Клады Оренбургской области

Оренбургские степи, воспетые в песнях и стихах, известны по всему миру не только своей красотой, но и уникальными артефактами. Музейную коллекцию древних ценностей, рассказывающую о жизни племен сарматов, археологи пополняют уже больше ста лет. 
А частных искателей привлекает местная легенда о золотом кладе Емельяна Пугачева. Находки оренбургских археологов и кладоискателей не могут не удивлять. В IV–VI веках до нашей эры оренбургские степи были заселены ираноязычными племенами раннего железного века — это были сарматы, кочевники, скотоводы и искусные воины. 
Поэтому степи с курганными захоронениями сарматских вождей всегда привлекали археологов и кладоискателей. 
 

 

Золотое украшение, найденное в Оренбургской области Раскопки на территории Оренбургской области проводились с самого начала прошлого века.

А у знаменитой горы Маяк были обнаружены погребения женщин-воительниц сарматской культуры — знаменитых амазонок. Причем первые находки на горе были сделаны случайно: рабочие, добывая известняк, обнаружили в каменоломне бронзовые и медные топорики, наконечники стрел, круглый столик из камня и даже череп с застрявшим в нем наконечником стрелы.

Большинство удивительных древнейших коллекций и экземпляров хранится сегодня в оренбургских музеях. Наконечник стрелы - хранится в музее Оренбурга 
Самой большой и поистине уникальной коллекцией, обладающей огромной научной ценностью, является археологическая коллекция — это 25 тыс. музейных экземпляров. История ее формирования длится уже более ста лет. Первые поступления будущего археологического фонда связаны с предметами, обнаруженными рабочими в 1908 году на горе Маяк, а также вещами, найденными кладоискателями в 1911 году в курганах близ сел Прохоровка, Покровка и Красногор. По итогам многолетних археологических исследований в Соль-Илецком районе фонды музея приобрели наиболее цельную и представительную коллекцию из Покровских курганных могильников левобережного Илека. 


Серебряный кувшин, найденный в Покровских курганных могильниках Самую интересную и богатую коллекцию артефактов предоставила музею знаменитая Приуральская археологическая экспедиция, которую возглавлял Леонид Яблонский, доктор исторических наук и заведующий отделом скифо-сарматской археологии. Она вела раскопки в регионе на протяжении четырех лет. Больше 600 различных уникальных предметов, найденных археологами в Филипповском курганном могильнике, — золотые украшения, наконечники для стрел, предметы обихода — составили выставку «Сокровища сарматских вождей. 

Статуэтка с изображением древнего бога представлена в экспозиции Сокровища сарматских вождей Наибольший интерес вызывают предметы из драгоценных металлов, в основном украшения. Это нашивки на пояс со стилизованными изображениями оленьих голов, навершия (шпильки или детали головных уборов) в форме булавы, золотые перстни, золотые серьги, пряжки портупейные, подвески, женские и мужские украшения на шею — гривны, браслеты в форме греческой буквы «омега» с фигурками хищников на концах. Вылитый из серебра литой крюк в виде синкретичного образа пантеры и грифона, накладка на чашу с гравированным изображением рыбы, амфора с зооморфной ручкой-сливом. Золотыми накладками украшен сарматский меч-акинак, занимающий центральное место в экспозиции. 
Меч украшают изображения копытных, сцен терзания, охоты и жертвоприношения. Марина Запольских, сотрудница Оренбургского губернаторского историко-краеведческого музея. Одно из золотых украшений, найденных в Оренбургской области В одном из захоронений археологи обнаружили нашивки, сделанные из штампованного золотого листа, изображающие тигров в фас и профиль. Еще одна не менее ценная находка — уникальный набор для нанесения татуировок, которые тогда имели сакральное значение. 
В специальном кожаном мешочке лежали костяная игла, каменная палитра для размешивания красок и костяная ложечка для их растирания. Сегодня курганные могильники, разбросанные по оренбургским степям, не только археологи продолжают исследовать, но и в буквальном смысле слова атакуют частные кладоискатели и коллекционеры. Золотые украшения часто оседают в частных коллекциях 
Ежедневно на просторах интернета продолжают появляться блоги и посты с информацией о частных находках. Помимо предметов и драгоценностей сарматской культуры в Оренбуржье, как и во многих других регионах, через которые прошло войско легендарного бунтаря и полководца Емельяна Пугачева, ищут зарытые им клады. Традиционно ориентиром служат местные легенды, передающиеся из уст в уста.
  


КЛАДЫ ОРЕНБУРГСКОГО КРАЯ
Полистаем немного старые газеты и журналы. В 1970 году профессор Свердловского института народного хозяйства А. Малахов, геолог и писатель, напечатал в «Уральском рабочем» свою первую статью «Тайна малахитовой плитки». Более подробная публикация была в №8 журнала «Вокруг света». Смысл сводился к следующему: старый горщик подарил профессору малахитовую плитку, на которой тот при очень большом увеличении обнаружил выполненную в микротехнике живопись, названную им литостилем. Среди сотен различных рисунков, увиденных профессором, им были расшифрованы многие, якобы связанные с Пугачевским восстанием.

Один из этих сюжетов и послужил основанием для поиска клада: «У противоположного края плитки размещены пейзажи реки Чусовой, то есть все, что расположено на западе Среднего Урала, а с юга в эту зону двигались «гонцы» с караваном наиболее секретных документов и ценнейшей части казны Пугачева». Это заявление послужило сигналом, и на берега Чусовой ринулись толпы кладоискателей. Одну из них возглавил сам Малахов. При помощи лозы и электроразведки обследовались пещеры и скалы вдоль реки, пока наконец не было сказано: вот в этой пещере должны быть сокровища!

В 1983 году А.Малахов умер, и страсти немного поутихли. Однако последователи его идей не сложили оружия, и вновь замелькали публикации в центральных и местных газетах, появились заявления в самые высокие инстанции страны. Процитируем одно из самых последних из них:

«Небольшой, но тяжело нагруженный караван ослов и верблюдов в сопровождении трех сотен отборных, преданных казаков во главе с Емельяном Пугачевым в сумерках достиг реки Чусовой – притока Камы – одной из самых крупных составных Волги-матушки.

Казаки постепенно разгружали караван и погрузили сокровища на подоспевшие лодки и плоты. В предрассветной дымке они тронулись вниз по реке. Водный вояж продолжался более суток. Наконец, отряд причалил к берегу.

Казна Российском империи была спешно перенесена в одну из пещер карстовой галереи. Вход в галерею был заложен порохом и закрыт взрывом.

Сопровождающий секретный отряд Пугачевым был брошен в бой, оказавшийся для них гибельным. Однако тайну этого захоронения неизвестный русский умелец, чудом уцелевший, доверил малахитовой плитке, на которой он изобразил разные сцены из жизни Пугачева: его портрет, царскую корону, клинопись, безмасштабный план захоронения сокровищ и профиль, на котором видны бочки с драгоценностями, засыпанные грунтом».

Давайте порассуждаем хладнокровно: могло ли это произойти?
 
