горнему Иерусалиму». Гоголь умер истинным христианином.

В памяти оптинской братии осталось посещение обители Ф.М. Достоевским в июне 1878 года. Достоевский посетил Оптину пустынь после смерти любимого сына и встретился со старцем Амвросием.

Достоевский признавался ему, что «раньше он ни во что не верил».

– Что же заставило вас повернуть к вере? – спрашивал его отец Амвросий.

– Да я видел рай. Как там хорошо, как светло и радостно! И насельники его так прекрасны, полны любви. Они встретили меня с необычайной лаской. Не могу я забыть того, что пережил там, и с тех пор повернул к Богу.

Эта встреча оказала огромное влияние на писателя, старец Амвросий беседовал с ним подолгу, они говорили о многих насущных вопросах духовной жизни. Старец сказал о Достоевском: «Это кающийся».

Но, пожалуй, никто из русских писателей не посещал Оптину пустынь так часто, как Л.Н. Толстой и не был связан с обителью буквально кровными узами. Родная сестра по благословению преп. Амвросия окончила свою жизнь схимницей в Шамординском монастыре.

Сложными и противоречивыми были взаимоотношения писателя с православной Церковью. Еще за год до смерти Л.Н. Толстого в разговоре со своими духовными чадами преподобный Варсонофий говорил, что грех хулы на Духа Святого является тягчайшим. Только покаявшись, такой человек может спастись: «Хулой на Духа Святого, непростительной и ведущей к погибели, является упорное неверие и отрицание бытия Божия, несмотря на воочию совершающиеся чудеса, несмотря на множество фактов, неопровержимо доказывающих существование Бога. Упорное отрицание и неверие являются хулой на Духа Божия, это не прощается ни в сем веке, ни в будущем, и человек, умерши, не покаявшись в своем неверии, погиб. Примером такого нераскаявшегося хулителя является Лев Толстой, упорно отвергающий Церковь и не признающий Божественности Господа Иисуса Христа».

Последний приезд Толстого в Оптину, по мнению старцев, не был случайным. Его душа стремилась к спасению, «у него было искреннее желание повернуть к Богу». У Толстого она разбилась, и он погиб навеки. А ведь раньше он был верующим человеком, и в церковь ходил, и причащался. Однако гордыня помешала ему встретиться со старцами Иосифом и Варсонофием, как говорил преподобный Варсонофий: «…гениальный писатель, Толстой, тоже приезжал сюда, подходил к этой моей двери и к дверям другого старца, Иосифа, и ушел. Отчего? Что помешало ему войти в эту или другую дверь? Не гордыня ли его? Что может сказать какой-то старец? Кому? Льву Толстому, перед которым преклонялся весь мир… О чем ему говорить с этими старцами? Не мог он сломить своей гордыни – и ушел. Ушел куда? В вечность. В какую? Страшно сказать!».

Отправить комментарий

Фотографии на сайте размещены в качестве научного, информационного, учебного и культурного материала без цели извлечения прибыли.

Контактная информация:

Капитан команды Кочующих (он же главный по сайту):
Хафизов Ахат - Hafizow@yandex.ru

Продвижение сайта в интернете:

Лоцман команды Кочующих
Бортяков Андрей - abortyakov@yandex.ru