Меря и марийцы, родственные народы

Меря и марийцы, родственные народы

Более века ведется научный спор: произошли ли марийцы от летописного народа меря, или же меря слились с мари?
 Или это были два родственных, но всё же разных народов. Или же меря при миграции на восток образовали основу горных мари, что до сих пор живут на правом берегу Волги в Марий Эл?
Может быть меря, сливаясь с западными мари  сохранились до ныне в нижегородских и костромских марийцах?
А может остатки меря, которые не захотели принять христианство, следует искать на Урале – среди восточных марийцев?
Вопросов на эту тему множество, финно-угорские форумы пестрят спорами на вопросы этногенеза марийского народа – хотелось бы этой теме посвятить данную статью (но так как вопрос сложный, то, может быть, и не одну статью!).

СТАТЬЯ ПРО ПОВЕТЛУЖЬЕ И ВЕТЛУЖСКИХ МАРИЙЦЕВ - ТУТ!

ИСТОРИЯ И АРХЕОЛОГИЯ ПОВЕТЛУЖЬЯ - ТУТ!

СТАТЬЯ ПРО НИЖЕГОРОДСКИХ МАРИЙЦЕВ - ТУТ!

 

                                              река Ветлуга - граница между меря и марийскими племенами      

Те, кто жил или путешествовал в Марийском крае, отметит обязательно, что внутри себя марийцы имеют совершенно разный антропологический тип. В одной деревне одни мари – смуглые и с азиатским разрезом глаз, другие марийцы, напротив, светлые, русые и с голубыми глазами. Одни мари – широколицые с невысоким лбом, другие – с тонкими чертами лица, и т.д.
Эти и многие другие факторы говорят о достаточно сложном этногенезе марийского народа. Однозначно, что в образовании мари участвовали многие финно-угорские племена, с большой вероятностью и тюркские племена, племена пермской культуры, что обитали с древности в Заволжье, вероятно, и славянские племена вятичей и кривичей, что нужды и налогов бежали в лесную глухомань.

 

Многие ученные считают, что марийцы ассимилировали (или присовокупили к себе) не только мерю, но и частично чудские народы, что обитали в древности на территории Вятского края, а также и мурому, что жили в Волжско-Окском междуречье. Такой светлый или «финский» генотип у некоторых марийцев – именно от северо-западных финских народов, которые под давлением славянских племен  отступали на восток, где и осели среди протомарийских племен.

Меря и марийцы, родственные народы
Отдельно отметим очень плотное соседство поветлужских марийских племен с собственно  мерянскими поселениями в Костромской области, основой которых являлся Галич-Мерьский, при этом следует  напомнить, что старинный Галицкий тракт насквозь пронизывал все марийские земли от самого Галича и до Казани. Ибо есть все основания считать, что до монгольского нашествия марийцы заселяли земли к северу от Камы – и дальше на север – всю долину реки Ветлуга. Таким образом, мерь и мари очень тесно соприкасались, скорее всего, даже образовывали «буферные» племена и союзы, где западные марийцы были более похожи на мерю, чем на восточных марийцев.
Следует вернуться к Галицкому тракту, так как данная древняя дорога существовала ещё до монгольского нашествия, и уже точно была известна на картах казанского ханства, скорее всего, этот тракт выполнял роль своеобразной осевой дороги среди марийских племен, соединяя марийские городища от Камы до мерянских поселений в верховьях Ветлуги, и, может быть, ещё дальше на север – до Вологодских земель.

Начнем же с исследования Костромского края, где крестьяне Мерянской дороги составляли один из последних островов недоассимилированной мери, окончательное вхождение которой в состав русской народности произошло менее чем сто лет назад. 
Костромская меря – самая восточная, дольше всех сохраняла дорусскую идентичность. Способствовала тому удаленность от городских центров, почти что северный климат, препятствовавший притоку населения извне и наличие этнически близких соседей – марийцев. Меряно-марийская граница проходила по реке Унже (это меряно-марийское название). Согласно летописям и другим историческим документам, предки современных марийцев имели на востоке Костромской области несколько собственных княжений и время от времени ходили в военные походы на Галич Мерский. Недаром слова и топонимы, очень похожие на мерянские, встречаются у западной диалектной группы марийцев. К примеру, исконное название одного из главных марийских населенных пунктов Нижегородчины, райцентра Тоншаево – Пижымбал, где снова читается мерянское бал – «деревня».

 

Меря и марийцы, родственные народы
МЕРЯ И ПРОИСХОЖДЕНИЕ МАРИЙСКОГО НАРОДА
Вопрос о происхождении марийского народа является спорным до сих пор. Впервые научно обоснованную теорию этногенеза марийцев высказал в 1845 г. известный финский языковед М. Кастрен. Он попытался отождествить марийцев с летописной мерей. 
Эту точку зрения поддержали и развили Т. С. Семенов, И. Н. Смирнов, С. К. Кузнецов, А. А. Спицын, Д. К. Зеленин, М. Н. Янтемир, Ф. Е. Егоров и многие другие исследователи II половины XIX — I половины ХХ вв. 
С новой гипотезой в 1949 г. выступил видный советский археолог А. П. Смирнов, который пришел к выводу о городецкой (близкой к мордве) основе, другие археологи О. Н. Бадер и В. Ф. Генинг в то же время защищали тезис о дьяковском (близком к мере) происхождении марийцев. Тем не менее археологи уже тогда сумели убедительно доказать, что меря и мари хотя и родственны друг другу, но не являются одним и тем же народом. В конце 1950-х гг., когда стала действовать постоянная Марийская археологическая экспедиция, ее руководители А. Х. Халиков и Г. А. Архипов разработали теорию о смешанной городецко-азелинской (волжскофинско-пермской) основе марийского народа. 
Впоследствии Г. А. Архипов, развивая эту гипотезу дальше, в ходе открытия и исследования новых археологических памятников доказал, что в смешанной основе марийцев преобладал городецко-дьяковский (волжско-финский) компонент и формирование марийского этноса, начавшееся в первой половине I тысячелетия нашей эры, в целом завершилось в IX — XI вв., при этом уже тогда марийский этнос начал делиться на две основные группы — горных и луговых марийцев (на последних, по сравнению с первыми, более сильное влияние оказали азелинские (пермоязычные) племена),  а на горных – племена меря и мурома. Эту теорию в целом поддерживает сейчас большинство ученых-археологов, занимающихся данной проблемой. 
Марийский археолог В. С. Патрушев выдвинул иное предположение, согласно которому формирование этнических основ мари, а также мери и муромы происходило на базе населения ахмыловского облика. Лингвисты (И. С. Галкин, Д. Е. Казанцев), которые опираются на данные языка, полагают, что территорию формирования марийского народа следует искать не в Ветлужско-Вятском междуречье, как это считают археологи, а юго-западнее, между Окой и Сурой. Ученый-археолог Т. Б. Никитина, учитывая данные не только археологии, но и лингвистики, пришла к выводу, что прародина марийцев находится в приволжской части Окско-Сурского междуречья и в Поветлужье, а продвижение на восток, к Вятке произошло в VIII — XI вв., в процессе которого осуществилось соприкосновение и смешение с азелинскими (пермоязычными) племенами.