 
Было ли что прятать?

Первое, что бросается в глаза: сам Пугачев никогда в бассейне Чусовой не был. Его пребывание на Урале, начиная с 22 ноября 1772 года, когда он объявился в Яицком городке, и кончая трагическим пленением 8 сентября 1774 года на реке Малый Узень, нам известно буквально по дням. Ближе линии Каслинский завод – Красноуфимская крепость вождь восстания к бассейну р.Чусовой не приближался. 
Это отстает по прямой от самой ближней точки бассейна не менее чем на 120 км! Заметим, что и по времени это приближение проходило в период между 19 мая (бой у Троицкой крепости) и 11 июля 1774 года (взятие Красноуфимской крепости), когда в бассейне Чусовой все военные действия давно завершились и там повсюду стояли преданные правительству войска. Следовательно, версия с личным участием Пугачева напрочь отпадает сразу.

Справедливости ради надо сказать, что есть другой подходящий кандидат – пугачевский атаман Иван Белобородов. Тот как раз вел свои боевые действия в бассейне Чусовой. Начиная с первых чисел января 1774 года и до разгрома под Староуткинским заводом в конце февраля Белобородов был полновластным хозяином здесь. Вот он мог спрятать клад. Но тут встает другой немаловажный вопрос: что ему было прятать?

Про захват пугачевскими войсками несметных богатств ходят сотни легенд. Между тем документально закреплены почти все случаи захвата ценностей армиями восставших. Они подсчитаны в материалах следственной комиссии, воспоминаниях современников, перечислены в реестре, представленном в Сенат, наконец, упомянуты в романе В.Шишкова. Эта сумма равна примерно 200 тысячам рублей. На долю отрядов Белобородова падает вообще мизер: каких-то 30 тысяч рублей. Но и тут надо учесть, что в середине февраля 1774 года майор Фишер отбил казну Белобородова, где находилось 20 тысяч рублей. Остается всего ничего, да и то в медных деньгах. Ценных вещей в этом районе вообще не захватили, если не считать нескольких икон и породистых лошадей. Но и их тоже отбили.
 
Где же клад?
Пусть останется уделом романтиков
Давайте проанализируем критически, фразу за фразой, заявление о кладе Пугачева на Чусовой.

Возражение первое. За два века наблюдений самый ранний ледоход на Чусовой был 30 марта 1961 года, а обычно – между 20 и 25 апреля. Даже если мы возьмем в расчет самый ранний срок, то в это время армия Белобородова уже отступала в степях Южного Урала, а Пугачев готовился к битве под Сакмарским городком в степях Оренбуржья. Следовательно, если и грузили, то, по времени, надо было переносить ценности в сани и кошевы, а не в лодки и плоты.

Возражение второе. Кладоискатели в один голос указывают точное место: камень Кликунчик, расположенный на правом берегу Чусовой, примерно в 240 км ниже по течению от Староуткинска. Нам известно, что самая нижняя точка по реке, где появлялись повстанцы – это Илимская пристань при одноименной крепости.

Сюда белобородовские сотники Журбинский и Перхачев глухой ночью 26 февраля и привели разбитые под Староуткинском отряды, сдались в плен. Ниже по течению, за кордоны правительственных войск, могли проскочить единицы, может, маленькие группки, но никак не караван верблюдов и ослов с большим грузом, который должен был пройти еще не менее 170 км до камня Кликунчик при трехстах казаках. Это абсолютно исключено в районе, не принявшем восстания и буквально запруженном правительственными войсками.

Возражение третье. Наличие пресловутой короны – центрального предмета объявленного клада – ничем не обосновано. Кладоискатели установили ее по фотоснимкам, сделанным с большим увеличением все с той же малахитовой плитки. Это смутные фотоотпечатки, на которых зритель волен сам фантазировать, что там изображено. Вот на этих-то снимках и была «опознана» пугачевская корона с алмазом в 90 карат!

Проверить это невозможно, ибо плитка после смерти ее владельца исчезла бесследно. Да откуда бы взяться в 1774 году золотой короне с крупным бриллиантом? Изготовить ее на месте не могли, ибо не было в то время еще открыто ни месторождений россыпного золота, ни алмазов на Урале, а единственное известное месторождение коренного золота – Березовский завод – никогда в руки восставших не попадало. Да и золотых дел мастеров на территории восстания тоже не было. Из царского собрания корон в то время тоже ничего не пропадало – все описи известны и можно поименно указать, где что находится и по сей день. В частном владении такая корона тоже была ни к чему, а если бы и была, то уж наверняка о ней было бы известно. Следовательно, нет никаких оснований верить в ее существование.

Возражение четвертое. Ну хорошо, пусть клад существует. Как же смогли установить то, что в нем есть архивные документы. Они ни лозой, ни электроразведкой, ни какими другими методами геофизики не фиксируются. Тем не менее, кладоискатели упорно говорят: «Есть!»

Возражение пятое. Поклонники клада пишут: там спрятана казна Российской империи. Как тут не развести руками? Казна империи постоянно находилась в Москве и Петербурге. За последние 250 лет она покидала места своего хранения лишь дважды: в 1812 и 1915 годах. Судьбу обоих выездов мы хорошо знаем. 
А в пугачевское время казна империи спокойно лежала в своих хранилищах. В бумагах Я.Грота, на которые так любят ссылаться все сторонники клада, действительно упоминается о реквизиции Пугачевым государственной казны в ряде городов нижнего течения Волги. В них нигде нет и слова о «казне Российской империи». Просто искателям невдомек, что «государственная казна города» и «казна Российской империи» - это два разных понятия, резко различающиеся между собой и качественно и количественно.

Можно было привести еще не менее 10 серьезных возражений, не оставляющих камня на камне от всех заявлений о кладе. Это миф, и далеко не случайно, что за два десятилетия поисков не было найдено и ломаного гроша тех времен. Так пусть клад Пугачева на реке Чусовой останется уделом романтиков. Утверждать, что клад спрятан, гораздо легче, чем доказать, что его там нет. Прав был 76-летний сказитель Е.Емельянов с Южного Урала, который на вопрос очередного искателя клада ответил: «Клады? Что вы, молодые люди! Смешно говорить о них, пустые разговоры. Да и то только раньше люди болтали. Нет, нет, и говорить про них не стоит. Пустое дело!»

Г. ЗАЙЦЕВ,
кандидат искусствоведения
«Уральский рабочий» 3.07.1990 г
 
   
ШКОЛЬНИЦЫ НАШЛИ КЛАД
Оренбургские школьницы нашли клад
В Асекеевском районе Оренбургской области у деревни Сосновка три школьницы нашли клад, состоящий из царских монет и серебряного украшения.
Три второклассницы - Вика и Настя Конновы и Яна Буйволова - под руководством историка-краеведа Ивана Коннова занимались раскопками остатков жилища за деревней Сосновка. На глубине метра школьницы нашли казан, в котором казахи обычно готовили бишбармак. Внутри него оказались завернутые в овечью шкуру серебряные и медные монеты царской чеканки и серебряное женское нагрудное украшение.

