Горицкий Воскресенский монастырь

Горицкий Воскресенский монастырь - женский православный монастырь в селе Горицы Вологодской области, на берегу реки Шексны, в 7 км от Кирилло-Белозерского монастыря. Памятник архитектуры федерального значения.
Основан монастырь в 1544 году княгиней Евфросиньей Андреевной Старицкой, вдовой удельного князя Андрея Ивановича Старицкого, родного дяди царя Иоанна IV Грозного.
 

К тому времени в Кириллове уже действовал монастырь, а в Горицах существовала деревянная Воскресенская оброчная церковь и Введенская ружной церковь. Княгиня Евфросиния заменила деревянную Воскресенскую церковь каменной, с приделом преподобного Кирилла Белозерскаго Чудотворца. Тогда же была построена новая теплая церковь во имя Божией Матери Одигитрии с трапезной.

Из первых лет Горицкой обители сохранились только имена игумений: Анисия, Анастасия, София, Мариамиа, Анна (ум. в октябре 1569).

В 1563 году после доноса Ефросинья Старицкая была насильно пострижена в монахини под именем Евдокии и отправлена в основанный ею монастырь и «поволи же ей государь устроити ествою и питьем и служебники и всякими обиходы по ее изволению, и для береженья велел у нее в монастыре бытии Михаилу Ивановичу Колычеву да Андрею Федоровичу Щепотьеву да подьячему Андрею Шулепникову». Вместе с ней в монастыре под именем Александра жила Иулиания Дмитриевна, урождённая княгиня Полоцкая, жена князя Юрия Иоанновича, родного дяди царя Ивана Васильевича.

Рака с мощами Ефросиньи в Горицком монастыре (фотография 1909 года)                                                       
 
В 1569 году вслед за расправой со Старицкими была убита и Ефросинья с сопровождавшими её монахинями и слугами. Существуют различные версии этого убийства.Согласно горицкой рукописи, опричники утопили в Шексне четырых женщин: инокинь Евдокию, Марию, Александру и игуменью Анну. Тело Евдокии было погребено в Горицком монастыре, а после её канонизации останки стали почитаться как святые мощи. В 2007 году в нём были найдены два женских погребения, одно из которых, предположительно, принадлежит святой Ефросинье. 

В 1575 году Иван Грозный заключил в монастырь под именем Дарья свою четвёртую жену, Анну Колтовскую. Есть сведения, что часть своего более чем пятидесятилетнего монашества она провела в Горицах.

 
В 1591 году после убийства царевича Дмитрия мать его, Мария Нагая была сослана в Николовыксинскую пустынь, а затем в Горицкий монастырь под именем Марфа. В память об убитом сыне она возвела придел при Воскресенском соборе.

В 1606 году Лжедмитрий I выслал в Горицкий монастырь Ксению Годунову, дочь Бориса Годунова, там она была пострижена под именем Ольга.
 
В 1739 году в монастырь была насильно привезена молодая знатная девушка. По мнению некоторых историков это была Екатерина Долгорукова, несостоявшаяся жена императора Петра II

После революции на базе монастыря была организована сельхозартель «Колос», в которой работали монахини. В 1932 году монастырь был закрыт. Монахини разошлись по окрестным деревням, многие стали жертвами репрессий.

После войны в монастыре располагался Дом инвалидов. После его закрытия монастырь был передан музею. Была начата реставрация, но выделяемых средств было недостаточно. В 1990-х годах было начато восстановление сельской Введенской церкви, позже переданной монастырю. 6 октября 1999 монастырь был официально признан действующим.

Сейчас в монастыре постоянно живут 15 насельниц. Монастырь посещают паломники и туристы, число которых резко увеличивается летом, когда открываются туристические водные маршруты. Настоятельница монастыря - игуменья Евфалия (Лебедева)
  
ОСНОВАНИЕ МОНАСТЫРЯ
Основан монастырь в середине XVI века княгиней Евфросиньей Андреевной Старицкой, вдовой удельного князя Андрея Ивановича Старицкого, родного дяди царя Иоанна IV Грозного.

К тому времени в Кириллове уже действовал монастырь, а в Горицах существовала деревянная Воскресенская оброчная церковь и Введенская ружная церковь. Княгиня Евфросиния заменила деревянную Воскресенскую церковь каменной, с приделом преподобного Кирилла Белозерского Чудотворца в 1544 году, именно эту дату и принято считать годом основания монастыря. Тогда же была построена новая теплая церковь во имя Божией Матери Одигитрии с трапезной.

Из первых лет Горицкой обители сохранились только имена игумений: Анисия, Анастасия, София, Мариамиа, Анна (ум. в октябре 1569).
 
Известные монахини 
В 1563 году после доноса Ефросинья Старицкая была насильно пострижена в монахини под именем Евдокии и отправлена в основанный ею монастырь и «поволи же ей государь устроити ествою и питьем и служебники и всякими обиходы по её изволению, и для береженья велел у неё в монастыре бытии Михаилу Ивановичу Колычеву да Андрею Федоровичу Щепотьеву да подьячему Андрею Шулепникову».
 Вместе с ней в монастыре под именем Александра жила Иулиания Дмитриевна, урождённая княгиня Палецкая, жена князя Юрия Васильевича, родного брата царя Ивана Васильевича.
 