                                древнее Ветлужское городище, где могли жить мерь или мари                       Поветлужье, история, народы

XII — начало XIII вв. ознаменовались заметным ростом славяно-русского и падением булгарского влияния на марийцев (особенно в Поветлужье). В это время появляются русские переселенцы в междуречье Унжи и Ветлуги (Городец Радилов, впервые упомянутый в летописях за 1171 г., городища и селища на Узоле, Линде, Везломе, Ватоме), где еще встречались поселения марийцев и восточных меря, а также на Верхней и Средней Вятке (города Хлынов, Котельнич, поселения на Пижме) — на удмуртских и марийских землях. Территория расселения марийцев, по сравнению с IX — XI вв., существенных изменений не претерпела, однако продолжалось постепенное ее смещение на восток, что во многом было обусловлено продвижением с запада славяно-русских племен и славянизирующихся финно-угров (в первую очередь, меря) и, возможно, продолжавшимся марийско-удмуртским противостоянием. Передвижение мерянских племен на восток происходило небольшими семьями или их группами, и дошедшие до Поветлужья переселенцы, скорее всего, смешались с родственными марийскими племенами, полностью растворившись в этой среде.

Под сильным славяно-русским влиянием (очевидно, при посредничестве мерянских племен) оказалась материальная культура марийцев. В частности, согласно археологическим исследованиям, вместо традиционной местной лепной керамики приходит посуда, изготовленная на гончарном круге (славянская и «славяноидная» керамика), под славянским влиянием изменился облик марийских украшений, предметов обихода, орудий труда. Одновременно среди марийских древностей XII — начала XIII веков становится гораздо меньше булгарских вещей.
Не позднее начала XII в. начинается включение марийских земель в систему древнерусской государственности. Согласно «Повести временных лет» и «Слову о погибели Русской земли», «черемисы» (вероятно, это были западные группы марийского населения) уже тогда платили дань русским князьям. В 1120 г., после ряда нападений булгар на русские города в Волго-Очье, имевших место во II половине XI в., началась ответная серия походов владимиро-суздальских князей и их союзников из других русских княжеств. Русско-булгарский конфликт, как принято считать, разгорелся на почве сбора дани с местного населения, и в этой борьбе преимущество неуклонно склонялось на сторону феодалов Северо-Восточной Руси. Достоверных сведений о непосредственном участии марийцев в русско-булгарских войнах нет, хотя войска обеих противоборствующих сторон неоднократно проходили по марийским землям.

 

                                                        ветлужские марийцы                               Меря и марийцы, родственные народы

ВЕРСИЯ О РАЗДЕЛЕНИИ НАРОДА МЕРЯ
IX в. - время зарождения «ростовской славянской цивилизации». Сперва земли хватало всем. Меря и славяне мирно уживались друг с другом в округе Ростова Великого. Но к X веку количество славян увеличилось до «критической массы». И меряне сдвинулись. На восток.
X век – время разделения мери. Одна часть (более многочисленная) снялась со своей «исторической земли» и, увлекая за собой соседние родственные народы (мурому и мордву), ушла на восток – за Оку. 
Вторая часть мерян (меньшая) ушла на северо-восток – за Верхнюю Волгу. Вот - изначальное деление мери. Деление на две части. (Третья часть настолько малочисленна, что её и не называю, просто была – оставшаяся на месте и «обрусевшая», войдя в состав русских дружин – было и такое). Итак, две части. Обе пошли на восток (под натиском проникновения славян в Волжско-Окский регион), но двумя путями: южней Волги (по правому берегу) и северней Волги (по левому берегу).

                (Синьково городище) - мерянская священная роща - похоже на марийское кюсото                        Народ меря, меряне

Только с X века мы можем говорить о «разных меря». Можем вести разговор о диалектах мерян или даже о «разных мерянских языках».
 «Южный поток» переселения мерян (по южному берегу Волги) и стал, в конце концов, марийцами (или образовал основу марийских племен). 
Ушедшие на северо-восток (северней Волги) остались более «чистой мерей». Даже самоназвание («меря», а не «мари») сохранялось у «северного потока» переселенцев. Но, почему-то именно «северная меря» считается сегодня «вторичной».
 Нет, это «южная меря», при передвижении-переселении смешивалась с соседними народами, жившими восточней ИМЗ (ИМЗ – исконно-мерянские земли,  «мерянские» памятники VIII - IX вв. восточней ИМЗ «мерянские» только в кавычках – изначально здесь жили другие – пермоязычные – удмурты и др. финские народы). 
А «северная меря» переселялась из ИМЗ на практически безлюдные (или мало заселенные) земли северного Заволжья. Именно «костромская меря» долго (веками!) сохраняла и исконный мерянский язык, и исконные мерянские обычаи.