По заключению специалистов, возраст клада - примерно 150-170 лет. В 17 веке на оренбургских землях располагалось два казахских ханства - Большой жуз и Малый жуз. Ханство Большой жуз находилось за рекой Урал на Бухарской стороне, а казахи Малого жуза кочевали по правобережью реки. В 1730 году хан Малого жуза Абдуихаир принял подданство России, и казахи получили право кочевать по территории Оренбургской области. Зачастую кочевники оставались зимовать на здешних землях, устраивая временные полуземлянки. По всей вероятности, клад и был обнаружен в одном из таких временных жилищ.

Филипповский курганный могильник
  
КЛАДЫ ОРЕНБУРГСКИХ КУРГАНОВ
В первом тысячелетии до н. э., и в первых веках нашей эры на просторах Великой Степи располагались племена сарматов и скифов. Как полагают ученые, это были потомки племен андроновской и срубной культур. Степи Южного Приуралья, где проходила граница распространения этих культур, взаимоконтакты между ними были зоной активных этнических процессов, в результате которых сложился сарматский мир. Термины \"сарматы\" и более ранний \"савроматы\" - собирательные, обозначают обширную группу родственных племен ранних кочевников. В описаниях античных авторов мы находим названия некоторых из этих племен: аорсы, аланы, роксоланы, сираки, язаматы, яксаматы и другие.
Едва ли не единственными памятниками тысячелетнего пребывания сарматов являются многочисленные курганы, достигающие порой 5-7 метров в высоту.

В начале раннего железного века ( I тыс. до н.э.), новый этап курганного строительства связан с ираноязычными кочевниками-сарматами и их предками. Курганы савроматского времени ( VI - V вв. до н.э.) в степях Южного Урала довольно многочисленны. Они содержат вытянутые на спине захоронения с широтной ориентировкой, сопровожденные короткими железными мечами-акинаками скифского типа, железными копьями, бронзовыми наконечниками стрел, украшениями из бронзы, золота и серебра. В это время появляется особый тип памятников - курганы-жертвенники с кольцевой или подпрямоугольной насыпью, окружающей жертвенную площадку. Они считаются сарматскими святилищами огня. Один из самых больших курганов-жертвенников диаметром свыше 70 м и высотой вала до 2,5 м располагается у с. Шкуновка в Акбулакском районе. Своей формой святилища напоминают прямоугольные или округлые чаши каменных алтарей из погребений сарматских женщин-жриц V - III вв. до н.э.

В V - IV вв. до н. э. на участках открытой плакорной степи на водоразделах Донгуза, Черной и Б. Песчанки возникают грандиозные некрополи сарматских князей, состоящие из многих десятков больших курганов, достигающих в диаметре 100-150 м высотой 8-10 м. Их отличает очень сложный и пышный погребальный обряд: останки вождей помещались в обширные (до 20 м диаметром) камеры с наклонными проходами-дромосами (коридорами), перекрытые шатрами из древесных стволов сожженных в момент сооружения насыпи. В одном из таких курганов у с. Филипповка в жертвенных ямах-бофрах в 1988 году, обнаружена масса золотых украшений, оружия, бытовой утвари, культовых предметов. Потомки сарматских князей, захороненных в Филипповских курганах, cоставили \"прохоровскую\" или раннесарматскую курганную культуру IV - II вв. до н.э. Свое название она получила по комплексу выразительных материалов, полученных в результате раскопок у с. Прохоровки Шарлыкского района. Период прохоровской культуры, это время завоевательных походов. Из степного Приуралья союзы сарматских племен аорсов, роксалан, аланов вторглись в пределы Скифии в Северное Причерноморье, разгромив скифов, огнем и мечом прошли через всю Европу по северным границам Римской империи, положив тем самым начало эпохе Великого переселения народов.

На рубеже нашей эры курганное строительство переживало упадок, основная масса сарматов, очевидно, участвовала в завоевательных походах на запад, часть - на юго-восток в обход Каспия на север Ирана. Новых курганов сооружалось очень мало, в основном совершаются подзахоронения в курганы V - II вв. до н.э. Среди них выделяется серия погребений с амулетами из кости и идолами из мела или штука, изображающими обнаженную богиню красоты и плодородия.
Савроматские и сарматские курганы чаще всего располагаются группами на высоких местах, вершинах холмов, сыртов, откуда открывается широкая панорама необъятных степей. Их трудно не заметить. Поэтому еще в древности эти курганы стали привлекать внимание грабителей, кладоискателей.

Филипповский курганный могильник
С \"деятельностью\" целых артелей \"маровщиков\", то есть людей, раскапывающих мары, или курганы, столкнулись в середине XVIII в. первоустроители Оренбургского края. Одна из таких групп в составе пяти человек в 1753 г. была задержана в заволжских степях и доставлена в Оренбург по распоряжению губернатора И. И. Неплюева. В нача­ ле XX в. (1911) крестьяне села Прохоровна, нескольких соседних деревень Михайловской волости Оренбургского уезда (ныне - Шарлыкский район) самовольно раскопали десятки курганов в поисках золота и драгоценностей. Властям удалось отобрать лишь небольшую часть найденных вещей, а многие из них бесследно исчезли.
Обеспокоенные ростом этого \"археологического браконьерства\" в изучение древних курганов активно включились ученые и краеведы, стремясь спасти для науки бесценные памятники исторических древностей. В результате этого была выделена особая, так называемая прохоровская культура сарматов, определено ее отличие от скифских памятников. В последующем советские ученые на основе накопленного материала глубоко осветили основные этапы развития сарматского общества, дали характеристику его материальной и духовной культуры, их связей с соседними племенами и народами.

Важное значение имели раскопки Филипповских курганов в Илекском районе Оренбургской области. В одной из усыпальниц середины I тысячелетия до н. э. было обнаружено неразграбленное захоронение с богатейшим кладом, содержащим более шестисот высокохудожественных изделий из золота и серебра.
Описания античных авторов и богатый археологический материал позволяют представить достаточно полную картину жизни и быта сарматских племен. Основу их хозяйства составляло кочевое скотоводство - разведение овец, лошадей, крупного рогатого скота, а также верблюдов. Оно кормило и одевало, давало мясо, молоко, кумыс, шерсть, шкуры, войлок и т. п. Сарматы с ранней весны до поздней осени кочевали по широкой степи в кибитках, крытых войлоком и запряженных быками, верблюдами, перегоняя свои многочисленные стада с одного пастбища на другое. При этом каждое племя и род имели свои традиционные районы кочевий, нарушение границ которых вело к столкновениям и межплеменным войнам. В зимнее время в тех или иных местах устраивались жилища и укрытия, способные защитить людей от морозов.