В 1569 году вслед за расправой со Старицкими была убита и Ефросинья с сопровождавшими её монахинями и слугами. Существуют различные версии этого убийства. Согласно горицкой рукописи, опричники утопили в Шексне четырёх женщин: инокинь Евдокию, Марию, Александру и игуменью Анну. Тело Евдокии было погребено в Горицком монастыре, а после её канонизации останки стали почитаться как святые мощи. В 2007 году в нём были найдены два женских погребения, одно из которых, предположительно, принадлежит святой Ефросинье.
 
В 1575 году Иван Грозный заключил в монастырь под именем Дарья свою четвёртую жену, Анну Колтовскую. Есть сведения, что часть своего более чем пятидесятилетнего монашества она провела в Горицах.

В 1591 году после убийства царевича Дмитрия мать его, Мария Нагая была сослана в Николовыксинскую пустынь, а затем в Горицкий монастырь под именем Марфа. В память об убитом сыне она возвела придел при Воскресенском соборе.

В 1606 году Лжедмитрий I выслал в Горицкий монастырь Ксению Годунову, дочь Бориса Годунова, там она была пострижена под именем Ольга.

В 1727 году, после опалы Меньшикова, вместе с его семьёй 11 сентября была сослана и Варвара Арсеньева, а затем от Клина 15 октября она была отправлена под конвоем капитана Шушерина в Александров в Александро-Успенский девичий монастырь. Однако, после обнаружения в Москве подметного письма в пользу Меньшикова и открытия в розыске попыток Варвары облегчить свою учесть через заступничество духовника царицы Евдокии, она была послана в Белозерский уезд, в Горицкий девичий монастырь и пострижена в монахини 29 мая при унтер-офицере Веревкине иеромонахом Феофаном Талузским и наречена Варсонофией.

В 1739 году в монастырь была насильно привезена молодая знатная девушка. По мнению некоторых историков, это была Екатерина Долгорукова, несостоявшаяся жена императора Петра II.

В 1810 году обитель возглавила игуменья Маврикия, в миру Мария Ходнева (08.04.1778 — 18.07.1861), управлявшая ею в течение сорока пяти лет. При поддержке архимандрита Феофана Новоезерского, определенного в 1819 году благочинным Горицкого монастыря, она смогла высоко поднять духовную иноческую жизнь и внешнее благосостояние обители. При игуменье Маврикии были пострижены монахини, проявившие себя в будущем великими подвижницами: Феофания, в миру Александра Сергеевна Готовцова, (15.02.1787 — 16.05.1866) и Варсонофия, в миру Мария Никитична Крымова, (30.06.1800 — 02.02.1866). В 1845 году Феофания была назначена игуменьей Воскресенского Новодевичьего монастыря, возобновляемого в Санкт-Петербурге. Помощницей её в 20-летних трудах стала Варсонофия.
 
Здания монастыря 
На территории монастыря расположены 3 каменных церкви и несколько жилых и хозяйственных построек. Много помещений расположено в монастырских стенах, а также за их пределами.
 
Воскресенский собор 
Двухэтажный каменный Воскресенский собор построен в 1544 году на средства Андрея Старицкого и его жены Евфросиньи на месте бывшей деревянной церкви. В 1611 году инокиня Марфа построила над ней квадратную колокольню с четырьмя просветами для колоколов.[1] В XVIII веке колокольня была полностью перестроена.

В настоящее время собор не действует и нуждается в значительной реставрации.

 
Троицкий собор 
В 1821 году при игуменье Маврикии Ходневой с восточной стороны Воскресенской церкви на месте погребения княгини-инокини Евдокии и Александры вместо деревянной часовни был построен каменный трёхпрестольный тёплый храм в честь святой Троицы

В советское время в соборе располагался сельский Дом культуры. Ныне собор восстановлен и освящён в 2016 году.
 
Покровская церковь 
В 1832 году на средства княжны Хованской, в схиме Параскевы, построена каменная, тёплая, двухэтажная Покровская церковь. Она находится в ограде с восточной стороны монастыря.

В советское время в церкви располагались палаты дома инвалидов, а некоторое время — контора совхоза. В 2003 году после реставрации она стала главной монастырской церковью.
 
Монастырские стены 
Монастырь обнесён каменной стеной с башенками в углах. В стене расположены жилые, гостиничные и больничные корпуса, Покровская церковь, хозяйственные помещения, подвалы с ледниками. Ледники использовались вплоть до 2 половины XX века. С 3 сторон в стенах есть ворота. Главные «Святые ворота» выходят на берег Шексны.
 
Монастырский водопровод 
При игуменье Маврикии в монастыре был устроен водопровод (прежде воду брали из реки). Источник воды был найден за пределами монастыря, в поле, откуда были проведены трубы в специально устроенную рядом с Воскресенской церковью каменную часовню, а также ко всем монастырским службам. Над самим колодцем построена деревянная часовня в честь Тихвинской Божией Матери, в день празднования которой, 26 июня, был найден источник.

Водопровод действует и сейчас.
 
Здания внутри монастыря 
К Воскресенской церкви примыкает одноэтажное каменное здание, использовавшееся как трапезная и кухня.