Когда «северная меря», уходя от «ростовских славян» очутилась в северном Заволжье, она наткнулась на других славян. Это были новгородцы. И всё сперва опять было мирно. Земли хватало всем. И земля была общей. Пока «ростово-суздальские» князья со своими «государственными замашками» не достигли и Верхней Волги. «Костромская меря» опять двинулась на восток. Еще дальше на восток. И достигла берегов Ветлуги. Где и встретилась (круг замкнулся!) с «южными родственниками-переселенцами», ставшими к тому времени марийцами. Вот там и образовалось уже к XII в. (северней Волжской Булгарии) Страна Черемисов (меря-мари). Но различия (в том же языке) были уже существенны. «Костромские марийцы» (меря) были более новгородскими», а южные (мари) более «булгарскими» (тюрск. - чирмеш).

 

         Гора Балчуг - город Галич-Мерьский - бывшее городище мерянского народа         Город Галич

Меря в преданиях мари и эрзи
Судьбы народа меря возможно проследить по сохранившимся у родственных ему марийцев и  эрзян легендам и преданиям. Уникальный по богатству и разнообразию материал, собранный марийским фольклористом Виталием Александровичем Акцориным, проливает свет на этапы и обстоятельства формирования современного марийского этноса.

Виталий Александрович Акцорин, фольклорист, ученый, родился 17 июля 1930 г. в деревне Берёзово-Шимбатрово Емангашского сельсовета Еласовского (ныне Горномарийского) района Марийской АССР. 

Меря и марийцы, родственные народы

В его книге «Прошлое марийского народа в его эпосе» (Под редакцией Н.В. Морохина), вышедшей в 2000 году, перед нами развёртывается повествование о переселениях по самым разным направлениям, столкновениях с соседями, освоении некогда глухих таёжных территорий... Марийцев с правобережья Волги сдвинули степняки. 
Они, в свою очередь, столкнулись на С.-В. нынешней Марий Эл с удмуртами - тогда народом таёжным, непривычным к земледелию. Тем пришлось потесниться. На Ветлуге и в Яранском крае марийцы ассимилировали местных "чучу" (чудь). 
С западной же стороны к марийцам подселялись многочисленные популяции, которые представляются как часть предков марийцев, но в которых не трудно угадать отселявшихся на восток мерян.
Значительное место в марийских преданиях уделяется взаимоотношениям проживавших некогда вблизи Москвы «марийцев» с русскими князьями и царями и причинам их отселения на восток.
Сравнение фольклорного материала, собранного среди «горных» и «северо-западных» марийцев и среди русского населения Костромского Поволжья (Костромская и север Ивановской областей), собранного В.А. Акцориным и его коллегами в экспедициях 1970-х -80-х гг., приводит к выводу о родстве традиций и отдельных популяций этих регионов.

 

Ниже публикуются фрагменты из этой книги.
По легендам и преданиям предки марийцев состояли из двух этнических групп. Одна переселилась на нынешнюю территорию по Волге с запада, другая - с востока, со стороны Казани. Мотив переселения с запада встречается у марийцев Горномарийского, Волжского, Звениговского, Медведевского, Оршанского районов Марий Эл, Яранского, Советского, Санчурского, Кикнурского районов Кировской области, Тоншаевского и Шарангского районов Нижегородской области. Марийцы запада и северо-запада этнического ареала имеют много общего в антропологическом и лингвистическом отношении, до эпохи переселения они, по-видимому, были единой этнической группой с единым языком.
Эпические произведения западных, северо-западных и волжских групп марийцев называют конкретные места, где жили предки до их массового переселения на современную территорию: район Москвы (МарНИИ, 1960, с.Арда Горномарийского р-на Марий Эл; 1961, с.Б.Селки Тоншаевского р-на Горьковской обл.; 1965, д.Нармычаш Горномарийского р-на Марий Эл и в с.Помары Волжского р-на Марий Эл; 1966, д.Пайбулатово Кикнурского р-на Кировской обл.; д.Марийские Дубники Яранского р-на Кировской обл.; д.Салаял Советского р-на Кировской обл.),

Твери, Ярославля, Клязьмы (МарНИИ, 1965,с.Помары Волжского р-на Марий Эл), Нижнего Новгорода (МарНИИ, 1965, д.Барково Горномарийского р-на Марий Эл), Мурома (МарНИИ, 1965, д.Атеево Горномарийского р-наМарий Эл), Арзамаса, Оки (МарНИИ, 1965,д.Нижние Емангаши Горномарийского района Марий Эл).
В семи преданиях, зарегистрированных в Санчурском, Кикнурском, Шурминском районах Кировской области, Горномарийском, Волжском районах Марий Эл, повествуется о переселении со стороны Финляндии (МарНИИ, 1959, д.Тюм-Тюм
Шурминского р-на Кировской обл.; 1965, д.Сарманкино Горномарийского р-на Марий Эл; с.Микряково Горномарийского р-на Марий Эл; д.Элнетур Волжского р-на Марий Эл; 1966, д.Кугунур Санчурского р-на Кировской обл.; зап. краеведческого кружка Кикнурской ср. школы Кировской обл.).

Лишь в одном предании упоминается о том, что часть марийцев переселилась из Костромы (МарНИИ, 1965, с.Помары Волжского р-на Марий Эл). Три информатора Волжского района Марий Эл указывают и дату переселения предков марийцев со стороны Москвы - начало христианизации Руси, т.е. 988 год (МарНИИ, 1965, д.Элнетур Волжского р-на Марий Эл).
В преданиях предпринята попытка этимологизировать слово "Москва" из марийского языка: оно якобы происходит от "маска" - "медведь", объясняется тем, что там этот зверь был убит или же переселенцы из Финляндии обнаружили "маска вынем" (берлогу). По одной из версий слово выводят из марийского "маска ава" - "медведица". Подобная широкая этимологическая трактовка данного топонима могла возникнуть позднее основания Москвы и ее нельзя считать достоверной и научной. Но сама попытка объяснения названия из материалов марийского языка свидетельствует о каких-то древних контактах марийцев с Москвой.

Меря и марийцы, родственные народы

Упоминаются и исторические личности, связанные с Москвой. Например, в одном из преданий говорится, что на месте Москвы марийцы заложили города, но средств на его постройку не хватило. Деньги дал богатый человек Иван Калта (Иван - Денежный Мешок). Город был построен с его помощью и назван Москвой по названию реки Маскаэнер ("Медвежья река").
Русские назвали Ивана по-своему - Калита (МарНИИ, 1966, д.Мари-Тумник Яранского р-на Кировской обл.). В другом предании говорится о том, что марийцы продали местность в районе русской столицы русскому князю Ивану Калите, который основал там город Москву (МарНИИ, 1966).