Находки многочисленных вещей, изготовленных из меди, бронзы, железа, свидетельствуют о том, что сарматы владели умением добычи и обработки металлов. При поиске руд они нередко шли по путям, проторенным еще их предками - андроновцами и срубниками, устраивая копи в тех же местах. Кузнецы-оружейники ковали железные мечи, кинжалы; мастера-литейщики отливали из бронзы и меди котлы, зеркала, металлические части конской сбруи, предметы украшений; ювелиры изготавливали изделия из драгоценных металлов.
Основой общественного устройства сарматов являлась родовая община, включавшая группу родственных семей. Захоронения и курганные могильники обычно располагаются компактными группами, представляющими собой погребения одного рода.
Своеобразной чертой общественного строя сарматов, особенно в ранний, савроматский период, было высокое положение женщин в семье и обществе, своего рода гинекократия, т. е. господство женщин. Они были не только хранительницами очага и воспитателями детей, но и воинами наравне с мужчинами. Знатные женщины нередко выполняли почетные жреческие функции. Показательно, что в могилу умершей женщины, даже девочки, нередко клали, кроме украшений, и предметы вооружения. Родовое кладбище, как правило, формировалось вокруг более раннего захоронения знатной женщины — предводительницы или жрицы, которую родичи почитали как праматерь.

О сарматских женщинах-воительницах сообщали античные авторы, жившие в ту эпоху. Так, греческий историк Геродот отмечал, что их женщины \"ездят верхом на охоту с мужьями и без них, выходят на войну и носят одинаковую с мужчинами одежду... Ни одна девушка не выходит замуж, пока не убьет врага\". Гиппократ также сообщал, что сарматские женщины ездят верхом, стреляют из луков и мечут дротики.
 


Курганы Тамар-Уткуль

Расположены на первой надпойменной террасе левого берега реки Илек в 1,7 км к юго-западу от села Тамар-Уткуль. В могильнике у села Тамар-Уткуль насчитывается 5 курганных насыпей.
Курганы насыпаны в эпоху раннего железного века. В 18-19 вв. территория могильника использовалась под казахское кладбише, о чем свидетельствуют каменные надгробия с арабскими надписями и знаками казахских родов, которые кочевали здесь.

 
Курганы в урочище Черный Яр

Расположены на гребне надпойменной террасы левого берега реки Илек, в 3,3 км к востоку от села Тамар-Уткуль, в урочише Черный яр. Урочише так называется, потому что там, в лесу и в пойме, местные жители собирают много ежевики.
В могильнике насчитывается более 50 курганных насыпей высотой 0,1 5-3 м, которые тянутся своеобразной цепочкой по гребню возвышенности. Раскопки на территории могильника проводились в 1956, 1984, 1987 гг., всего было раскопано 14 курганов, который дали разнообразный материал от эпохи бронзы до средневековья.
И сегодня на территории могильника продолжаются раскопки экспедицией Оренбургского педагогического университета.
 

Курганы Пятимары I

Расположены на сырте в глубине степи на левом берегу реки Илек в б км к юго-востоку от с. Кумакское (с казахского - \"кумак\" - песчаное место). С курганов открывается великолепный вид на широкую пойму Илека. В 1960 г. экспедиция под руководством К. Ф. Смирнова раскопала 9 курганов. Курганы относятся к эпохе бронзы и железа. Погребения раннего железного века принадлежали верхушке сарматской знати. В настоящее время в могильнике насчитывается 4 насыпи высотой 3,5-5 м, которые хорошо видны с могильника \"Черный яр\".
 

Филипповский курганный могильник

Курганы Пятимары II

Расположены на сырте в глубине степи на левом берегу реки Илек в 4 км к юго-востоку от могильника Пятимары I, с которого они хорошо видны. Издали на фоне горизонта выделяются очертания лишь пяти курганов - маров. Отсюда и происходит название, данное местным населением, - Пятимары.
В могильнике на самом деле насчитывается до 10 курганов высотой от 40 см до 6 м. среди них - 5 больших курганов расположены иепочкои по одной линии. Памятник принадлежит верхушке сарматской племенной знати.

 
Филипповские курганы
Важное значение имели раскопки Филипповских курганов в Илекском районе Оренбургской области. В одной из усыпальниц середины I тысячелетия до н. э. было обнаружено неразграбленное захоронение с богатейшим кладом, содержащим более шестисот высокохудожественных изделий из золота и серебра.

Описания античных авторов и богатый археологический материал позволяют представить достаточно полную картину жизни и быта сарматских племен. Основу их хозяйства составляло кочевое скотоводство - разведение овец, лошадей, крупного рогатого скота, а также верблюдов. Оно кормило и одевало, давало мясо, молоко, кумыс, шерсть, шкуры, войлок и т. п. Сарматы с ранней весны до поздней осени кочевали по широкой степи в кибитках, крытых войлоком и запряженных быками, верблюдами, перегоняя свои многочисленные стада с одного пастбища на другое. При этом каждое племя и род имели свои традиционные районы кочевий, нарушение границ которых вело к столкновениям и межплеменным войнам. В зимнее время в тех или иных местах устраивались жилища и укрытия, способные защитить людей от морозов.
Находки многочисленных вещей, изготовленных из меди, бронзы, железа, свидетельствуют о том, что сарматы владели умением добычи и обработки металлов. При поиске руд они нередко шли по путям, проторенным еще их предками - андроновцами и срубниками, устраивая копи в тех же местах. Кузнецы-оружейники ковали железные мечи, кинжалы; мастера-литейщики отливали из бронзы и меди котлы, зеркала, металлические части конской сбруи, предметы украшений; ювелиры изготавливали изделия из драгоценных металлов.
   


ЧЕРНЫЕ АРХЕОЛОГИ
Собрание уникальных древнейших ювелирных изделий оперативные работники ФСБ изъяли у "черных копателей" и передали музейным работникам на вечное хранение.
Сотрудники ФСБ по Оренбургской области передали на хранение областному краеведческому музею коллекцию драгоценностей, представляющих культурно-историческое наследие. Предметы были изъяты у контрабандистов, которые вели самостоятельные раскопки и собирались продать их за границу за десятки миллионов рублей.
- Предметы коллекции относятся к двум разным эпохам, - говорит археолог, преподаватель Оренбургского государственного университета Дмитрий Мещеряков. - К раннему железному веку и к Средневековью. Находка датируется пятым–четвертым вв. до н.э. - Всего в коллекции 38 предметов, среди которых присутствуют предметы роскоши, золотые подвески, украшения конной сбруи также из благородных металлов, старинная чаша, фиал, и другие.

По данным оперативников, "черные копатели" обнаружили свою находку в одном из курганов Илекского района и планировали переправить коллекцию старинных предметов за границу. Ее они оценили в несколько десятков миллионов рублей.

- Все эти вещи просто бесценны, - говорит начальник ФСБ по Оренбургской области Харун Карчаев, - учеными уже установлено, что они не имеют аналогов в мире. - Как и при каких условиях были задержаны контрабандисты, мы не разглашаем до окончания следствия. Но могу вас заверить, что все виновные лица понесут наказание по всей строгости закона.
Все предметы будут храниться в музее, и увидеть их сможет любой желающий.
  
  
ЗОЛОТО ЮЖНОГО УРАЛА
Южный Урал многое повидал. Археологи до сих пор не устают удивляться своим находкам здесь. После знаменитых царских Филипповских курганов с золотом в  Оренбургской области, кажется, никаких уже богатых кладов не найти. Но так ли это?
 
