Музей-заповедник Аксакова

музей Аксакова

В Оренбургской области находится один из двух уральских музеев, посвященных известному русскому писателю – Сергею Тимофеевичу Аксакову. 
Музей-заповедник расположен в селе Аксаково, которое ранее называлось Знаменским – по названию местной церкви.
Это село основал в 1760-х годах дед писателя – дворянин Степан Михайлович Аксаков, купивший здесь обширный участок. Он перевез сюда из Симбирской губернии своих крепостных крестьян. В 1814 году сын Степана Михайловича построил в селе каменную церковь во имя Знамения Божье Матери с трехъярусной колокольней. 
 

 
Одноэтажный дом Аксаковых был срублен из деревьев знаменитого Бузулукского бора. 
У дома дед писателя создал красивый парк с липовой и сосновой аллеями. Также вскоре он соорудил пруд на реке Бугуруслан и построил мельницу.

Позже здесь провел самые чудесные детские годы будущий писатель Сергей Тимофеевич Аксаков. Эти места он помнил всю свою жизнь. Здесь он научился по-настоящему любить и ценить природу, замечать окружающие нас природные красоты. Все это отразилось в его произведениях. Об этих местах говорится в ставшей знаменитой автобиографической трилогии писателя.С восьми лет юный Аксаков проводил здесь каждое лето. Даже будучи уже взрослым, уже писателем, С.Т. Аксаков продолжал часто приезжать в родное имение, привозя с собой жену и детей.

Увековечиванием памяти писателя Аксакова занялись еще до революции 1917 года. Усадьбу выкупили и хотели организовать в ней Аксаковский кружок трудовой помощи и ремесленную школу. Кроме того, привели в порядок сад, построили часовню. Однако с приходом советской власти дом великого писателя ждали трудные времена. Некоторое время в нем располагалась детская колония, затем волостной комитет, больница, почта, школа, контора и общежитие МТС. В 1962 году дом Аксаковых был снесен…
 
Также коммунисты снесли Знаменскую церковь, стерли с лица земли фамильный аксаковский склеп, разрушили плотину и пруд, а мельница сгорела. Лишь с распадом СССР в начале 1990-х годов задумались о воссоздании аксаковских мест. Построенный заново дом-музей С.Т. Аксакова открыли для посетителей в августе 1998 года. При воссоздании дома и создании экспозиций большое внимание уделялось произведениям С.Т. Аксакова, связанным с этими местами. В музее шесть залов.

Туристы узнают в доме-музее Аксакова много интересного: об освоении этих земель русскими, о дворянском роде Аксаковых, об их переезде сюда, о жизни писатели С.Т. Аксакова и его произведениях и т.д. Перед домом-музеем сохранилась аллея из акаций. Раньше там была беседка, в которой любила отдыхать семья Аксаковых.  А за домом – тот самый парк, который заложил еще дед писателя. Приезжающие сюда туристы могут прогуляться по парку, по липовой аллее, в которой так любил бывать Сергей Тимофеевич.

В селе сохранились три надгробные плиты родственников Аксакова. Здесь покоятся отец, мать и брат писателя. Недалеко заново воссоздан красивый пруд на речке Бугуруслан. В двух километрах от села действует так называемый Барский родник. Из него брали воду Аксаковы, сейчас он продолжает оставаться популярным среди местных жителей и туристов.

В селе установлен памятник писателю С.Т. Аксакову. Планируется создание в селе памятника «Аленький цветочек». Еще один музей С.Т. Аксакова находится в столице республики Башкортостан – городе Уфе.
  
 Как доехать до музея Аксакова?

Село Аксаково, в котором расположен музей Аксакова, находится в 35 километрах к северу от Бугуруслана — районного центра Оренбургской области. Поблизости проходит трасса Бугульма-Бузулук. Также до Бугуруслана можно доехать на поезде, затем на местных автобусах или такси.

 


   
ИСТОРИЯ МУЗЕЯ
 
С именем С.Т  Аксакова обычно связывают подмосковную усадьбу  Абрамцево. Там старый дом, речка  Воря, окрестные леса и многое другое, что сохранилось со времен Аксаковых.
Но есть на земле Российской еще одно место, пока еще менее известное, которое также  очень любил и воспел в своих произведениях русский  писатель  – это Аксаково Оренбургское
Село Аксаково /Ново-Аксаково, Знаменское/, раскинувшееся между живописными холмами  основано в конце 60-ых годов XVIII века дедом писателя Степаном Михайловичем  Аксаковым. Землю, около 5000 десятин, купил он  «у помещицы Грязевой по речке  Большой Бугуруслан» и перевел сюда крепостных крестьян из Симбирской губернии. По архивным данным, крестьяне новой деревни были получены прапорщиком С.М. Аксаковым «в качестве приданого,  за его женой А.В. Неклюдовой». 
Прибывшие крестьяне сразу приступили к сельскохозяйственным работам, и в первое же лето 1767 года  получили большие урожаи. К осени закончено строительство изб для переселенцев и возведен небольшой господский флигель, который стал первой постройкой будущего усадебного комплекса.
Почти одновременно со строительством флигеля  заложили усадебный пруд с мельницей. Рядом, впоследствии, разместился птичий двор, конюшня и амбары. Вскоре был выстроен и барский дом, занявший самое высокое место на левом берегу Большого Бугуруслана    
Усадебный дом является одним из важных персонажей «Семейной хроники», пусть безмолвный, но открывший Сереже Аксакову неведомый  дотоле мир из своих окон: Челяевскую и Кудринскую горы, пруд, мельницу, парк, речку, гумно….  Не будь этих видов, может не было бы такого художника слова, как Аксаков».