В исторических легендах и преданиях есть попытка объяснить причину переселения с запада. Одни информаторы утверждают, что оно связано с насильственной христианизацией, которая велась возле Москвы еще князем Владимиром Мономахом, угнетенным положением марийцев в момент русско-финского конфликта, другие - что марийцев притесняла мордва. Вероятно, эта мотивация возникла в разные эпохи, в разных социально-экономических и политических условиях. Существенно, что марийцы обитали в Верхнем и Среднем Поволжье разбросано, соседствовали с разными народами и имели с ними различные по характеру контакты.
Это прослеживается в легендах "О царе Ханаяне и его князьях", записанной в 1930-х годах исследователем марийской религии И.В.Зыковым (Зыков, 1932), и "Как бог спустился к марийцам" (МарНИИ, 1966, д.Салаял Советского р-на Кировской области).
Мотивы божественного преопределения судьбы марийцев свидетельствуют о том, что эти легенды бытовали в основном в среде марийского жречества.

Легенды примечательны тем, что в них присутствует тема социально-политического, военного и религиозного объединения древнемарийских племен с прибалтийскими, пермскими и волжскими финнами. "На Москве сидел в то время царь наш и князь Ханаян, а сын его Омельян был в Перми, а в большой Ямбургской крепости (ныне г.Кингисепп Ленинградской области) сидел богатырь наш Тач, на Яранске сидел князь Мамай, а у нас здесь, в городке Пижанке (ныне г.Советск Кировской области)..., сидел князь Пивик..., а в Васильсурске были три князя - три брата Арталоф, Салаоф, Каралоф. И был над всеми бог Кугу-Юмо, которому в жертву приносили самого лучшего жеребенка, а над всеми князьями был самый большой князь Ханаян" (Зыков, 1932).

Подчеркивается богатство и сила Ханаяна: он имел несколько тысяч хорошо вооруженных и храбрых воинов, табуны лошадей, стада рогатого скота, овец, гусей, уток. Он представлен как крупный феодальный правитель, сконцентрировавший большое богатство и объединивший огромную территорию от Камы до Прибалтики. Мотив былой концентрации племен вокруг московской территории идентичен мотиву переселения предков марийцев с запада.
Он звучит и в легенде "Как бог спустился к марийцам". Московскую, казанскую и яранскую племенные группы бог хотел объединить через общее жертвоприношение в рамках общеплеменного культа Юмо, но все племена, кроме яранского, отказались.

Меря и марийцы, родственные народы
В легенде говорится:
"Бог Юмо в отдаленную древность спустился было к марийцам, живущим около Москвы. Московские марийцы отказали ему: "Мы не можем организовать большое жертвоприношение". Затем через триста лет бог спустился было к казанским марийцам. Они тоже отказали ему: "Мы не можем руководить таким жертвоприношением". После этого бог Юмо спустился к старику Выльыпу (старик Выльып был главным жрецом д.Салаял Советского района Кировской области, по преданиям, умер в 1860 году), который организовал общемарийское жертвоприношение из семидесяти семи жертвенных очагов".

В легенде "О царе Ханаяне и его князьях" тоже содержится мотив жертвоприношения около Москвы. Бог Кугу Юмо потребовал от Ханаяна пожертвовать семьдесят жеребцов. А тот пожалел и на требование бога стал отвечать дерзостью. За это бог рассердился и наказал Ханаяна, отняв у него силу и устроив нападение русских на марийцев. Далее в данном произведении говорится, что марийцы начали отступать, а затем переселяться за Волгу. Переселение тянулось долго, за этот период умерли и царь Ханян, и взявшийся руководить его сын Омелька. Таким образом, легенда отражает конфликт царя Ханаяна и самого бога Кугу Юмо, который потребовал слишком большую жертву. Повод переселения древних марийцев на восток объясняется в мистическом плане, но в произведении улавливаются социально-политические мотивы.

Путь на Ветгугу и Большую Кокшагу с Унжи предкам марийцев указали быки (Марков, 1925). Интересно, что у марийцев обычай этот был известен лишь в тех селениях, где сохранились предания о движении предков с запада и верховьев Волги. Интересно, что в Галиче Костромской области до сих пор в ходу приветственное обращение "меряне", которое осознается как группа людей: "Как поживаете, меряне?" 
Это значение реализуется и в именах марийских богов Мер Кугу юмо, Мер кого йымы (Великий бог народа), выражении "мер кусото" (общенародная жервенная священная роща), "мер ушм" (общенародный совет).

 

                                             марийская свадьба в западных районах                           Марийская свадьба

В Костромской области в период экспедиций 1970-х годов зафиксированы воспоминания о древних насельниках, именовавшихся черемисами. Предания о них, упоминавшие "черемисские мольбища кереметища" и "черемисские колодцы", бытовали в окрестностях Темникова и Теньгушева в Мордовии, сравнения "как черемисин" в ходу в Макарьевском районе Костромской области.
Предания, бытовавшие в Мещерских лесах по Оке, свидетельствуют о том, что наряду с летописной муромой там лишилась своего языка и черемиса (Действия НГУАК, т.Х1У, 1913, с.39-41). Предания о предках-черемисах известны в Спасском районе Нижегородской области, о разрушенных черемисских поселениях рассказывают возле города Лысково. Архимандрит Макарий зафиксировал песню о Рознеге-черемисине у с.Разнежье (Акцорин, 1978). В Межевском районе Костромской области жителей села Тимошино окружающие до сих пор называют черемисами (Акцорин, 1975).

Фольклорные экспедиции в Горномарийский район показали, что по мнению метсных жителей, предки населения д.Крайние Шешмары (Кого Шошмар), Средней Околотки (Ло Сола) переселились со стороны Нижнего Новгорода, Лыскова, из-за Суры (МарНИИ, 1979, Кырык мары фольклор материал, зап. В.А.Акцорина). В Васильсурске зафиксировао предание о приходе марийцев с "финской стороны", о том, что они жили раньше по берегам Оки при впадении ее в Волгу, после чего часть ушла "в левую сторону", часть осталась на правом берегу Оки.