                                                НАРОДНАЯ МОЛВА
     Еще скифы и сарматы, жившие на Урале,  поражали мир обилием золотых украшений. Современная наука после их анализа доказала, что драгоценный металл – уральского происхождения. Золото Рифеевых гор описывали еще древнегреческие историки. Но все попытки отыскать промышленные месторождения его при Петре I ничего не дали. Пригодное для такой разработки золото нашли после царя-реформатора. Первая золотопромывочная машина на Урале появилась в 1823 году. Золота оказалось так много, что к 1913 году Россия прочно заняла ведущее место в мире по его добыче. До сих пор нет данных о том, сколько же золота было добыто  на всем Урале. Приблизительно речь идет о 1200-1500  тоннах! Золотая лихорадка не обошла стороной и башкирское Зауралье. Старатели поработали на совесть. Из рассекреченных данных видно, что  в период только советской власти в зоне ежегодно добывалось свыше десяти тонн золота.
     Если внимательно ознакомиться с архивами, обнаружится, что в Зауралье довольно часто находили самородки. Последний такой случай был отмечен в конце 80-х годов ХХ века, когда механизатор совхоза «Ирандыкский» Баймакского района, работая на поле, нашел самородок величиной с баранью голову. Как и предусмотрено законом, золото было передано государству. По различным источникам удалось определить, что в минувшем веке  в Зауралье  самородки весом от килограмма до пуда находили 17 раз. О более мелких сведений просто нет. Вероятно, документально их учет не велся. Тут надо особо сказать, что в старину золотые самородки имели большой спрос, поскольку всегда  представляли интерес для тех, кто кичился своим богатством. Крупные заводчики, под стать Демидову, имели даже коллекции самородков.
     О несметных богатствах иных уральцев можно судить по количеству легенд и преданий об этом. Характерно, что  народная молва связывает происхождение богатства промышленников исключительно с нечестными путями.  И, как наказание за это, с гибелью владельцев. Но прежде чем отправиться на тот свет, герой успевает припрятать неправедно нажитое  добро. Так что легенды и предания – своего рода как бы путеводители по кладам. Зачастую в них даются конкретные географические названия, упоминаются действительно жившие люди, есть приметы на местности, по которым можно, мол, отыскать клад. Вот один из типичных  сюжетов. В нескольких вариантах слышал рассказ о том, что в окрестностях деревни Иргизлы на реке Белой есть гора Пугачева, названная так в честь вождя крестьянского восстания. И якобы именно в ней, спасаясь от народного гнева, зарыл свое золото управляющий Вознесенского завода, убегая от войск Емельяна Пугачева. Верить или не верить? Но в рассказах приводятся подробности. В частности, о том, что Вознесенский медеплавильный завод, построенный в 1754 году в устье речки Иргизла,  работал на привозной руде – ее на лошадях доставляли из Тубинска. Заводской приказчик Копейкин (такой действительно существовал), узнав о приближении пугачевцев, погнал на склон крутой горы подневольных  людей рубить деревья и валить их на головы «разбойников»…
     Словом, исторически эта народная молва вполне достоверна. Не вызывает сомнений и то, что заводчики люто ненавидели Пугачева, лишавшего их богатства, старались загодя все припрятать в надежном месте. На этот счет нужно особо выделить, что войскам Пугачева не удавалось застать тех врасплох. Как правило, они встречали хорошо организованную оборону заводских поселений. Если учесть, что в ту пору с дорогами на Урале были сильные напряги, загодя, без огласки, вывезти свои богатства, когда кругом народные волнения, заводчики не могли. Оставалось лишь прятать. Известно, что Пугачев и его сподвижники, тоже всю казну с собой не возили – часть ее обязательно прятали.
 

                                           НЕОЖИДАННЫЙ ПАРАДОКС
     Если проследить по доступным источникам (прежде всего - фонды библиотек) тему кладов на Южном Урале, обнаружится неожиданный парадокс – несоответствие количества устных народных преданий, передающихся из поколения в поколение, с количеством «официально» отраженных в литературе. Чтобы не утомлять читателя перечислением изученных на этот счет мной изданий, сошлюсь только на один, но, думаю, самый яркий пример.
     Башкиры – коренные жители Урала. У них хорошие исторические корни, в традициях народа устное творчество. По нему можно выяснить с достаточной достоверностью, не прибегая даже к специальным хроникам,  многие исторические события. Дело существенно облегчает изданный в Уфе в конце минувшего века фундаментальный многотомный свод «Башкирское народное творчество». Преданиям и легендам отведен целый том (второй), объемом в 572 страницы. Некоторые легенды и предания в нем даны даже в двух-трех вариантах. Том снабжен весьма полезным указателем мотивов. В нем в разделе «Крестьянская война 1773-1775 годов» стоит «Клады Салавата и Пугачева». Указаны два предания  - в томе они идут под номерами 275 и 299: «Марийцы в войске Салавата» и «Салават и Балтас». Собственно о кладах сказано чрезвычайно скупо, буквально несколькими строчками. В первом предании читаем: «…Я в ту пору был восемнадцатилетним парнем. Очень жестокие мятежи начались. Поднялся народ и начал уничтожать бояр. Я тоже присоединился к восставшим. Через некоторое время слились с войском Салавата. Через Катав, Узень, Лаклы, Йыланли, Вакир, Карабашшары пришли в Киги. Оттуда ушли в Казань. В Карабашшарах зарыли три воза серебряных монет». Во втором предании: «После ухода пугачевского войска в направлении Казани Салават взял командование на себя. Казна тоже перешла в его руки. Он приказал припрятать казенные деньги в лесу, в дуплах деревьев, с тем, чтобы воспользоваться ими позднее, во время новых боев».
     Практически у каждого башкирского рода есть многочисленные легенды и предания о кладах. Как получилось, что в фундаментальном своде «Башкирское народное творчество» с этим по сути своей провал – загадка. Вероятно, сработал идеологический момент. О кладах времен Степана Разина, Емельяна Пугачева в советский период публично (через книги, журналы, газеты) сообщалось крайне мало, хотя молва о них не только у башкир, но и у русских, татар, чувашей, марийцев…. Но даже в «Большой советской энциклопедии» об этом нет ни слова. Получается, все на уровне народной памяти. Хотя тут дело государственной важности. Не исключено, что вместе с золотом, деньгами в кладах оставлялись и документы, которые могут иметь для науки сенсационную ценность. 
  