                                                           семейное захоронение Аксаковых                                 
До сегодняшнего дня сохранилась  перед домом круглая акациевая аллея, где Аксаковы любили пить утренний  чай. Здесь же находится дворовый флигель «людская» для  аксаковской  прислуги, построенный еще в 1867 году. С правой стороны от дома  видны погреба с погребками из красного кирпича. С западной стороны, окна  дома выходят в парк, который заложил еще дедушка писателя, приехав на новое место. «Сад – писал Сергей Тимофеевич, не похож даже на тот, который я видел в Уфе. Это был скорее огород, состоящий из кустов крыжовника, смородины, вишни и яблонь, а дальше росло бесчисленное множество огурцов, помидор, арбузов, дынь…. Вся эта некрасивая смесь мне очень понравилась, даже больше чем липовые, березовые и акациевые аллеи, находящиеся в глубине парка». Постепенно парк стал окультуриваться. Приняв имение в свои руки, Тимофей Степанович закладывает еще три аллеи, ведущие от дома:  малая липовая, березовая, сиреневая, которые сегодня утрачены. Это случилось в 40-ые годы XX века, когда дом Аксаковых  отдали  под общежитие работникам машинотракторной станции. На месте аллей устроили огороды для жильцов. В юбилейном, 2011 году липовые аллеи вновь возродили.
Далеко впереди, над вершинами ветел и тополей, рыжеет крутой круглый взлобок  Челяевской горы, у подножия которой поблескивает водная гладь аксаковского пруда. Как и 250 лет назад сюда прилетают утки, цапли, лебеди... Выводят потомство и радуют нас своим посещением.
Время не сохранило много мест, которые  бы помнили писателя в детстве, юности и зрелом возрасте. Но все-таки есть те безмолвные очевидцы истории, которые нам помогут передать, то чувство причастности  настоящего к прошлому.

  

ОПИСАНИЕ МУЗЕЯ-ЗАПОВЕДНИКА
Литературный музей-заповедник писателя С.Т. Аксакова
 
Как доехать, где находится:
Телефон: (35352) 5-3168

Адрес: 
461630, Оренбургская область, Бугурусланский р-он, с. Аксаково, ул. Аксаковская, д. 85       

Проезд: 
35 км от г. Бугуруслана, недалеко от трассы "Бугульма-Бузулук"

Режим работы:* 
Ежедневно с 10.00 до 18.00, кроме понедельника

 
Полная афиша Литературный музей-заповедник писателя С.Т. Аксакова>>
Музей-заповедник писателя С.Т. Аксакова
Памятные даты и ежегодные мероприятия:
    18 мая    - Международный день музеев
    1 октября    - День рождения С.Т. Аксакова
 
Вид экспозиции музея
Описание:
    Усадьба, где провел свои детские годы, часть юношеских и взрослых лет великий русский писатель С.Т. Аксаков (20 сентября 1791 года - 30 апреля 1859 года), находится в селе Аксаково Бугурусланского района Оренбургской области. По своему значению она стоит в ряду таких известных усадеб и сел России, как Михайловское, Большое Болдино, Ясная Поляна, Тарханы, Константиново и др.
    Имение основано в XVIII веке дедом писателя С.М. Аксаковым. В настоящее время восстановлены дом, людские, надворные постройки. Уникальны по красоте пруд, парк с липовой аллеей, река Бугуруслан

 

 
Здание(я):
    Музей находится на территории родовой усадьбы писателя. Дом был построен из сосновых бревен на высоком месте, имел прямоугольную форму, вход располагался со стороны двора. Внутренняя планировка здания состояла из комнаты деда, большой бабушкиной комнаты (горницы), залы, девичей и буфета. Имелись парадные комнаты - «зала» и гостиная с двумя печами. От жилых комнат парадные отделял широкий коридор. Здание постоянно достраивалось и реконструировалось. В его западной части находилась комната тетушки, с ней граничила еще одна комната, называлась она «угольная», одной стороной, выходившая в парк, а другой на реку. В новой пристройке была сделана комната матери С.Т. Аксакова, детская и общая зала. 
    После смерти Степана Михайловича имение перешло к Тимофею Степановичу Аксакову (владел им с 1797 по 1832 годы), который заложил каменную церковь во имя иконы Божьей Матери «Знамение». Церковь располагалась напротив барского дома на площади. Этот однокупольный каменный храм с трехъярусной колокольней украшал село и его окрестности. В 1822 году церковь была освящена, и село получило свое новое наименование – Знаменское
 