В XIX — начале XX века в монастыре было построено несколько деревянных зданий, использовавшихся как жилые корпуса и мастерские. После закрытия монастыря эти здания использовались как жилые.


 
Введенская церковь 
Введенская церковь расположена с западной стороны монастыря на высоком берегу Шексны. Церковь принадлежала сельской общине, рядом с ней располагалось кладбище.

Действовала она в советское время дольше других, до ареста 25 сентября 1937 года служившего в ней иеромонаха Аверкия (Полицына) (расстрелян 30 октября того же года)(официально закрыта в 1941 году). Потом в ней располагался гараж, для чего в стене церкви были прорублены ворота. В 1990-х годах силами местной общины, добровольцев и местных жителей было начато восстановление церкви, в 1993 году в ней прошла первая служба, в 2000 году церковь была передана монастырю.
 
Здания за пределами монастырских стен 
В 1905 году при игуменье Адриане были построены монастырская пристань и каменная часовня в честь Иоанна Предтечи напротив северо-западного угла монастыря.

Также за пределами монастыря располагались деревянные хозяйственные помещения, скотные дворы, кладовые и т. д.
 
Кладбище 
В 1888 году с восточной стороны монастыря, на крутой горе устроено монастырское кладбище и часовня при нём.

В XX веке кладбище, как и саму гору, стали называть «Старым кладбищем».
 
  
Настоятельницы 
Маврикия (Ходнева) (1810—1855)
Арсения (Клементьева) (1855—1863)
Филарета (Сыромятникова) (1863—1885)
Нила (Ускова) (1885—1895)
Арсения (Корчагина) (1895—1904)
Адриана (Свешникова) (1904—1910)
Асенефа (Корчагина) (1910— )
Зосима (Рыбакова).
 
  
ЛЕТОПИСЬ МОНАСТЫРЯ
Летопись Горицкого монастыря

Публикуемая летопись хранится в фондах Кирилло-Белозерского музея-заповедника под названием "Сведения о Горицком женском монастыре". Ее появление связано с попыткой возродить во второй половине XIX века угасшую летописную традицию. Одним из первых с такой инициативой выступил епископ Оренбургский Варлаам, распорядившийся в 1865 г. о создании летописей в церквах и монастырях вверенной ему епархии. Он же разработал и программу описаний. Инициативу Варлаама поддержал святейший Синод и в 1866 г. издал указ о составлении летописей во всех церквах и монастырях империи*.

 
Г. О. Иванова

СВЕДЕНИЯ О ГОРИЦКОМ ЖЕНСКОМ МОНАСТЫРЕ

Местоположение монастыря, где находится

Воскресенский Горицкий девичий монастырь расположен на возвышенном левом берегу судоходной реки Шексны, у подножия величественной горы Мауры, в семи верстах от уезднаго города Кириллова, Новгородской Епархии. Местность вокруг монастыря замечательно живописна, Дорога от Кириллова сначала идет по берегу Сиверского озера, омывающаго своими чистыми волнами стены древней Кирилловой обители, а потом по горам. Тут же направо, недалеко от дороги, другое небольшое озеро - Константи-новское и гора Золотуха, а слева гора Маура с небольшою деревянною на самой вершине ея часовнею в честь преп. Кирилла Белоезерскаго*. С этой горы открывается великолепный вид на монастырь, окрестности и особенно на Шексну с ея пароходами и судами, которая широко извивается по ровным зеленым лугам и долинам. Местность, называемая Горицы, получила таковое наименование по уменьшительному окончанию, весьма древней формы, употребительной в здешнем крае (Гора-Горица, как например, дева-девица, коса-косица).

Начало монастырю положено в первой половине XVI века, по летописным сказаниям, княгиней Евфросинией Андреевной, вдовой удельнаго князя Андрея Ивановича Старицкаго, родного дяди царя Иоанна Васильевича Грознаго. 
 
Злополучная судьба Князя Андрея Ивановича
и его супруги Евфросинии Андреевны. 
Устройство Горицкой обители.
Именитыя инокини. 
Царския милости монастырю. (1544.1612гг.)
 
Первоначальная судьба Горицкаго монастыря тесно связана с событиями царствования Иоанна Грознаго и последующим междуцарствием.

Когда по смерти Московскаго князя Василия Иоанновича на Московском престоле остался малолетний Иоанн и потому государственная власть перешла в руки бояр, тогда началась жестокая борьба за верховенство власти, а вместе с нею наступила и тяжелая 
пора смут, продолжавшаяся в течение всего малолетства Иоанна Грознаго.