                                                          ГДЕ ИСКАТЬ?
     Совершенно иная, чем в литературе (включая и журналы, газеты) ситуация с кладами в мировой сети «Internet», где этой теме посвящены гигабайты информации на любой вкус. Только не ленись искать. Располагая большим временем, не смог тут отследить и малую толику сведений. Даже до предела упростив задачу (поиск только по кладам времен Емельяна Пугачева и только на Южном Урале), получил на монитор такой объем, что хоть защищай кандидатскую диссертацию! Явно чувствуется в электронном мире повышенный интерес к ненайденным до сих пор сокровищам в Башкортостане и соседних с ним регионах. Свой парадокс  есть и в сети «Internet». Он в том, что при обилии сведений о возможных местах нахождения кладов, зачастую неясен источник первоначальной информации. Сравнивая похожие тексты на разных сайтах, «докопаться»  все же можно. И тут ждут неожиданные сюрпризы.
     Оказывается, Запад очень активно присматривается к ненайденным еще кладам в России. На иностранных сайтах есть даже подробные карты! На них крестиками и кружками помечены в России места возможного нахождения сокровищ. Очень основательно все выглядит. И, похоже, единственное, что останавливает западных кладокопателей, непредсказуемость поведения властей России, где легко меняют законы или же вносят такое количество в  них всевозможных поправок, что первоначальная суть переворачивается с ног на голову...
     Как бы там ни было, поиском кладов в России серьезные структуры не занимаются. Это дело редких любителей. Археологи тоже в стороне, предпочитая вести лишь научную работу. Есть еще геологи, но у них второе десятилетие подряд финансовые трудноразрешимые проблемы. Отдельных энтузиастов в расчет можно не брать. Не располагая дорогостоящим специальным кладопоисковым оборудованием, можно полагаться лишь на случайное везение. Нужны систематические, долговременные поиски, когда территория тщательно обследуется квадрат за квадратом. А для примера – отдельные предания, «выловленные» мною в сети «Internet» (http://metallsearch. chat.ru).
В начале 1840-х годов два молодых человека, братья Александр и Степан Гусевы, поехали из своего хутора Гусевского в Оренбург и по дороге остановились ночевать в деревне Синегорке. Когда они выпрягли лошадей и зашли в хату, то увидели лежащую на печи слепую старушку. Та по говору узнала, что Гусевы мосоли (мосолями называли потомков крепостных заводчика Мосолова) и спросила:
     - Вы из Кананикольского? 
     - Нет, мы из хутора Гусевского.
     - Это на Малом Ике, возле устья речушки Ямашлы?
     - Верно! Откуда, бабуся, знаешь?
     - Я в молодые годы с Пугачевым ходила, была у него кухаркой. Когда по дороге на Иргизлу за нами гнались сакмарские казаки, Пугачев приказал закопать на левом берегу Ямашлы, возле устья, золото. Много ведь золота отнял у бар. Оно, чай, и теперь в земле лежит…
     Как видим, в этом рассказе без труда узнаются современные территории Зилаирского и Кугарчинского районов Башкортостана. Кстати, легенд о кладах Пугачева в народе действительно много. В них говорится о кладах, спрятанных близ бывшей крепости Рассыпной (Оренбургская область), в Диковой балке, в окрестностях Татищева, в озере Ванна… К сожалению, многие названия в преданиях за два с лишним века поменялись. Но сложность не только с этим. Иначе теперь выглядит ландшафт. Только комплексные исследования могут навести на след пропавших кладов. Но будут когда-либо предприняты такие исследования на Южном Урале? И кто выступит спонсором дорогостоящих мероприятий? Ясно, что не наше государство. А как с кладами на Западе?
По данным газеты «Вашингтон пост», ежегодно в США  специально организованные экспедиции отыскивают 20-30 крупных кладов. В ХХ веке общее количество обнаруженных в Америке сокровищ  было оценено в полтора миллиарда долларов! На Западе кладоискательство поставлено на  современную техническую основу – промышленность выпускает различную электронную аппаратуру. Начиная с 1950 года (с массовых поисков пропавшего золота гитлеровской Германии), только в США ее произведено на сумму  около 700 миллионов долларов. Там, оказывается, кладоискательство – целая индустрия!

  Филипповский курганный могильник
 
АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ НАХОДКИ
В Оренбургской области буквально через несколько дней завершатся охранные раскопки на курганном поле «Высокая могила – Студеникин мар». Почти три недели работы, тонны вырытой земли, непрекращающийся стук лопат и чуть слышное шуршание менее массивных инструментов – так сотрудники Института археологии РАН с волонтёрами при поддержке регионального министерства культуры и внешних связей  спасали наследие сарматов.
Эти раскопки – детище известного ученого-археолога Леонида Яблонского, скоропостижно скончавшегося летом этого года. Именно он готовил эту экспедицию и должен был направлять сотрудников к открытиям и находкам, которые всегда совершались при его участии. Министерство посчитало своим долгом продолжить это дело, тем более, курган нужно было срочно спасать от чёрных копателей – своими грабительскими действиями они разрушали культурное наследие, а ведь вещи сарматов представляют огромную научную ценность.
Комплекс представлен курганами «Высокая могила», «Студеникин Мар», «Межевой Мар», «Сторожевой Мар» и ещё двумя безымянными. Интересно, что впервые их названия встречаются в XIX веке и до сих пор живут среди населения. Доподлинно неизвестно, когда в первый раз некрополь был назван «маром». Расстояние между ними – 40 километров, диаметр исследуемого кургана №5 – 56.
Здесь вовсю кипит работа. В полях всегда солнце агрессивнее, но ветер смягчает жаркую погоду. Археологи признаются, что эти раскопки были удачными на погоду. Слышно, как лопата бьёт податливую землю… Земля, земля и ещё земля – вот в тележку погрузили грунт и отвезли. Щёточкой волонтёр зачищает остатки… В другой яме уже никто не применяет тяжёлую артиллерию – лопату – тут орудуют небольшим мастерком.

Бытует версия, правда, неофициальная, что раньше курганы служили опознавательными знаками в степи. На ровном пространстве любое возвышение заметно, и если забраться на него, то будут видны и другие курганы.
Очень хорошо просматривается конструкция погребения, система тайного входа: вход для живых, непосредственно могила и дромос – вход для мертвых. Сарматы верили в загробные миры и подобной архитектурой обеспечивали своим родственникам проход в «царство мёртвых».
- Это центральная яма, в ней был вал. Здесь строили шатёр – деревянную конструкцию, существовавшую определённое время. После завершения захоронения ее поджигали, и, когда она горела, закладывали землёй, - экскурсию проводит сотрудник Института археологии РАН, начальник Приуральской экспедиции Дарья Богачук. Действительно, в бровках отчётливо виден чёрный цвет – уголь и красный прокал.
Кода с точки зрения кочевников курган был закончен, его пломбировали. В центральной яме отчётливо видны три бронзовых котла с разными ручками – такая у сарматов была традиция. Ценности сарматских захоронений привлекали не только современных грабителей – сколько стоит некрополь, столько его и грабили. Только в древности люди относились бережно, не наносили губительный ущерб – сегодняшняя землеройная техника уничтожает не просто отдельные предметы, а историю.