 

                                                марийка в национальной одежде                                            Меря и марийцы, родственные народы

Экспедиция 1979 года нашла подтверждения тому, что родиной их предков может быть левый берег Суры и Лысковский район. Возле с.Хмелевка в Воротынском районе на Волге был Черемисский остров, у с.Криуша, д.Покровка Лысковского района и с.Чугуны Воротынского района - Черемисский враг, Черемисский ключ, Черемисский овраг. По преданиям, город-крепость Лысково имел смешанное население - русские, мордва, марийцы, чуваши. Холм Большой Колачевский у с.Кисловка Лысковского района был насыпан, когда "русские, черемисы и мордва шли на войну с татарами, взять Казань, то они по дороге горсткой земли каждый сделали большой курган".
В завещании Ивана Грозного упоминается "Муром с мордвой и черемисью, что к мурому потягло". Приводя эти слова, нижегородский историк И.А.Кирьянов полагает, что группа селений близ Горбатова, считавшаяся в прошлом черемисской, позднее стала именоваться в документах мещерской, и под мещерой надо понимать черемисов (Кирьянов, 1971).
Воспоминания о движении предков из окрестностей Нижнего Новгорода до Х1У века содержатся, например, в преданиях жителей села Куксир Ямангаш (Верхние Емангаши) Горномарийского района. Переселенцы вначале остановились у современного Васильсурска, затем спустились еще ниже на 20 верст, основав селение на Сумской горе возле устья речке Пынгель (Сумка). И лишь после походов Ивана Грозного основали современное село (МарНИИ, 1965).

Интересно пронаблюдать финно-угорские слова в местных диалектах Верхнего Поволжья. В Ярославской и Костромской области, в Кикнурском и Яранском районах Кировской области распространено слово согра, шогра, шохра, шокра, шадра которым называют болото. Б.А.Серебренников считал его заимствованным из языка мери (Серебренников, 1971). В Кировскую область оно могло быть перенесено в потоком мерянских переселенцев. Совпадает с марийским "мен" название налима в Воскресенском районе "мень", "менек" и в Бутурлинском "ментюг" (Смирнов, 1849; Бутурлин, 1852).

                                  карта ветлужских княжеств мари и окружающих земель                           Поветлужье, история, народы

Сходны с марийскими и приметы, записанный в с.Сурадееве: покойник снится к ненастью, пожар - к морозу, навоз - к прибыли, веселье - к болезни (Бутурлин, 1852, л.19-20). Все это свидетельствует о былом смешении финно-угорского населения со славянским. Археологические исследования О.Н.Бадера показали, что былое население с.Унжа Макарьевского района Костромской области было марийским (Бадер, 1951).

О пребывании финно-угорского населения в Юрьевецком районе Ивановской области свидетельствуют названия поля Мерянки у д.Щаднево, урочищаМеряково, поля Шишмаровка у д.Веска, поля Шишмариха у д.Зады (Костин, 1981) (ср.: с.Кого Шошмар Горномарийского района, фамилия Миряков), д.Сатырово (ср.: д.Сутыри Горномарийского района), п.Ухтынгирь ("энгер" - река в марийском), д.Тютьково (фамилия Тютьков у марийцев). В Кинешемском районе есть с.Никола Мера, д.Черемисино, в Южском - д.Черемисино. Обнаруживаются и следующие сходные названия: д.Чебыково Ильинско-Хованского района - д.Чобыково Новоторъяльского района; д.Тюгаево Комсомольского района - с.Тьыгайсола (Тегаево) Горномарийского района; д.Торкацево Комсомольского района – урочище Торгаца у д.м.Сундырь Горномарийского района; д.Симаки Верхнеландеховского района - д.Симаксир Горномарийского района, фамилия Симаков; д.Санчарово Ильинско-Хованского района, д.Санчарка Шуйского района - Санцара, Шанчара (марийские названия р.п.Санчурск вКировской области).

В "Суждальской стране" среди языческих божеств были известны Ярун и Пинай, на окраине Владимира возле речки Рпень была Ярунова долина, где стоял идол Яруна или Ярилы (Иосаф, 1849; Доброхотов, 1849). Известно, что дославянское население владимиро-сузальского края - меря, можно предположить, что приводятся названия их традиционных божеств. В Горномарийском районе до сих пор распространены фамилии Ярунин, Ярускин, Ярунов, в других районах Марий Эл - Ярушкин, Яруткин Ерунов, Пинаев, Пиняев, в Ядринском районе Чувашии - Яружин. Среди горных марийцев до Х1Х века была вера в божество Ярводыж.
В 1983 году во время экспедиции в Ивановскую область выявлено: в тех районах, где имеются топонимы, связанные с корнями "меря" и "черемис", сохраняются однокоренные марийским слова в говорах - "дюдя" - дедушка (ср. мар. "тьотя"), "кока" - тетя (в мар. "кока"). Обряды, перечисленные для ряда деревень Кстовского и Лысковского района, имеют место и здесь. Исследование проводилось в д.Токарево, Лобаны, Плохово, Богомолово, Пенькино, Мыльгино, Скураниха, с.Елнать, Обжериха Юрьевецкого и с.Зобнино, Решма, д.Якимово, Истрахово, Черемисино, Казариново, Хмелево Кинешемского районов.
Это дает основание полагать, что частью предков горных марийцев стала меря. Не исчезнувшая, таким образом, бесследно.

 

                                          финно-угорский обляд весеннего цикла                                        Меря и марийцы, родственные народы

МИФОЛОГИЯ МЕРЯ И МАРИ
Меря — один из летописных финно-угорских народов, издавна живших на территории Центральной России, информации о котором сохранилось крайне мало (вследствие их  славянизации выходцами из  Киевской Руси). В том числе мало информации мы имеем о религии и верованиях народа Меря. О них возможно судить лишь на основе немногочисленных письменных свидетельств, параллелей культуры современного русского населения Центральной России и соседних финно-угорских народов.  По нашему мнению общую схему можно выстроить, опираясь на сведения о религии близкородственных Мери народов - Мари и Эрзя.