Основные экскурсии:
    Жизнь и деятельность С.Т. Аксакова
    Литературное наследие писателя
    Династия Аксаковых (от деда до наших дней)
    Литературное окружение писателя
    Экскурсия в природу
    Заповедная зона
    Аксаково сегодня
 

Туристические маршруты:
    Аксаковские места России
 
Местные достопримечательности:
    Село Аксаково располагается в живописном месте, в северной части Оренбургской области

 

Музей-заповедник писателя С.Т. Аксакова
Основные должностные лица:*
    Директор: Хиль Тамара Петровна, тел. (35352) 5-3168
    Главный хранитель: Козлова Марина Владимировна, тел. (35352) 5-3168

Тел. дирекции:
    (35352) 5-3168, Факс: (35352) 2-4309 

Адрес дирекции:
    461630, Оренбургская область, Бугурусланский р-он, с. Аксаково, ул. Аксаковская, д. 85 

 
                                                   аллея в музее-заповеднике                                                
Площади организации:
    экспозиционно-выставочная 380м2
    временных выставок 304м2
    фондохранилищ 26м2
    парковая 530га

Количество сотрудников:
    7, из них 2 научных 

Среднее кол. посетителей в год:
    3000 

Вышестоящая организация:
    Министерство культуры и внешних связей Оренбургской области - R918
 
Единиц хранения:
    1898, из них 1498 предметов основного фонда    

Наиболее ценные (уникальные) коллекции:
    Старинная мебель из дома Аксаковых - 21 ед. хр. 
    Старинная посуда - 36 ед. хр.

 


   
БИОГРАФИЯ ПИСАТЕЛЯ АКСАКОВА
Сергей Тимофеевич Аксаков — русский писатель, чиновник и общественный деятель, литературный и театральный критик, мемуарист, автор книг о рыбалке и охоте, а также собирании бабочек. Знак зодиака — Дева.

Член-корреспондент Петербургской АН (1856). В автобиографической книге «Семейная хроника» (1856) и «Детские годы Багрова-внука» (1858) — панорама «усадебной» жизни конца 18 века, формирование детской души, проникновенная поэзия природы. «Записки об уженье рыбы» (1847), «Записки ружейного охотника...» (1852). Отец славянофилов Константина, Ивана Аксаковых, мемуаристки Веры Аксаковой.

Сергей Тимофеевич Аксаков родился 20 сентября (1 октября по старому стилю) 1791 года в Уфе, в старинной дворянской семье. Своё детство мальчик провёл в Уфе и в родовом имении Ново-Аксаково. Не закончив Казанский университет, переехал в Петербург.

В 1827 — 1832 годах Сергей служил в Москве цензором, в 1833 — 1838 инспектором Константиновского межевого института. С 1843 года он жил в подмосковном имении Абрамцево. Во 2-й половине 20-х — начале 30-х годов занимался театральной критикой. В первых книгах «Записки об уженье» (1847), «Записки ружейного охотника Оренбургской губернии» (1852), «Рассказы и воспоминания охотника о разных охотах» (1855) проявил себя как тонкий наблюдатель, проникновенный поэт русской природы.

Реалистичный талант Сергея Аксакова раскрылся в автобиографических книгах «Семейная хроника» (1856) и «Детские годы Багрова-внука» (1858), написанных на основе воспоминаний и семейных преданий. Опираясь на историю трёх поколений семьи Багровых, Сергей Тимофеевич воссоздал в них помещичий быт конца 18 века в его повседневности.

Значительное влияние на Аксакова оказал Николай Васильевич Гоголь. После Гоголя никто с большей тщательностью не раскрывал подробности помещичьего быта, чем Сергей Тимофеевич, в произведениях которого действительность изображена в её вещественности, повседневности, обыденности. Его пейзажную живопись Максим Горький рассматривал в ряду высших художественных достижений русского реализма (см. Собр. соч., т. 24, 1953, с. 265).

Самобытность таланта Сергея ярко проявилась в характере его языка, впитавшего простоту, колоритность, выразительность живой разговорной речи. Политические взгляды писателя были весьма умеренны. Он изображал порочность, жестокость крепостнических порядков, но не преследовал в своих книгах обличительных целей. Вместе с тем реализм Аксакова, при свойственных ему элементах созерцательности, обладал такой изобразительной силой, что правдивые картины крепостнического произвола давали материал для критических обобщений. Николай Александрович Добролюбов высоко оценил художественные произведения Сергея Тимофеевича, используя их для критики крепостнического строя.
 

                                                   Аксаковские чтения                                                           

Сергей Аксаков родился в небогатой дворянской семье. Детство он провел в Уфе и в имении Ново-Аксаково. В 1801 году поступил Казанскую гимназию, а в 1804 стал студентом Казанского Университета. В студенческие годы входил в редакционную группу рукописных журналов «Аркадские пастушки» и «Журнал наших занятий», на страницах которых появились первые стихи Аксакова.