В маленьком яме, поодаль от остальных, лежит керамический горшок. Целый, с зигзагообразными узорами! Обычно подобные узоры приходится восстанавливать, а тут такая удача… Ловкие и аккуратные движения приборов – археолог передаёт сарматское наследие министру культуры и внешних связей области Евгении Шевченко. Только подумать: этого предмета, быть может, две тысячи лет не касалась человеческая рука! Что внутри него, покажет экспертиза. Археолог утверждает, что эта могила – детская, а кости разрушились со временем потому, что не успели сформироваться. По предметам видно, что это была девочка.
Другие ценности показывают уже в лаборатории. Золотые женские украшения, наконечники стрел и обломки керамики. По вещам, найденным в захоронениях, можно судить о том, мужчина захоронён или женщина. Кочевники верили в загробный мир и клали в могилу то, что может пригодиться там. Здесь у Дедуровки в Оренбургском районе и в Филипповке археологи находили разбитые зеркала. Вещи умершего человека разбивались – это символизировало смерть. В мужском погребении обычно находят переломанные кинжалы, мечи. Так реконструируется быт и представление о жизни сарматов.
Эти вещи позже попадут в коллекции Оренбургского губернаторского музея – его сотрудники не пропускают ни одну экспедицию. Такова традиция: сокровища Оренбуржья остаются в области.

Археологи, несмотря на проводимую экскурсию, продолжают работать. Среди них – сотрудник Института археологии РАН Эдуард Григорян. Для него это уже 20 экспедиция: будучи студентом, заразился романтикой археологии. Атмосфера, друзья, отдых, оторванность от цивилизации (сотовая связь работает плохо!) – это влечёт и волонтёров.
- Интересная работа. В принципе, церемония погребения, обрядность и расположение погребений и тайных ходов стандартно. Ничего уникального нет, только в инвентаре у нас имеются три бронзовых котла, а это нетипично для сарматских захоронений, - делится впечатлениями Эдуард Григорян. Возможно проведение дальнейших аналогий или выделение комплекса.  Я приехал сюда с экспедиции в Краснодарском крае, исследовал некрополь – античное захоронение греков с  5 века до нашей эры. Если, копая некрополь, видишь пятно, то за рамками этого пятна никаких тайных ходов. Курган – более сложный комплекс, более интересный и информативный.
Археолог объясняет, чем обычные раскопки отличаются от охранных: обычные могут длиться годами, их цель, в основном, научна. В охранных главное – спасти наследие. Чёрные копатели вредят информативности кургана, ведь инвентарь помогает датировать, определять статус  человека и уровень культуры.
Евгения Шевченко рассказывает, что в последний раз была на раскопках в 1998 году после первого курса, когда училась на истфаке педуниверситета. Также министр заостряет внимание на необходимости бороться с чёрными копателями и привлекать местное население к сотрудничеству во благо нашего культурного наследия.
- Увы и ах, есть причины работы именно здесь, они, к сожалению, печальны – это факты грабительских раскопок. Копатели знают, где находятся высокие могилы и царские курганы, и они покушались на этот памятник. Мы пресекли эту попытку, но это не всегда удаётся, - отмечает министр. – Сегодня мы думаем, как решить эту проблему. У каждого кургана полицию и охрану не поставишь, у нас была идея привлечь казаков… Чаще всего грабители появляются весной и осенью, когда в поле их могут не заметить, а отличить их от легальной экспедиции несложно – у наших археологов есть открытый лист, документ, который даёт право вести раскопки.

К кургану приезжает почётный гость, заинтересовавшийся раскопками, офтальмолог Эрнст Мулдашев. Его интерес не случаен: помимо медицины он занимается археологией, путешествует в поисках ответов на загадочные вопросы со своей экспедицией и разрабатывает собственные теории.
Эрнст Мулдашев долго интересуется у Дарьи Богачук подробностями экспедиции: каковы размеры кургана? как он выглядел? был он каменным или земляным? находили ли в ходе экспедиции пустоты на подобие гробов? наблюдались какие-либо необычные явления? Получив ответы, гость отправляется на экскурсию, с интересом рассматривает ямы и бровки.
- Мы приехали в область с расчётом, что здесь – соединение с подземным миром. Возможно, мои наблюдения и исследования здесь будут опубликованы в следующей книге, - заверил офтальмолог.
Эрнст Мулдашев рассказывает свою теорию – о нематериальном мире, человеке-птице, свадьбе курганов, загадочных шарах, видных на фотографиях, и о человеческом генофонде – и, поделившись версиями, отправляется на другой курган…
Гость напугал своим рассказом мнительных слушателей, но Дарья Богачук развеяла страхи: ничего сверхъестественного за свою практику археолог не встречала. Это просто наука.
Археологи постепенно покидают ямы. Собирают инструменты, убирают за собой. Ещё пару дней – и они отправятся дальше…

 

ФИЛИППОВСКИЙ КУРГАННЫЙ МОГИЛЬНИК

Эти археологические находки сразу же были названы сенсационными. В Филипповском курганном могильнике, расположенном на территории Илекского района, учеными обнаружены реликвии, принадлежащие кочевникам-сарматам, упомянутым в древних письменных источниках V-IV веков до нашей эры. Это напрямую относится к коренным жителям области: возможно, мы являемся потомками сарматов.
Филипповский курганный могильник (близ села Филипповка Оренбургской области),  состоял из 29 курганов. Поистине «золотым» можно назвать центральный курган Филипповского могильника, за которым закрепилось название «Большой Филипповский курган». Он был исследован в 1987-1988 гг. экспедицией Башкирского филиала академии наук СССР под руководством А.Х. Пшеничнюка.

 

Более 600 золотых предметов различного назначения найдено там. И это не считая мелких бляшек, пронизок, бусинок.

После обнаружения тайника с остатками деревянной посуды, обитой золотыми пластинами, выполненными в так называемом зверином стиле, и деревянными фигурами оленей, также обитых золотой и серебряной фольгой, была проведена тщательная зачистка вскрытой поверхности кургана. Прояснились довольно четко очертания могильной ямы, входной коридор, лазы грабителей. Могильная яма оказалась не квадратной, как представлялось вначале, а почти круглой формы.

При зачистке у юго-западной стенки могилы слабо обозначились и очертания небольшой ямки, в которой оказался второй тайник. Под тонким слоем земли лежало 8 фигур оленей такого же типа и размера, что и в первом тайнике: деревянная основа, обитая с лицевой стороны золотой, а с обратной — серебряной фольгой. Ниже их лежали также фигуры оленей, изготовленные аналогично, но гораздо больших размеров и на деревянной подставке в виде короткой лыжи, обитой серебряной фольгой.

Под фигурами оленей находились слегка деформированные золотые чаша и кувшин с двумя ручками в виде летящих фигурок горных баранов — архаров — с повернутой назад головой; серебряный ритон (сосуд для питья в виде рога), в основании которого изображена голова быка. Среди сосудов и под ними находилось большое количество золотых штампованных бляшек -нашивок. Преобладают бляшки почти квадратной формы размером 5×4 см с тисненым изображением двух кусающих друг друга двугорбых верблюдов. Двадцать бляшек отлиты в виде фигурок ар­харов с повернутой головой, причем полые внутри голова и рога отлиты объемно, а туловище — плоское. Более сотни небольших бляшек с изображением головы хищника, фигурки олененка. На всех имеются отверстия для пришивания. Судя по размеру и весу, они должны были нашиваться на какую-то очень прочную ткань или кожу.