Ознакомившись с материалами, доступными для поверхностного анализа, можно однозначно сказать, что имеется сходство космогонических мифов близких Мере народов Мари и Эрзя. Во-первых, это общее представление о высшем божестве - создателе Вселенной. Он создает Землю в сообществе с темным Шайтаном флору и фауну. 
Во-вторых, важную роль в мифе о творении земли играет птица утка (уткой оборачивается Шайтан и ныряет за землей на дно океана), с этим мифом перекликаются множественные мерянские украшения в виде уток, найденные при раскопках в областях Центральной России (аналогичный миф есть у марийского народа!). 

Также характерная общая черта финно-угорских мифов — это трёхчастное деление пространства (верхний — горний мир, земной — дольний и низший), с непременным стержневым элементом (осью). Ось  могли олицетворять дерево или гора. Создатель и вышние Боги обитали в мире небесном; духи природы, покровители людей и животных — в мире среднем;  нижний мир — был пристанищем злых духов и их Бога Шайтана (у мари - Керемета).
 
Известно, что задолго до появления немногочисленных славянских переселенцев на территории вокруг озера Неро был один из крупных центров народа Мерян. Озеро, являлось  одним из священных мест. Культовыми святынями народа считались Синие камни, находящиеся на небольшом острове посредине озера; возможно. Да и сам остров играл важную роль в языческих обрядах, так как Меряне видели в нём некую первозданную землю. С юга в озеро впадает река Сара. 
В мерянском фольклоре река, как и вообще проточная вода, «мыслилась некой границей разделения жизни и смерти…» (Плешанов Е.В. К вопросу о происхождении названия «Ростов»//История и культура Ростовской земли. — Ростов, 1998) «Тот свет» располагался ниже устья Большой реки на север или запад от поселения. Для жителей Сарского городища таким направлением мог служить путь по Саре на Неро. 
Согласно мифологическим представлениям древних Мерян, верховный бог, приняв облик водоплавающей птицы, скорее всего утки, стаи которых во множестве обитали в камышах озера, обозначил пути перелёта птиц, приносивших с собой обновление природы. Птичьи караваны как раз пролетали над Сарским городищем и поворачивали на север к озеру Неро. Вероятно, вблизи Сарского городища находился главный культовый центр Мерян-язычников. Культ водоплавающей птицы был не случаен, т.к. это единственное живое существо, способное передвигаться в любом направлении по воздуху, воде и земле. В свою очередь, культ священной птицы связан с представлениями о плодородии, жизненных циклах растений, животных и человека, с культом воды. Если учесть, что мерянское «Ка» означает «один», то Каово или Каава (старинное название озера) может переводиться как «Одна мать или Первая мать», то есть богиня воды для народа, селившегося на берегах озёр и рек. 

 

                      Юмол - Чудский Бог Неба из новгородской грамоты XIII века                                 Народ меря, меряне

Берестяны́е гра́моты, письма и записи на коре берёзы (бересте), — памятники письменности Руси XI—XV вв. Берестяные грамоты всегда представляли первостепенный интерес как источники по истории общества и повседневной жизни наших средневековых предков, и истории их языка.

Существование берестяной письменности было известно и до обнаружения грамот археологами. В обители св. Сергия Радонежского «самые книги не на хартиях писаху, но на берестех» (Иосиф Волоцкий). По В. Л. Янину, в музеях и архивах сохранилось немало поздних документов, написанных на бересте (XVII—XIX веков; даже целые книги). Этнограф С. В. Максимов видел в середине XIX века берестяную книгу у старообрядцев на Мезени. На берегу Волги близ Саратова крестьяне, роя силосную яму, в 1930 году нашли берестяную золотоордынскую грамоту XIV века.

Особый интерес представляет новгородская берестяная грамота № 292 — грамота, найденная в 1957 году при раскопках в Новгороде, являющаяся древнейшим из известных документов на  Чудском финно-угорском языке. (Напомним, что в средневековом Новгороде был Чудский административный район - Чудский конец) Документ датируется началом XIII столетия. 
Согласно авторитетному мнению Е.А. Хелимского, грамота является записью заговора. В ней употребляется имя небесного бога Юмола: ему принадлежат стрелы, которыми бог поражает злых духов — правит небесный суд (обладая, между прочим, чудесной способностью метать сразу три стрелы); показательно, что в финском фольклоре словом Юмола могут обозначать и христианского Бога, и колдуна. Записанный заговор явно направлен против духов болезней, которых и в русских заговорах истребляют Божьи стрелы. 

Вполне возможно, что и древние Меряне называли своего Бога Неба - Юмол (Юм). В современном язычестве родственного Мерянам  Марийцев почитается верховный бог Неба - Ош Кугу Юмо (Юмо и сейчас по-марийски - Бог). 

Первоначально слово «Юмо» в финских языках значило Небо, и в этом смысле оно до сих пор употребляется в некоторых случаях, например в выражениях «юмо волгалтла», небо проясняется; «юмо йуклана», небо гремит; «юмо пылайте», небо в облаках; в сложных словах — юмонÿдыр, «горизонт» (букв. «край неба»), юмонлулеге, «мироздание» (букв. «остов неба»). Позже, оно стало обозначать верховное божество: юмонкÿй, «жертвенник» (букв. «камень Юмо»), юмонпундаш, «небо» (букв. «дно Юмо», ср. морд. Pundas < др.-инд. budhnas. Ветер — дыхание Юмо, радуга — боевой лук (jumyn joŋež < праур. *jonks).
Юмол пребывает в своем небесном доме на золотом престоле, откуда ему видны все дела людей...

 

                                           реконструкция мерянской одежды и украшений                                    Меря и марийцы, родственные народы

МЕДОВУХА - ПУРЕ
Меряне уважали ″пуре″. Да и заезжий торговый гость, проезжающий по этой дороге, с устатку воздавал ему должное. В то далекое время, в зимнюю стужу и пургу, дальние дороги и тяжелый труд делали употребление ″пуре″ необходимостью, да к тому же этот напиток считался и полезным, и целебным. Наблюдения простого русского народа говорят о том, что медовый напиток ″пуре″ очищает кровь, укрепляет желудок, улучшает состав и обмен веществ. 