За это тяжелое время одною из жертв боярскаго самовластия сделался и родной дядя Иоанна Грознаго, Андрей Иванович, князь Старицкий вместе со своим братом Юрием Ивановичем, князем Дмитровским. Последний умер в 1536 году, как гласит народная молва, в тюрьме от голода. После смерти князя Юрия немедленно потребовали в Москву Андрея Ивановича, жившаго в то время в своем уделе Старицах, со своею молодой женою Евфросиниею Андреевною, урожденною княжною Хованскою и с трехлетним сыном их Владимиром. Зная, какая участь постигла его брата и что ждет его самого, князь Андрей сначала отказался ехать в Москву, а когда прибыло за ним второе посольство, то бежал к Новгороду, надеясь там найти себе защиту, но был схвачен на пути со всею семьею и своими боярами и посажен под стражу. Через год князь Андрей скончался (10 декаб, 1537 года) страдальческою смертию, а жена его вдова княгиня Евфросиния Андреевна с сыном Владимиром Андреевичем остались в заключении, Только через три года, в 1540 году, когда во главе бояр стоял добрый и великодушный князь Иван Бельский, их освободили из-под тяжелой неволи. На другой год по освобождении они были представлены юному царю Иоанну, после чего им возвратили удел князя Андрея, город Старицу с богатыми вотчинами и дозволили там иметь им свой двор, своих бояр и слуг княжеских. Но власть добраго князя Бельскаго продолжалась недолго, недовольные бояре кротким правлением его схватили князя (в 1542 годе) и сочувствовавшаго ему митрополита Иоасафа и обоих отправили в ссылку на Бело-озеро. Опять наступили тяжелыя времена, и опалы, и казни, не перемежаясь, следовали одна за другою. В это время, когда жизнь постоянно была в опасности, благочестивая княгиня Евфросиния Андреевна стала находить себе покой и утешение в делах благотворительности и богоугождения. Так, прежде всего она занялась устройством в далекой своей Белозерской области, которая всегда была достоянием князей Можайских или Ста-рицких, женской Иноческой обители, как тихаго пристанища от мирской суеты и превратностей. Место для обители было выбрано в семи верстах от цветущей в то время славной Кирилло-Белозерской обители, на левом гористом берегу реки Шексны "в Горах", где в то время существовала уже деревянная Воскресенская, великаго князя оброчная церковь вместе с Введенского ружною церковью 1.
 
В 1544 году Княгиня Евфросиния деревянную церковь Воскресения Христова заменила новою каменною, тоже Воскресенского с приделом при ней преп. Кирилла Белозерскаго Чудотворца. Тогда же к ней была прикладена другая церковь, во имя Божией Матери Одигитрии, теплая с трапезною 2. Таким образом, во вновь возникшей Горицкой обители придел при соборном Воскресенском храме и теплая трапезная церковь были сооружены во имя святынь Белозерскаго края - преп. Кирилла и принесенной им с Москвы на Бело-Озеро Чудотворной Иконы Божией Матери Одигитрии.
 
Княгиня Евфросиния имела великую любовь к Кирилловой обители; она даже желала там найти себе вечное упокоение. Поэтому понятно, почему созданный ею Горицкий Воскресенский монастырь имел следы этой любви и почтения. Так положено было начало Воскресенскому Горицкому монастырю. Но более подробных сведений за первое существование сей обители не имеется.

Древний монастырский синодик сохранил только имена первых Горицких игумений 3. Вот эти имена: Анисия, Анастасия, София, Мариамиа, Анна. Какого они роду, сколько времени игуменствовали и когда скончались, неизвестно ничего, кроме года кончины последней из них, игуменьи Анны, окончившей жизнь свою в октябре 1569 года.

Таким образом, за время от 1544 г., если считать этот год временем первоначальнаго основания обители, по 1569 год включительно, т. е. за 25 лет, было пять игумений. Но весьма возможно, что и до сооружения Воскресенскаго собора здесь жили некоторыя старицы при прежней деревянной церкви, как это бывало в древния времена в других местах, а также и в Белозерском крае.
 
Царь Иоанн Грозный однако питал доверие и расположение к своему двоюродному брату Владимиру Андреевичу и его матери Евфросинии Андреевне и даже в своем завещании, на случай своей смерти, князя Владимира он оставлял опекуном своего малолетняго сына Царевича Иоанна, а в случае кончины царевича его объявил своим наследником. В 1563 году дьяк князя Владимира Савлук Иванов прислал к царю память (донос), в которой писал, что княгиня Евфросинья и сын ея князь Владимир многия неправды к царю чинят и для этого держат его, Савлука, скована в тюрьме. Разгневанный царь приказал прислать княгиню Евфросинию и сына ея Владимира вместе с доносщиком Савлуком к нему в Александровскую слободу. Дело кончилось тем, что "царь и великий князь княгине Евфросинии ко князю Владимиру неисправления их и неправды им возвестил, и для Отца своего Макара Митрополита, и архиепископов, и епископов гнев свой им отдал". Владимир остался жить на свободе, по-прежнему пользуясь благорасположением государя, мать же его, княгиня Евфросиния, била челом государю, чтоб тот позволил ей постричься в инокини, на что и дано ей было царское согласие и разрешение 4. 

5-го августа 1563-го года игумен Кириллова монастыря Вассиан, он же и духовник княгини, постриг ее в инокини, под именем Евдокии на Кирилловском подворье в Москве . Новопостриженная инокиня пожелала жить на Белом озере, в Воскресенском девичьем монастыре, "где прежде того обет свой положила и тот монастырь сооружила". Ее провожали до места боярин Феодор Иванович Умново-Колычев, Борис Иванович Сукин, дьяк Рахман Жидков и отец ея духовный, Кирилловский игумен Вассиан. Вместе с княгинею поселили сюда также ея боярыни инокини Мария и Александра, но вместе ли с княгинею они были пострижены или в какое другое время - неизвестно.
 