Филипповский курганный могильник

Оба тайника находились за пределами могильной ямы и только поэтому, очевидно, не были обнаружены грабителями.

Третья находка – длинный двулезвийный железный меч так называемого раннепрохо ровского (раннесарматского) типа с серповидным навершием и изломанным под тупым углом брусковидным перекрестием. Рукоять меча обмотана золотой проволокой, на клинке заметны следы золотых пластинок — остатки украшений деревянных ножен. Рядом лежал железный акинак (короткий меч), рукоять и остатки деревянных ножен которого богато украшены золотыми полосками различной формы и головками грифонов; был здесь и песчаниковый оселок в золотом футляре, орнаментированном зернью. Рядом найдены остатки конской сбруи: железные удила, две массивные бронзовые бляхи с изображением кусающих друг друга верблюдов; позолоченные обоймы, служившие, видимо, разделителями ремней; золотые разделители ремней в виде головок грифонов. Все эти вещи лежали на дне дромоса у входа в могилу, на слое угля. Вероятнее всего, что это снаряжение воина-дружинника, которое при захоронении было положено на деревянное перекрытие дромоса. Потом перекрытие сгорело, остатки его обвалились, и вещи упали на дно дромоса.

Следующие находки — назовем их условно четвертая и пятая — обнаружены у самого входа в могилу. Он закрывался мощными дверями или воротами — на это указывают парные столбовые ямы с остатками дерева на дне. Рядом со столбами, видимо, в качестве жертвоприношения, были положены некоторые вещи. Частично они провалились в столбовые ямы.

Справа от входа найдены две пары массивных клыкообразных железных предметов, покрытых золотой фольгой. На каждом — золотая дисковидная бляшка, инкрустированная цветной пастой. Вероятно, они украшали столбы, поставленные у входа в могилу.Филипповский курганный могильник

Слева от входа, слегка провалившись в ямки от столбов, стояли пять фигур оленей — деревянных, обитых с двух сторон золотыми штампованными пластинами. Они были установлены на подставках, покрытых серебряной фольгой. Изображения объемные, сохранились они относительно хорошо. Принадлежат к тому же типу, что и большие олени из второго тайника.

Наконец, шестой комплекс находок. Это вещи, найденные на дне самой могильной ямы. Глубина ее составляла немногим более 2 м от уровня древней поверхности. При выемке заполнения могилы встречено большое количество бронзовых скоб различного размера, которыми, по всей вероятности, скреплялись бревна надмогильной шатровой конструкции. Многие участки дна погребальной камеры сильно обожжены упавшим обгорелым перекрытием. Имеются следы трех человеческих захоронений, дошедших до нас в виде сильно обгорелых костей ног. Среди углей и останков в различных частях могильной ямы найдены остатки женских украшений (стеклянных и каменных бус), золотые подвески различной формы, бляшки, накладки, пронизки. Сохранились остатки инкрустиро­ванного золотом деревянного сосуда. Второй, в виде небольшой кружки, был украшен двумя золотыми оковками, золотая ручка его изображает стоячую фигурку волка. В центральной части могилы найден единственный керамический горшочек.

Обнаружены четыре бронзовых котла. Два — каждый с четырьмя ушками, объемом 70—80 л и весом 50—60 кг — были брошены в один из грабительских лазов. Куски третьего, примерно такого же, лежали у входа во второй грабительский лаз. От четвертого, объемом примерно 10л, сохранилась лишь половника.

Почти все золотые оковки и ручки сосудов из первого тайника выполнены в так называемом зверином стиле. На подавляющем большинстве предметов из второго тайника также изображены животные.            Филипповский курганный могильник

Звериный стиль характерен и для многих других вещей.
Чаще всего встречаются изображения оленей. На оковках и ручках деревянных сосудов, на бляшках- нашивках из второго тайника… Особенно впечатляют олени на подставках, с великолепными ветвистыми рогами. У сарматских племен олень был, пожалуй, самым почитаемым животным. Все изображения весьма своеобразны и оригинальны, многие детали существенно отличают их от оленей скифов, саков, сибирских племен скифского времени, а деревянные фигуры оленей вообще не имеют даже отдаленных аналогов.
Большое место среди изображений занимает и двугорбый верблюд, что совершенно не характерно для причерноморских скифов. Да и у савромато-сарматских племен Урало-Поволжья такое встречалось редко. Среди золотых изделий из второго тайника довольно многие изображают горного барана — архара.

По поводу происхождения изделий Филипповского могильника можно высказать пока лишь предположение. Большинство предметов по художественному стилю и набору изображенных животных (двугорбый верблюд, архар, сайгак) тяготеет к востоку и юго-востоку. Как скифское золото по своему происхождению связано с ювелирными мастерскими греческих полисов, так и сарматские золотые изделия связаны, видимо, с мастерскими Средней Азии, а возможно, и Ирана. Едва ли кочевники-сарматы имели возможность самостоятельно производить столь высокохудожественные ювелирные изделия.

Несмотря на ограбления, полученный в результате раскопок материал богат и разнообразен. Безусловно, он позволит углубить наши знания по истории и культуре не только сарматов Южного Урала, но и всего евразийского кочевого мира эпохи раннего железа.

Золотые изделия Филипповского кургана в большинстве своем уникальны, однако должны рассматриваться в комплексе с другими данными. Огромная могильная яма, мощное деревянное перекрытие, внушительных размеров насыпь из земляных блоков — все это, в совокупности с многочисленными высокохудожественными золотыми изделиями, вполне характеризует усилия, затраченные на сооружение этого памятника. Сравнение его с другими курганами Филипповского могильника, равно как и другими памятниками раннесарматской культуры Урало-Поволжья, указывает на высокое социальное положение погребенных здесь.

 

  
_____________________________________________________________________________________ 

ИСТОЧНИК МАТЕРИАЛОВ И ФОТО:
Команда Кочующие.
http://forum.kladoiskatel.ru/
http://www.klady-rossii.ru/
http://poryvaev.ru/kladu_i_sokrovisha/klady_rossii/kladi_naydennie_v_orenburgskoy_oblasti.html      
http://obzor-novostei.ru/
http://klad56.ru/

ВложениеРазмер
z1J107B (1).jpg432.92 КБ
z1J107B (2).jpg149.89 КБ
z1J107B (3).jpg97.44 КБ
z1J107B (4).jpg54.59 КБ
z1J107B (5).jpg39.94 КБ
z1J107B (6).jpg68.33 КБ
z1J107B (7).jpg179.61 КБ
z1J107B (8).jpg140.72 КБ

Комментарии

аватар: Гость

Очень интересно

Очень интересно

Отправить комментарий

Фотографии на сайте размещены в качестве научного, информационного, учебного и культурного материала без цели извлечения прибыли.

Контактная информация:

Капитан команды Кочующих (он же главный по сайту):
Хафизов Ахат - Hafizow@yandex.ru

Администрирование и продвижение сайта в интернете:

Лоцман команды Кочующих
Бортяков Андрей - abortyakov@yandex.ru