По окончании учебы в 1807 году он переехал в Санкт-Петербург. В 1808 году поступил на службу переводчиком в Комиссию по составлению законов, принимал активное участие в культурной жизни столицы, познакомился с Гаврилой Романовичем Державиным, Александром Семеновичем Шишковым, Яковом Емельяновичем Шушериным. В 1811 переехал в Москву, где познакомился с Н. М. Шатровым, Сергеем Николаевичем Глинкой, Александром Александровичем Шаховским, Михаилом Николаевичем Загоскиным. В 1812-1826 годах писатель проводил основное время в поместье Надеждино, в Оренбургской губернии, иногда выезжая в Москву и Петербург.

В 1816 году Сергей Аксаков женился на Ольге Семеновне Заплатиной. В 1821 году его избирали в Действительные члены «Общества любителей российской словесности» при Московском Университете. В 1826-1832 годах работал цензором в Московском цензурном комитете. В 1828-1830 является также театральным обозревателем «Московского вестника», писал театральные рецензии для «Молвы» и «Галатеи». В 1830 на страницах «Московского вестника» вышел его фельетон «Рекомендация министра», за который писатель едва был не выслан из Москвы. В 1832 познакомился с Николаем Гоголем, оказавшим большое влияние на творчество Аксакова.

В 1833-1938 годах Сергей работал инспектором в Константиновском землемерном училище (с 1835 — директор Константиновского межевого института). В этот период он познакомился с Виссарионом Григорьевичем Белинским, в 1838 устроил его преподавателем русского языка в институт. В 1843 приобрёл именье Абрамцево неподалеку от Москвы. Аксакова часто посещали Н. В. Гоголь, Иван Сергеевич Тургенев, Степан Петрович Шевырев и другие знаменитые люди того времени. Здоровье писателя ухудшилось, сильно упало зрение, он уже не мог писать самостоятельно и вынужден был диктовать свои сочинения своей дочери Вере, которые она записывала. Его последние мемуарные воспоминания были написаны в промежутках между приступами болезни.
 


Литературное творчество

В 1820-1830-х годах Аксаков занимался переводами («Школа мужей» и «Скупой» Жана Батиста Мольера, «8-ю сатиру (На человека)» Николы Буало, роман Вальтера Скотта «Певериль»), писал театральные и литературные критические заметки. В 1834 в альманахе «Денница» был анонимно опубликован его очерк «Буран». В 1847 году вышли «Записки о рыбалке, в 1852 — «Записки ружейного охотника Оренбургской губернии». Обе книги пользовались большой популярностью, среди положительных отзывов была рецензия Ивана Тургенева. В 1855 вышел сборник «Рассказы и воспоминания охотника о разных охотах», и позже Аксаков продолжал публиковать очерки, посвященные охоте и рыбалке.

Над автобиографической книгой «Семейная хроника», основанной на воспоминаниях родных и близких, Сергей Тимофеевич Аксаков начал работал с 1840 по 1856 год. В 1846 в «Московском литературном и ученом сборнике» был опубликован небольшой эпизод, в 1854 и 1856 печатались отрывки в журналах «Москвитянин», «Русская беседа», «Русский вестник». В 1856 вышла в свет его книга, в которую вошли первые три отрывка «Семейной хроники» и «Воспоминания», посвященные гимназическим и студенческим годам жизни. В 1858 была опубликована книга «Детские годы Багрова-внука», к которой прилагалась сказка «Аленький цветочек. (Сказка ключницы Пелагеи)», ставшая самым популярным произведением Аксакова. В те же годы вышли мемуары Сергея Аксакова: «История моего знакомства с Гоголем», «Воспоминание о М. Н. Загоскине», «Биография М. Н. Загоскина», «Знакомство с Державиным» (1852), «Яков Емельянович Шушерин и современные ему театральные знаменитости» (1854), «Воспоминание об Александре Семеновиче Шишкове» (1856) и другие.
 
Ещё из «Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона» (1911 –1916):

Отпрыск старинного дворянского рода, Серёжа Аксаков несомненно имел в детстве живые впечатления гордого семейного сознания этой родовитости. Герой прославившей его автобиографии, дедушка Степан Михайлович, мечтал о внуке именно как о продолжателе «знаменитого рода Шимона» — сказочного варяга, племянника короля норвежского, выехавшего в Россию в 1027 году.

Сергей Тимофеевич был сыном Тимофея Степановича Аксакова (1759 — 1832) и Марии Николаевны Зубовой, дочери помощника оренбургского наместника. Любовь[en] к природе — совершенно чуждую его матери, насквозь горожанке — будущий великий писатель унаследовал от отца. В первоначальном развитии его личности все отходило на второй план пред воздействием степной природы, с которой были неразрывно связаны первое пробуждение его наблюдательности, его первое жизнеощущение, его ранние увлечения.

Наряду с природой, крестьянская жизнь вторгалась в пробуждающуюся мысль мальчика. Крестьянский труд возбуждал в нем не только сострадание, но и уважение; дворовые были свои не только юридически, но и душевно. Женская половина дворни, как всегда, хранительница народно-поэтического творчества, знакомила мальчика с песнями, с сказками, с святочными играми. И «Аленький цветочек», записанный много лет спустя по памяти о рассказе ключницы Пелагеи, — случайный обрывок того огромного мира народной поэзии, в который вводили мальчика дворня, девичья, деревня. Но ранее народной литературы пришли городская, по преимуществу переводная; старый приятель матери Аничков привел мальчика в неистовый восторг разрозненной коллекцией «Детского чтения» А. И. Новикова.