Деревянный резной или раскрашенный стаканчик — чарочка с ″пуре″ обходил сидевших за столом в круговую, чтобы не было лишнего выпивших и не осталось обойденных. Чарочка нам досталась от мерян, и это слово состоит из двух мерянских слов: "чары", что значит колесо и "а(ш)ська" — ходика, шагай. Чара(ш)ська — значит колесом ходи-ка, в смысле кругом ходи, кругом шагай. И немного потребовалось изменить слово, чтобы получилась русская чарочка. Вспомним застольную песню: "Чарочка по столику похаживает…" 

″Пуре″ в переводе на русский язык — значит медовая брага, медовуха, а мерянское прилагательное от ″пуре″ — пурех, пурешка — медовушное, бражное. Реки Пуре, Пурех и Пурешка протекают в местах болотистых, вода в них с коричневым оттенком и напоминает по цвету ″пуре″, отсюда и даны им такие названия (Пура – и сейчас с марийского: пиво, квас). 

                                        река Унжа - места обитания мерян                             река Унжа

МЕСТА ПРОЖИВАНИЯ МЕРЯ И МАРИ
Начало слияния с восточными славянами относится к X—XI вв. Эта территория стала основой Владимиро-Суздальского княжества. Меря входила в состав населения, восстававшего в 1071 и 1088 против насаждения христианства и феодальных порядков. Процесс ассимиляции растянулся на столетия. Когда в XIV в. Авраамий Галичский решил поселиться на Галичском озере, там жили «человеци по дубравам некрещении, нарицаемые меря» (Житие).

В "письме брата Юлиана о монгольской войне" впервые упоминается Меровия (Merowiam), которая наряду с несколькими языческими царствами была завоёвана татарами. По мнению С. А. Аннинского Меровия находилась к северу от реки Волги, между реками Унжа  и  Ветлуга. Л.Н. Гумилёв считает, что эти страны были захвачены в 1235 году. 
Н.В. Морохин предполагает, что в Меровии есть два этнотопонима указывающих на проживавшую в этих местах мерю — Маура, Мериново. 
В 1245 году по жалобе галичского князя Константина Ярославича Удалого, вызванной непрекращающимися набегами ветлужских марийцев, золотоордынский хан приказал отдать правый берег реки Ветлуги Галич-Мерьскому княжеству. 
В XVI—XVIII веках, когда стала проводится русификация и крещение мерян уже и на территории Меровии, часть жившей здесь мери переселилась дальше на восток в Заветлужье, где слилась с родственным этносом мари, и стала основой северо-западной группы этого народа в современных Воскресенском, Тонкинском, Тоншаевском и Шарангском районах Нижегородской области.

По данным археологических раскопок и ориентировочно по данным обширной дославянской топонимики этих мест, меря были финно-угорским народом с языком, близким, вероятно, марийским языкам, вепсскому, мордовским (эрзянскому и мокшанскому).
В настоящее время истинных потомков летописного народа мери, по-видимому, не существует. Название «меря» известно практически только из летописи «Повесть временных лет». Нет данных, было ли это самоназвание либо искажённое внешнее наименование местного племени пришлыми славянами.

Народ меря, меряне

ЭТНОНИМ МЕРЯ И МАРИ
По всей видимости, название народа меря произошло от угро-финского слова «мёри», что означало «человек». Очень похоже называют себя и ныне существующие близкие мерянам народы — «мари» — марийцы, «морт-коми» — коми (зыряне), «морт-уд» — удмурты (вотяки), «морт-ва» — мордва. 
Существует еще версия, что слово «меря» и самоназвание проживающих на западе Марий Эл современных горных марийцев, звучащее приблизительно как «мяры», представляют собой однокоренные слова.

Ряд учёных (М. Фасмер, Т. С. Семёнов, С. К. Кузнецов, Д. А. Корсаков, Д. К. Зеленин) отождествляют мерю с мари. Луговые марийцы воспринимают слово меря как русифицированное самоназвание западной ветви мари — Мäрӹ. «История о Казанском царстве» упоминает черемисов как коренных жителей Ростова, не пожелавших креститься и поэтому покинувших город.
Ученный Матвеев признаёт, что «несмотря на многочисленные попытки отделить этнонимы меря и мари друг от друга, есть всё же намного больше оснований видеть в них фонетические варианты одного слова…».

 

           мерянский культ утки (птицы) - свойственный всем финно-уграм    Народ меря, меряне

ЯЗЫК МЕРЯН И МАРИ
Мерянский (друс. мер(ь)скый), ныне мёртвый, финно-угорский язык в период наибольшего распространения занимал, очевидно, территорию современных центральных областей европейской части РСФСР - (полностью) Ярославской, Ивановской, Костромской, (частично) Калининской (Кашинский р-н), Московской (за исключением юго-западной части), Владимирской (к северу от Клязьмы и отчасти к югу от нее, за исключением земель муромы, другого финно-угорского племени, у впадения Клязьмы в Оку) [10, с. 38; 67, с. 136; 59, с. 81-82; 79, с. 146] (Прим.1.Не исключено, что и вне этой территории, компактно заселенной мерей, в частности к северу от нее имелись группы носителей мерянских диалектов или близкородственного мерянскому языка, о чем говорят топонимы типа р. Вёкса, р. Ягрыш (Вологодская обл.), (Солом)бала ( Архангельская обл.), близкие к распространённым на бывших несомненно мерянских землях. 
Однако ввиду полной неизученности этого вопроса, как и вопроса о части мери, по преданию переселившейся, избегая христианизации, к марийцам [28, с. 30-31] или мордовцам [49, с.103] и, видимо, здесь ассимилированной, в данном исследовании они не рассматриваются).

С востока с мерей граничили марийцы; а с юга - мордовcкиe племена: мурома и, возможно, мещера. Позже западными соседями мери стали восточнославянские племена - кривичи, новгородские словене и вятичи, с рубежа Х-ХІ вв. начавшие проникать на мерянские земли. Если первоначально область мери была почти со всех сторон, кроме запада, окружена землями родственных финно-угорских племён, то со славизацией муромы, мещеры, соседней с мерей части вепсов и заволоцкой чуди и с расселением славян на мерянской этнической территории меря, за исключением крайнего востока, оказалась в славяно- русском народности.