Удалившись от мирской суеты и постоянных страхов за свое существование, каких немало пришлось пережить ей по коварству бояр, и поселившись на постоянное жительство в Воскресенский свой монастырь, княгиня-инокиня Евдокия первое время пользовалась благорасположением к себе царя Ивана Васильевича, который делал щедрыя милости княгине и устроенной ею Горицкой обители. Так прежде всего он повелел на новом месте устроить ее "ествою, питием, прислужниками и всякими обиходы", а для охранения и службы при ней приказал жить у монастыря Михаилу Ивановичу Колычеву, Андрею Феодоровичу, сыну Щепотову и подьячему Андрюшке Шулепникову. Они же должны были заведовать всем хозяйством княгини-инокини. Поселились они каждый в своем дворе с огородом в деревне Кнутове, где жил монастырский священник Григорий. Деревня эта лежала рядом с монастырем, на берегу реки Шексны, и со времени преп. Кирилла Белоезерскаго (1427 года), по данной некоего Алексея Горбова, принадлежала Кирилловой обители, Тут же стояли двор коровий и дворы княгининых служебников-сытников и подключников. Как сказано выше, царь Иоанн Грозный оказывал свои милости монастырю, и первым делом его было озаботиться наделить монастырь ругою и земными угодьями. По царскому указу Михаил Иванович Колычев да Никита Григорьевич Яхонтов Измеряли деревню Кнутово, принадлежавшую в то время Кириллову монастырю, и расположенную под самыми стенами Горицкаго монастыря, пожаловали в Горицы вместе с деревней Близнецово, что на Маурине горе и пустошью Березник. Тогда же царь повелел давать ружный хлеб из своих дворцовых сел Белозерскаго уезда, Озацкой волости. Игумении пошло 2 0 четвертей ржи и 15 четвертей овса, двум священникам 3 5 четвертей ржи и 3 5 четвертей овса, - по 17 1/2 четвертей каждому; диакону 1 2 четвертей ржи и 1 2 четвертей овса; семидесяти старицам 350 четвертей овса и 350 четв. овса6 - по 5 четвер. каждой. Вместо пшеницы на просфоры назначено было 15 четверг ржи. Хлеб в монастырь должны были привозить сами крестьяне на своих подводах, сроком к Рождеству Христову.

Перевоз через реку Шексну, что у Гор, царь пожаловал также монастырю вместе с деревней Кнутово. С того времени Горицкая обитель пользуется доходами с него до настоящего времени.

Когда сделаны эти пожертвования монастырю, т. е. в котором году, трудно сказать, во всяком случае, деревня Кнутово пожалована не ранее 1565 г., когда в октябре сего года был произведен обмер этих земель.

Приехав на Бело-озеро и поселившись в иноческой келии Горицкаго монастыря, в смиренном звании инокини, княгиня Евдокия всецело посвятила жизнь свою делам благочестия и стяжанию иноческаго терпения и смирения. Здесь она достигла высших ступеней душевной красоты и нашла тот мир души, к которому стремилась всю свою жизнь, в служении Богу и ближнему.
 
Здесь инокиня Евдокия прежде всего занялась благоустройством Горицкой обители. Это дело она поручила келарю Кириллова монастыря, старцу Никодиму. На строение ему были даны деньги, но эти деньги почему-то были взяты ив 1564г. отправлены с Михаилом Савиным в Москву. Своими средствами княгиня украсила новоявленный образ Пречистыя Богородицы "Умиления", обложенный серебром. "Приложила к нему, гривну, а пелену, на которой был вышит образ Пречистыя Богородицы на тафте черватой, обложила золотом с каменьями и жемчугом. К тому же образу старица Княгиня Мария дала серьги, ценою сорок алтын" . В числе вкладных вещей монастырю княгини-инокини Евдокии упоминаются большия колокола, ладоница оловянная, да чарки оловянныя. Когда она, в 15 6 9 году, поехала из монастыря к Москве, то оставила в церкви Воскресения Христова на правой стороне "два образа Богоявления на злате пядница". Между вещами княгини еще упоминаются; оловянное блюдце, хранившееся в олтаре в церкви, на котором носили княгине просфоры.
 
Из Гориц княгиня-инокиня Евдокия неоднократно посещала для богомолья Кириллову обитель и делала там немало богатых вкладов, свидетельствующих об ея благотворительности и об ея вере к преп. Кириллу и его обители. Так в 1566 году в месяце мае пришла она в Кириллов и дала двадцать образов да чару серебряную в десять руб. Княгиня готовила там себе место вечнаго упокоения. "И Бог пошлет по душу княгинину, - записано в кладной книге Кириллова монастыря, - и те образы поставити у гроба княгинина, и чарку на панихидцы на гроб ставити". Но как увидим далее, Бог судил иначе и княгинино желание не исполнилось, Горицкая обитель все более и более благоустроялась с каждым годом. Кирилло-Белозерский монастырь был ближайшим ея покровителем, оттуда были духовники инокинь. Кирилловския власти заведовали постройками обители, оне же хранили ея целость и неприкосновенность в имущественном отношении.