В мир стихотворной лирики Аксакова ввела «Детская библиотека» Кампе, переведенная Шишковым; громадное впечатление произвели на него также сочинения Ксенофонта — «Анабазис» и история Кира младшего. Это уже был переход от детских книжек к настоящей литературе. С характерным для него упоением Сергей погрузился в «Россиаду» Михаила Матвеевича Хераскова и сочинения Александра Петровича Сумарокова; тут же его «сводили с ума» сказки «Тысячи и одной ночи», а рядом с ними читались «Мои безделки» Николая Михайловича Карамзина и его же «Аониды».

Длинный ряд книжных воспоминаний Аксакова показывает, как мало можно считать обстановку, в которой прошло его раннее детство, заурядной обстановкой помещичьего захолустья XVIII века. Довольно рано к влияниям домашним и деревенским присоединились влияния казенной школы. И казанская гимназия, куда мальчик поступил на десятом году, и новый воспитатель, суровый и умный Карташевский, и товарищи, и новые интересы — все это сводилось в целый мир, благотворно влиявший на открытую впечатлениям душу. Гимназия была выше обычного уровня; даже по замыслу основателей она должна была представлять собой нечто более законченное — нечто вроде лицея.

В гимназии Серёжа провел всего три с половиной года, конец которых был запечатлен новыми литературными интересами. Это был, прежде всего, театр, который всегда так занимал Аксакова, особенно в впервой половине его литературной деятельности, и с которым сблизил его товарищ, Александр Панаев, «охотник до русской словесности», «обожатель Карамзина», издатель рукописного журнала «Аркадские пастушки», в котором не решился, однако, принять участие будущий писатель, пописывавший втайне. Через год с лишним — в университете — Сергей Тимофеевич уже сам издавал журнал вместе с Иваном Ивановичем Панаевым. Он пробыл в университете, продолжая также брать уроки в гимназии, до 15 с половиной лет, но эти полтора года много значат в его развитии. Трудно даже сказать, что сыграло здесь большую роль: собирание бабочек или товарищеский журнал, увлечение театром или литературные споры.

Собственно «научных сведений» — как он сам жаловался — он вынес из университета немного: однако, что-то носилось в воздухе аудиторий, что-то заражало идеализмом пытливости и знания. Французские лекции натуралиста Фукса, несомненно, сыграли серьезнейшую роль в упрочении той врожденной наблюдательности Аксакова, которая впоследствии давала И. С. Тургеневу право ставить его в известных отношениях выше Бюффона. Здесь он осмыслил свою любовь к природе, здесь закрепил любовь к литературе. Среди казанских гимназистов, пламенно, но поверхностно преклонявшихся пред Карамзиным, один Сергей оказался, после некоторых колебаний, убежденным сторонником Шишкова.

В университете затеяли спектакли. Сергей быстро выдвинулся среди юных исполнителей; шумный успех сопровождал его выступления и окрылял его; он был даже руководителем любительского кружка. Репертуар был для своего времени довольно прогрессивный: не только «коцебятина», но и отрывки из «Разбойников» Фридриха Шиллера. Начинающий артист нашел высокий образец в актере и драматурге Петра Алексеевича Плавильщикове, казанские гастроли которого сопровождались восторгами весьма юного студенчества.

Сергей Аксаков получив от университета аттестат «с прописанием таких наук, какие знал только понаслышке и каких в университете еще не преподавали», он провел год в деревне и в Москве, а затем переехал с семьей в Петербург. Карташевский уже приготовил для своего питомца должность переводчика в комиссии составления законов, где он сам состоял помощником редактора. В Петербурге произошло первое сближение Сергея Тимофеевича с литературными деятелями — как и можно было ожидать, не теми, которые являлись представителями прогрессивных течений в литературе. Он сблизился с артистом Яковом Емельяновичем Шушериным, бывал у адмирала Александром Семеновичем Шишкова, познакомился со многими актерами и писателями, еще более пламенно увлекался театром, много беседовал о литературе, но ни из чего не видно, чтобы какие бы то ни было искания в той или другой области занимали его.

О политической мысли и говорить нечего; она проходила мимо него, и он вполне присоединялся к вкусам Шишкова. Князь Шихматов казался ему великим поэтом. У Шишкова собирались Державин и Дмитриев, гр. Хвостов, князь Шаховской и другие, составившие потом консервативную «Беседу русского слова»; литературный авторитет стариков был незыблем. В их высоком стиле Аксаков перевел софоклова «Филоктета» — конечно, с французского перевода Лагарпа, — и «Школу мужей» Мольера, причем, по позднейшему признанию автора, эта «комедия отчасти переложена на русские нравы, по существовавшему тогда варварскому обычаю».

В эти годы Сергей Тимофеевич Аксаков жил то в Петербурге, то в Москве, то в деревне. После женитьбы в 1816 году на Ольге Семеновне Заплатиной он пытался поселиться в деревне. Пять лет он прожил с родителями, но в 1820 году был выделен, получив в вотчину то самое Надеждино (Оренбургской губернии), которое некогда было поприщем злодейств изображенного им Куроедова, и, переехав на год в Москву, зажил широко, открытым домом. Возобновились старые литературные связи, завязались новые. Поэт вошел в писательскую и литературную жизнь Москвы и напечатал свой перевод десятой сатиры Буало (Москва, 1821).