В свою очередь, решение этих вопросов нуждается как в углублении знаний истории финно-угорских народов, так и в выяснении принципов словообразования финно-угорских этнонимов, где могут сохраняться особенно архаические структурные типы. С вопросом о происхождении этнонима "меря" тесно связан вопрос о происхождении мерянского языка, его месте в семье финно-угорских языков, который также еще не нашел своего окончательного решения. Если принадлежность мерянского языка к финно-угорской группе никогда не вызывала особых сомнений (), то значительно сложнее было решить, к какому финно-угорскому языку (группе языков) он особенно близок. 
А.Кастрен предполагал особую близость мери и марийцев и их языков [78, с. 16]. Первая серьезная попытка подтвердить эту гипотезу, как и вообще изучить мерянский язык на ocнове его остатков, была сделана Т.С.Семеновым, учителем марийского языка при Казанской учительской семинарии, в статье "К вопросу о родстве и связи мери с черемисами", опубликованной в 1891 г. 
На основе сравнения 403 местных названий предполагаемого мерянского происхождения с марийскими словами и названиями Т.С.Семенов нашёл, что "данные из языка и факты из быта и истории мерян и черемис... действительно допускают возможность очень близкого родства между этими народами" [50, с.229]. 
В то же время он считал, что окончательно определить место мерянского языка среди других финно-угорских можно будет "только тогда, когда меряне... по остаткам своего языка будут сопоставлены или сравнены со всеми народностями финского племени" [50, с. 229]. 

По стопам Т.C. Семенова в опубликованной значительно позже (1935), работе "Меrja und Tscheremissen" [91, c. 351-418] шёл фактически М.Фасмер, на основании более тщательно собранного и исследованного ономастического материала старавшийся доказать близость мерянского языка к марийскому. Относительная ограниченность привлеченных данных (только топонимы) и стремление во что бы то ни стало связать их лишь с марийским языком (например, в объяснениях по по- воду названий Кера [91, с. 386], Ура, Курга [91, с. 392-393], Тума [91, c. 398], Лочма/Лотьма [91, с. 401] привели М.Фасмера к выводу, что "должно быть допущено тесное родство мери и марийцев(черемисов)" [91, с. 411]. 

Учитывая взгляды предшественников и на основании результатов собственных исследований, А.И. Попов пришел к выводу, о том, что "... несмотря на несомненные общности в словаре с другими финно-уграми ... меря (в языковом отношении) отличалась от марийцев, как и от мордвы и других финно-угров..." [44, с.101]. Этот взгляд подтверждается и отрицательными результатами предшествующих попыток усмотреть в мерянском особую близость к какому-либо из финно-угорских языков, и явным своеобразием ряда мерянских слов, о чем говорит А.И. Попов, - таких, как урма "белка", яхр(e) "озеро", бол "селение" и под. [44, с. 100, 101]. 

Народ меря, меряне

________________________________________________________________________________________

ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ И ФОТО:
Команда Кочующие
«Атлас к исследованию о мерянах и их быте» — С-Пб, 1872
http://nnov.ec/Меря
 Третьяков П. Н. К истории племён Верхнего Поволжья в первом тысячелетии н. э. Материалы и исследования по археологии СССР №5. — Ленинград: изд-во Академии наук СССР, 1941.
http://merjamaa.ru
http://сувары.рф/ru/content/istoriya-mariyskogo-naroda-ix-xvi-vekov
Бадер О. Н. Древние городища на Верхней Волге // Материалы и исследования по археологии Верхнего Поволжья. Материалы и исследований по археологии СССР № 13. — М.-Ленинград: изд-во Академии наук СССР, 1950. — С. 90-132.
Патрушев В. С. Финно-угры России (II тыс. до н. э. — начало II тыс. н. э.). Йошкар-Ола, 1992.
 Происхождение марийского народа: Материалы научной сессии, проведенной Марийским научно-исследовательским институтом языка, литературы и истории (23 — 25 декабря 1965 года). Йошкар-Ола, 1967.
Этногенез и этническая история марийцев. Археология и этнография Марийского края. Йошкар-Ола, 1988. Вып. 14.
 Леонтьев А. Е. Археология мери: К предыстории Северо-Восточной Руси. Археология эпохи великого переселения народов и раннего средневековья. Выпуск 4. — М.: Институт археологии РАН, 1996.
Леонтьев А. Е. Археология мери. К предыстории Северо-Восточной Руси. 1996.(недоступная ссылка)
http://kostroma.ru/index.aspx
Авдеев А. Г.  Отчёт об археологической экспедиции в Галиче Мерском в 1994 и 1995 годах.
Сайт Википедия.

 

Комментарии

аватар: Кэп

лингвисты утверждают -

лингвисты утверждают - при  сравнении топонимов Поволжья: Рязанской, Ивановской, Костромской, Нижегородской, Ярославской  и др. областей - говорят о том, что мерянские слова - имеют большое сходство с марийским языком, а топонимы муромы - похожи на эрзянский язык, при этом многие слова мери и муромы есть в марийском и эрзянском языках одновременно, как общие финно-угорские!

Это дает основание говорить, что западные финно-угры: меря, голядь, берендеи, мурома, мещера, чудь, вепсы и т.д. - не пропали во мгле веков, а приняли активное участие в этногенезе марийских и мордовских племен в Поволжье!

Давление славян, создание Булгарского государства, нашествие монголов и др. факторы - заставили финно-угров объединяться в межплеменные союзы, которые усилили слияние племенных групп в устойчивые этносы!

Отправить комментарий

Фотографии на сайте размещены в качестве научного, информационного, учебного и культурного материала без цели извлечения прибыли.

Контактная информация:

Капитан команды Кочующих (он же главный по сайту):
Хафизов Ахат - Hafizow@yandex.ru

Продвижение сайта в интернете:

Лоцман команды Кочующих
Бортяков Андрей - abortyakov@yandex.ru