Вместе с княгинею Евфросиниею Андреевною участь заключения в Горицкой обители некоторое время разделяла княгиня Иулиа-ния Дмитриевна, урожденная княгиня Полоцкая, супруга князя Юрия Иоанновича 8, родного дяди царя Ивана Васильевича. В 1564 году она постриглась в инокини с именем Александры и поселилась в Новодевичьем монастыре. Туда с честию провожал ее сам царь с царицею, племянник по мужу князь Владимир Андреевич, бояре и народ.
 
Царь повелел устроить в монастыре и за монастырем погреба и ледники, и поварни особыя, устроил пышный двор, дал сановников для прислуживания и богатыя поместья во владения. Но такое расположение Грознаго к своей невестке продолжалось недолго. Как видно, княгиня-инокиня в последнее время жила уже в Горицах на дальнем Бело-озере. Памятником пребывания ея здесь осталось не малое число пожертвованных ею во обитель дорогих образов, которые были поставлены в церкви Воскресения Христова, на левой стороне, против образов княгини-инокини Евдокии9.

Можно полагать, что к концу описываемаго времени (1544-1569 г.) число инокинь возросло до семидесяти человек. Многия из них происходили от именитых и богатых родов. Таковы были здесь, кроме стариц княгинь, инокини Евпраксия, Пелагия, Мария, Александра, принесшия разные вклады в монастырь. Тут же жила старица Феодора, мать дьяка Мясоида Вислово, погибшаго вместе с своею женою от истязаний опричников царя Иоанна. Но вместе с знаменитыми инокинями были также здесь и простыя, бедныя, которым должны были зарабатывать насущный хлеб (Гррицы были особножи-тельным монастырем) трудами рук своих. Оне пряли нити, ткали пояски, которые, между прочим, продавали в Кириллове монастыре. Сельскохозяйственныя работы исполнялись также самими инокинями.

Первою игумениею монастыря, которая известна по точным историческим данным, была старица Анна, вероятно, из рода Щеня-тевых. Она управляла монастырем в конце описываемаго времени, В 1569 голу в 28 день месяца мая старец Гурий, житник Кириллова монастыря, "переписал у Воскресения Христова и в теплой церкви и в приделе чудотворца Кирилла церковное строение, образы, и свечи, и пелены образныя, и завесы, и ризы, и стихари, и сосуды церковные, и все церковное строение". Из этой описи видно, что тогда, кроме двух церквей каменных - теплой и холодной, была еще церковь во имя великомученицы Екатерины и колокольня 10. Все церкви были благоустроены. Старыя иконы, писанныя большею частию на красках, были заменены новыми, писанными на золоте, и при них были дорогия, с вышитыми изображениями, пелены и многия драгоценныя привески. Старицы княгини, а вместе с ними и другия инокини, покойно жили в обители до 1569 года, но в конце сего года их постигло ужасное несчастие; без явной причины, но вероятно по какому-нибудь тайному доносу, царь Иоанн Грозный опять наложил гнев свой на своего двоюроднаго брата Владимира Андреевича и со всею семьею призвал его к себе в Александровскую слободу 11. Здесь 9-го октября князь Владимир, его супруга Евдокия и их дети, и верные слуги были погублены насильственною смертию. Но жестокость царя этими несчастными жертвами не ограничилась. Немедленно были посланы гонцы на Бело-озеро в Горы и повелением царя Иоанна Грознаго 11 -го октября, т. е. на третий день страдальческой кончины князя с семьею, были потоплены в реке Шексне княгиня-инокиня Евдокия, удельная инокиня Мария, инокиня Александра (в мире княгиня Иулиания Дмитриевна) и игумения Анна 12. Устное предание добавляет, что будто-бы страдалицы их злыми мучителями были посажены в богато украшенное судно, которое, будучи нагружено камнями, быстро пошло ко дну, вместе с страдалицами, лишь только отвалив от крутого берега, недалеко от монастыря. Тела утопленных были взяты и с честию погребены в стенах монастыря. С тех пор память стариц княгинь-инокинь и игумений Анны свято хранится в монастыре. Один из современников, записывая на память грядущим векам злополучную судьбу самой княгини-инокини Евдокии, называет княгиню "воистинно святою и постницею великою, во святом вдовстве и в монашестве просиявшею".

Старица Александра (княгиня Иулиания) еще в миру, до пострижения в монашество, считалась женщиною весьма благочестивою и добродетельную, так что современники ее называли второю Анаста-сиею 13. Почитание княгинь мучениц и игумений Анны началось сразу же после их страдальческой кончины 14. Над их могилами была выстроена деревянная часовня, замененная в прошлом столетии Величественным Троицким собором, в котором безвинныя страдалицы почивают на левой стороне храма, против клироса под ракой. При гробах их нередко служатся панихиды и по вере молящихся, милостию Божиею неоднократно явлены были чудесныя исцеления. Местными жителями княгини мученицы считаются святыми, угодившими Богу своею высокоподвижническою жизнию и христианскими добродетелями.
 