Но открытая жизнь в Москве была не по карману. Пробыв год в Москве, Аксаков переехал, ради экономии, в Оренбургскую губернию и прожил в деревне до осени 1826 года. Здесь он написал напечатанное в «Вестнике Европы» (1825 год, № 4, «Эпиграмма») совершенно незначительное четверостишье, направленное против какого-то «журнального Дон-Кихота» — быть может, Николая Алексеевича Полевого, — и идиллию «Рыбачье горе» («Московский Вестник», 1829 год, № 1) — как бы стихотворное предварение будущих «Записок об уженьи рыбы», в ложноклассической манере, но с живыми колоритными подробностями. За это время были напечатаны в «Вестнике Европы» (1825) также две критические статьи Сергея Тимофеевича: «О переводе «Федры» (Лобанова) и «Мысли и замечания о театре и театральном искусстве».

В августе 1826 года Аксаков расстался с деревней, и как оказалось и навсегда. Наездом он появлялся здесь, жил подолгу в подмосковной, но в сущности до смерти[en] оставался столичным жителем. В Москве он встретился со своим старым покровителем Шишковым, теперь уже министром народного просвещения, и легко получил от него должность цензора. О цензорской деятельности писателя говорят различно; есть указания, достойные веры и не вполне благоприятные. Но в общем он был мягок; формализма не выносила его натура.

Близость с Михаилом Петровичем Погодиным расширила круг литературных знакомых. «Новыми и преданными друзьями» его стали Юрий Венелин, профессора: П. С. Щепкин, М. Г. Павлов, потом Николай Иванович Надеждин. Обновились и театральные связи; частым гостем был Михаил Семенович Щепкин; бывали Павел Степанович Мочалов и другие.

В 1832 году Сергею Аксакову пришлось переменить службу; от должности цензора он был отставлен за то, что пропустил в журнале Ивана Васильевича Киреевского «Европеец» статью «Девятнадцатый век». При тех существующих связях писателя ему не трудно было пристроиться, и в следующем году он получил место инспектора землемерного училища, а затем, когда оно было преобразовано в Константиновский межевой институт, был назначен первым его директором и устроителем.

В 1839 году Аксаков, теперь обеспеченный большим состоянием, которое досталось ему после смерти отца, покинул службу и, после некоторых колебаний, уже не возвращался к ней. Писал он за это время мало, и то, что он писал, очень незначительно: ряд театральных рецензий в «Драматических прибавлениях» к «Московскому Вестнику» и в «Галатее» (1828 — 1830) несколько небольших статей. Его перевод мольеровского «Скупого» шел на московском театре в бенефисе Щепкина Михаила Семеновича.

В 1830 году был напечатан в «Московском Вестнике» (без подписи) его рассказ «Рекомендация министра». Наконец, в 1834 году в альманахе «Денница» появился, также без подписи, его очерк «Буран». Это — первое произведение, говорящее о настоящем Аксакове. «Буран» — первый вестник о том, что создавалась надлежащая среда, что впечатлительный писатель поддавался новым влияниям, более высоким, более плодотворным. Не сверху, от литературных знаменитостей, не извне шли они, но снизу, от молодежи, изнутри, из недр аксаковской семьи.

Подрастали сыновья писателя, мало похожие на него по темпераменту, по умственному складу, по жажде знаний, по влечению к общественному воздействию, по идейным интересам. Дружба с сыновьями, несомненно, имела значение в развитии его литературной личности. Впервые консервативная не только по идеям, а, главным образом, по общему складу мысль зрелого Аксакова встретилась с кипением молодых умов; впервые видел он перед собой то творчество жизни, ту борьбу за мировоззрение, с которой не познакомили его ни догматы Карташевского, ни университетские впечатления, ни поучения Шишкова, ни водевили Дмитрия Ивановича Писарева.

Конечно, переродиться от этого сорокалетний человек не мог, установившийся и по натуре не ищущий; но речь идет только о том влиянии, которое должна была произвести на Аксакова близкая его сыну пылкая молодежь, с ее высокими умственными запросами, с ее чрезвычайной серьезностью, с ее новыми литературными вкусами. Характернейшим проявлением этих вкусов было отношение нового поколения к Гоголю. Сергей Тимофеевич был наблюдателен и в ранней молодости, но писал все время ничтожнейшие стишки и статейки, потому что не только в творениях «высокого стиля», в направлении Державина, Озерова, Шишкова, но в более реальной, сентиментальной повести Николая Карамзина тонкая наблюдательность и трезвая правдивость писателя не могли найти применения. Он родился несколько раньше времени. Его дарование было создано для новых форм литературного творчества, но не в его силах было создать эти формы. И когда писатель их нашел — быть может, не только у Гоголя, но и в «Капитанской дочке» и «Повестях Белкина», — он сумел воспользоваться тем богатством выражения, которое они предоставляли его природной наблюдательности.

Не человек переродился, а в нем родился писатель. Это было в половине тридцатых годов, и с тех пор творчество Сергея Тимофеевича развивалось плавно и плодотворно. Вслед за «Бураном» начата была «Семейная хроника». Уже в эти годы известная популярность окружала писателя. Его имя пользовалось авторитетом. Академия Наук избирала писателя не раз рецензентом при присуждениях наград. Он считался мужем совета и разума; живость его ума, поддерживаемая близостью с молодежью, давала ему возможность двигаться вперед если не в общественно-политическом или морально-религиозном мировоззрении, основам которого, усвоенным в детстве, он всегда оставался верен, то в конкретных проявлениях этих общих начал.

Он был терпим и чуток. Не будучи не только ученым, но и не обладая достаточной образованностью, чуждый науки, Аксаков, тем не менее, был каким-то нравственным авторитетом для своих приятелей, из которых многие были знаменитые ученые. Подходила старость, цветущая, покойная, творческая. Его милые устные рассказы побудили его слушателей добиваться того, чтобы они были записаны. Но, временно оставив «Семейную хронику», он обратился к естественнонаучным и охотничьим воспоминаниям, и его «Записки об уженьи рыбы» (Москва, 1847) были первым его широким литературным успехом.

Автор не ждал его, да и особенно ценить не хотел: он просто для себя «уходил» в свои записки. А у него было от чего «уходить» в эти годы, если не от огорчений, то просто от массы событий, захватывавших его, от массы фактов жизни личной и общественной. Идейная борьба, захватившая всех, достигла чрезвычайного напряжения, и быстро стареющий Аксаков не мог переживать ее перипетий. Он болел[en], его зрение слабело — и в подмосковном сельце Абрамцеве, в рыбной ловле на идиллической Воре, он охотно забывал о всех злобах дня.
 
«Записки ружейного охотника Оренбургской губернии» вышли в 1852 году и вызвали еще более восторженные отзывы, чем «Уженье рыбы». Среди этих отзывов наиболее интересна известная статья И. С. Тургенева. Одновременно с охотничьими воспоминаниями и характеристиками назревали в мысли автора рассказы о его детстве и его ближайших предках. Вскоре по выходе «Записок ружейного охотника» стали появляться в журналах новые отрывки из «Семейной хроники», а в 1856 году она вышла отдельной книгой... Все спешили наперерыв отдать дань уважения таланту маститого мемуариста, и это шумное единогласие критики было лишь отголоском громадного успеха книги в обществе. Все отмечали правдивость рассказа, уменье соединить историческую истину с художественной обработкой.
 
Радости литературного успеха смягчали для Сергея Тимофеевича Аксакова тяготы этих последних лет. Материальное благосостояние семьи пошатнулось; здоровье писателя становилось все хуже. Он почти ослеп — и рассказами и диктовкой воспоминаний заполнял то время, которое не так еще давно отдавал рыбной ловле, охоте и деятельному общению с природой. Целый ряд работ ознаменовал эти уже последние годы его жизни. Прежде всего «Семейная хроника» получила свое продолжение в «Детских годах Багрова внука». «Детские годы» (отдельно вышедшие в 1858 году) неровны, менее закончены и менее сжаты, чем «Семейная хроника».

Некоторые места принадлежат к лучшему, что дал Аксаков, но здесь нет уже ни той ширины картины, ни той глубины изображения, которые придают такую значительность ограниченному мирку «Семейной хроники». И критика отнеслась к «Детским годам» без былого восторга. Длинный ряд второстепенных литературных работ подвигался вперед параллельно с семейными воспоминаниями писателя. Частью, как, например, «Замечания и наблюдения охотника брать грибы», они примыкают к естественнонаучным наблюдениям его, в значительной же части продолжают его автобиографию. Его «Литературные и театральные воспоминания», вошедшие в «Разные сочинения» (М., 1858), полны интересных мелких справок и фактов, но бесконечно далеки по значению от рассказов Сергея о его детстве.
 
Более глубокое значение имеет и могла бы иметь еще большее, если бы была закончена «История моего знакомства с Гоголем», показавшая, что мелочный характер литературных и театральных воспоминаний писателя никоим образом не означает старческого падения его дарования. Эти последние сочинения писаны в промежутках тяжкой болезни, от которой он скончался.
 
Об Аксакове было справедливо сказано, что он рос всю жизнь, рос вместе со своим временем, и что его литературная биография есть как бы воплощение истории русской литературы за время его деятельности. Он не был самостоятелен и не мог создать форм, подходящих к его простой натуре, его бесконечной правдивости; консерватор не по убеждениям, не по идеям, но по ощущениям, по всему складу своего существа; он преклонялся пред признанными традиционными формами высокого стиля — и долго не мог выразить себя достойным образом. Но когда новые формы реального повествования были не только созданы, но и реабилитированы, когда «Повести Белкина» и «Вечера на хуторе близ Диканьки» внедрили в общее сознание, что простой правдивый рассказ не ниже высокой литературы, что душевное содержание, доселе отрезанное от нее литературной условностью, имеет и другие, более скромные по виду и более жизненные по существу формы, Сергей Тимофеевич честно отлил в эти формы то, что без них должно было остаться бесформенной массой устных рассказов и воспоминаний.
 