Ряд именитых инокинь, томившихся в Горицком монастыре, не кончается инокинями-княгинями Евдокией и Александрой и многими боярынями. Здесь жила некоторое время царица Анна Алексеевна , четвертая супруга Иоанна Грознаго, в инокинях старица-царица Дарья, которая потом переведена была в Тихвинский Введенский монастырь. Вместе с инокиней-царицей жила здесь невестка Грознаго, вторая супруга его сына Иоанна, Пелагея Михайловна, в иночестве Параскева 16. Затем пребывала здесь немного времени царица Мария в иночестве Марфа, последняя супруга царя Иоанна Грознаго, мать царевича Димитрия Иоанновича 17. Здесь же в Горицах долгое время томилась в заточении дочь царя Бориса Годунова, юная красавица царевна Ксения, в иночестве Ольга, которая изменниками сначала отдана была в наложницы самозванцу Лжедимитрию, а последним заключена была в Горицкий монастырь 18. В Горицком же монастыре в 1601 году некоторое время жила княгиня Черкасская вместе со своим племянником, будущим царем Михаилом 19. По некоторым данным можно заключить, что вместе с отроком Михаилом, здесь жила и мать его инокиня Марфа, и отсюда уже после переселились они в Костромския свои вотчины. В 1619 году была здесь под надзором старица княгиня Елена Масальская 20. Здесь же томилась в заключении бывшая невеста Петра II, княжна Екатерина Алексеевна Долгорукова, которая, по вступлении на престол Елизаветы Петровны, была освобождена из заключения и выдана замуж за графа Александра Брюсова 21.

Из стариц, принадлежавших к именитым родам, примечательны инокини: Агафья Кайбулина 22, княгиня старица Ирина Мстиславская 23, княгиня Анна Голицына, старица Марина и многая другия. Как видно из сказаннаго, Горицы были местом заключения для многих царственных и знатных узниц. Горицкий монастырь после кончины его основательницы княгини-инокини Евдокии обогащался не только вкладами от именитых инокинь, но также и царскими милостями к нему.

Первым царственным благодетелем его, после царя Иоанна Грознаго, был его сын благочестивейший царь Феодор Иоаннович (1597 г.), последний потомок Мономахова рода от князя Рюрика. Неизвестно, по какой причине ежегодный ружный хлеб на 1595 год был дан в Горы не из Белозерских сел, как это было указано в царской Иоанна Грознаго грамоте, а из сел ростовскаго уезда, из Вощажникова. Царь Феодор Иоаннович, вследствие челобитной игумении Дарии с сестрами, жаловавшейся на неудобство новаго порядка, грамотою от 21 сентября 1595 года велел давать ружный хлеб по-прежнему. В следующем 1596 году от 16 дня месяца мая царем Феодором Иоанновичем на Бело-озеро в Воскресенский монастырь была послана новая грамота, по которой "царь старицу царицу и великую княгиню Дарию 24, здесь живущую, да игумению Дарию с сестрами пожаловал для отца своего блаженной памяти великаго государя царя и великаго князя Ивана Васильевича в, вотчину в Белозерском уезде из своих черных волостей сельцо Никольское с деревнями и с пустотами, да на выпуске по Шексне реке пустошь Березниково, да пустошь Кирсново, да Пустошь Рати-бор". Этою же грамотою царь даровал Воскресенскому монастырю все те льготы, которыя обычно давались так называемыми "тарханными грамотами". "И это, - говорится в грамоте 1596 года, - у них в том сельце (т. е. Никольском) и пустошах жить монастырских людей и крестьян и оне (т. е. игуменья с сестрами) не дают на ям охотников и им подмоги и во всякое ямское строение также и кормов недают. Также и местницы наши Белозерские и их тиуны тех их людей и крестьян не судят ни в чем, опричь душегубства и татьбы с поличным; ни кормов они своих не съемлют и не всыпают к ним ни вочто; и митрополичьи, ни владычни десятильники к ним не въезжают и дани на владуку не берут, и кормов десятильничьих не платят. А ведают и судят людей своих и крестьян игумения Дарья с сестрами во всем или кому прикажут. А случится суд смесный тем их людям и крестьянам с городскими (Федосьина городка) или с волостными людми и их судят тиуны и у игумений с сестрами прикащик с ним же судит. А прав или виноват монастырский человек или крестьянин, и он в правде и в вине их монастырскому прикащику, а наместники наши или тиуны в того же монастырскаго человека не вступаются ни в праваго, ни в виноватаго, а городской или волостной человек прав будет или виноват, и он в правде и вине наместнику нашему или его тиуну, и монастырскому прикащику у того человека дела нет. А кому будет чего искати на монастырском их прикащике и по их сужу Яз Царь и великий князь или мой боярин, кому прикажу. Также если их (игумению с сестрами) пожаловал; наши князи и бояры и воеводы ратные и всякие люди у них силою неставятся, ни кормов своих ни конских даром не емлют: а где случится им стати, и они себе и конский корм купят, как им продадут. Также если их пожаловал: это ко игумение с сестрами, по их прикащики и по люди и по крестьян возмет моево Царева и великаго князя пристава и он им пишет один срок в зиме Крещенье Христово, а опричь того срока по них приставы наши не ездят и сроков на них не наметывают: а кто на них накинет срок, непотому их сроку, и им к тому сроку к ответу ездить не велел. Кто возмет на них безсудную не потому их сроку, и Яз им ездить не велел, и та безсудная не в безсудную".