Русская литература чтит в нем лучшего из своих мемуаристов, незаменимого культурного бытописателя-историка, превосходного пейзажиста и наблюдателя жизни природы, наконец, классика языка. Интерес к его сочинениям не убит хрестоматиями, давно расхватавшими отрывки охотничьих и его семейных воспоминаний, как образцы неподражаемой ясности мысли и выражения. В первое полное собрание сочинений Аксакова (Мартынова, под редакцией И.С. Аксакова и Петра Александровича Ефремова, СПб., 1886, 6 томов.; последнее издание Карцова) не вошли: его рассказ «Рекомендация министра» и полная редакция «Истории знакомства с Гоголем» («Русский Архив», 1890, VIII).
 
В новое собрание сочинений (изд. «Просвещение», СПб., 1909, 6 тт.), под редакцией А. Г. Горнфельда, снабженное вступительными статьями и примечаниями, не включены ранние литературные опыты, переводы и рецензии. Из вышедших в 1909 году — с прекращением авторского права — очень неполных популярных собраний сочинений некоторые (Поповой, Сытина, Тихомирова и др.) сопровождаются биографическими статьями и комментариями.

Отдельно сочинения Сергея Тимофеевича издавались многократно. Особого упоминания заслуживают издания «Аленького цветочка», ввиду их многочисленности, и новейшее издание «Записок ружейного охотника» (М., 1910, под редакцией профессора Мензбира) — ввиду научного и иллюстрационного материала, сопровождающего текст. (А. Горнфельд)

Сергей Тимофеевич Аксаков скончался 12 мая (30 апреля по ст.ст.) 1859 года в Москве.

  

______________________________________________________________________________________________
ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ И ФОТО:
Команда Кочующие
Достопримечательности Оренбургской области
http://www.museum.ru/m1898
музеи Оренбургской области.
http://aksakov-museum.ru
Тургенев И. С., О «Записках ружейного охотника» С. Т. Аксакова, Собр. соч., т. 11, М., 1956;
Вялый Г. А., Аксаков, в книге: История русской литературы, т. 7, М. — Л., 1955;
Машинский С.И., С. Т. Аксаков. Жизнь и творчество, М., 1961;
История русской литературы XIX века. Библиографический указатель, под ред. Киры Георгиевны Муратовой, М. — Л., 1962;
Д. Языков, «Литературная деятельность С. Т. А.» («Исторический Вестник», 1891, № 9);
«Русские книги»;
«Источники словаря русских писателей» С. А. Венгерова (т. I, 1900);
Брошюра Владимира Измайловича Межова, «С. Т. А.» (СПб., 1888). Важнейшие характеристики, материалы для биографии и общие оценки: «И. С. Аксаков в его письмах» (М., 1888, ч. I);
Статьи Алексея Степановича Хомякова и М. Н. Лонгинова в полном собрании сочинений 1886 год (т. I);
Н. Юшков, «Материалы для истории русской литературы. Первый студент Казанского университета» (Казань, 1891);
 

ВложениеРазмер
554777 (1).jpg180.25 КБ
554777 (2).jpg185.08 КБ
554777 (3).jpg352.42 КБ
554777 (4).jpg250.97 КБ
554777 (5).jpg293.89 КБ
554777 (6).jpg206.26 КБ
554777 (7).jpg161.23 КБ
554777 (8).jpg102.14 КБ

Комментарии

аватар: Кэп

Происхождение фамилии Аксаков

Фамилия Аксаков имеет очень интересную историю происхождения и относится к распространенному типу древнейших восточных фамилий, ведущих свое начало от тюркского прозвища Аксак. Подобные прозвища давались славянину, человеку, не имеющего никакого отношения к тюркам. Прозвище обычно касалось каких-либо личностных особенностей. В дальнейшем к прозвищу привыкали, и потомки наследовали его. Как правило, первоначальное значение слова, которое легло в основу прозвища, забывалось.

Фамилия Аксаков образована от прозвища Аксак, которое в переводе с татарского значит «хромой». Таким образом, фамилия указывает на внешние особенности предка.

Это прозвище и фамилия были довольно популярны в старину. Так, в «Ономастиконе» С.Б. Веселовского упоминаются: Иван Федорович Аксак Вельяминов, родоначальник фамилии Аксаковых (середина ХV века), котрому принадлежало село Аксаково на реке Клязьме Московского уезда; князь Дмитрий Григорьевич Аксак Морткин (1600 год).

Аксаковы (в старину также Оксаковы) происходят, судя по родословным книгам, от знатного варяга Шимона (в крещении Симона) Африкановича или Офриковича, - племянника короля Норвежского Гакона (или Якуна) Слепого, прибывшего в Киев в 1027 году с 3 тысячами дружины и соорудившего в Киево-Печерской лавре, на свои средства, церковь Успения Божией матери, где он и погребен.

Отправить комментарий

Фотографии на сайте размещены в качестве научного, информационного, учебного и культурного материала без цели извлечения прибыли.