Эта тарханная грамота 25 декабря 1598 года при игумении Евфимии была подтверждена царем Борисом Годуновым. Там тогда еще жила царица Дарья. При царе Борисе Годунове Горицкий монастырь, кроме хлебной руги, стал получать еще денежную, выдаваемую к Благовещеньеву дню, "на дрова к трапезе, на соль, ладон, на свечи и воск, и на мед для панихиды".

Кроме княгини-иконини Евдокии, между инокинями Горицкой обители большую всех оставила по себе память здесь царица Марфа, в мире Мария, мать царевича Димитрия Ивановича убиеннаго. После смерти Грознаго своего супруга, царя Иоанна (1584 г. марта 18), она была выслана со своим двухлетним сыном в Углич, который завещал им в удел скончавшийся царь. В 1591 году в 15 день мая царевич пал жертвою злодейской руки.

Царь Борис повелел тогда с нуждею и безчестием постричь царицу Марию в инокини, дали ей имя Марфы и заточили на Беле-озере в Николо-Выксинском монастыре, иначе Судине 26. Царь приставил к ней стражу и пищу повелел давать ей на уроке.
 
Когда тень царевича-мученика собрала под знамя самозванца сильныя полчища и Борисов престол стал колебаться, царицу Марфу вызвали тайком в Москву, и царь уговаривал, чтобы она всенародно засвидетельствовала смерть своего сына. Хотя инокиня и подтвердила, что сын ея убит, но все же ее отправили опять на Белоозеро, За свое пребывание там она неоднократно посещала Горицкий монастырь и полюбила его.

Но вот царь Борис скоропостижно скончался. Лжедимитрий изменою бояр и московских людей захватил его престол и убил несчастнаго сына Борисова, Феодора вместе с его матерью. Чтобы устранить подозрение в истинности своего происхождения, Лжедимитрий вызвал свою мнимую мать, старицу Марфу. Обманщик выехал к ней навстречу, бросился к ея ногам и заплакал. Тяжело было старице принужденное отречение от своего мученика-сына, мощи котораго почивали в Угличе, но ее принудили к этому угрозою, муками и смерти 27.

Инокиню Марфу поместили в келлиях Вознесенскаго монастыря в Москве, отделанных с царскою роскошью, и Лжедимитрий оказывал ей, для виду, всякое сыновнее почтение. Царица инокиня не забыла в новом своем положении о дальной Горицкой обители.

Одною из грамот царя Бориса запрещено было давать ежегодную хлебную и денежную ругу на Беле-озере. Приходилось дважды в год из Гор ездить в Москву и терпеть большия убытки от московской волокиты. Игуменья Фетиния с сестрами обратилась тогда за ходатайством к царице-инокине Марфе. И грамотою от 2 3 дня, месяца октября 1605 года, Лжедимитрий, ради своей матери, государыни царицы и великой княгини-инокини Марфы, указал по-прежнему получать ругу на Беле-озере хлебную на Рождество Христово, а денежную на Благовещеньев день. Эту грамоту привез из Москвы Горицкой диакон Данило Фомин в 28 день месяца ноября в том же 1605 году.

В 20 день месяца июля в 1608 году царица Марфа скончалась, По ея приказанию на ея вклад в Горицком монастыре была складена каменная церковь во имя великомученицы Екатерины с приделом царевича Димитрия Углицкаго, ея сына, и каменная же колокольня 28. Икону царевича Димитрия для вновь сооруженнаго придела, в честь его имени, прислала сама царица Марфа, Делом устройства церкви заведовал Кирилловский игумен Матфей ив 1611 году все было уже готово, и церковь и колокольня.

Мы знаем, что церковь великомученицы Екатерины в Горицах существовала еще в 1569 году, поэтому трудно сказать, что было сделано на вклад царицы Марфы. Скорее всего, старая церковь и колокольня, быть может деревянныя, были разобраны и на их место поставлены новыя каменныя, которыя существуют и до нашего времени. 
 
Очерк состояния Горицкой обители за XVII и XVIII столетия

Тяжел был для севернаго края Руси 1612 год. Литва и шайки поляков с казаками и русскими лихими людьми, отогнанные полками князя Пожарскаго от Москвы, направились к северу, все громя и разоряя на пути. Вологда и Бело-озеро были взяты ими и сожжены. На севере осталась одна твердыня - Кирилло-Белозерский монастырь. Паны со своими разбойничьими ватагами, подойдя к нему, утвердились станом недалеко от него, в деревнях Уломской волости и оттуда делали постоянные набеги на окрестныя селения. Два раза подступали они и к Кирилловой обители, но безуспешно. В 1612 году 5 декабря польские и литовские люди подошли к Воскресенскому Горицкому монастырю. Были ли приняты какия-либо меры защиты в Горицкой обители, неизвестно. Монастырь, кроме деревянной ограды, не имел никаких укреплений. Поэтому весьма возможно, что игуменья Феотиния с сестрами нашла себе убежище или в стенах Кириллова монастыря, или скрывались в каком-либо другом месте. Это тем более вероятно, что нет достоверных известий о несчастиях с инокинями в то время, и о нашествии 5 декабря только сказано: "Церкви Божии обругали и престолы разорили". Предание добавляет, что в церкви Вознесения святотатцами были поставлены кони. Впрочем, из жалованной грамоты на имя игуменьи Анфисы с сестрами упоминается, что в 1612 году в декабре месяце 5 числа монастырь поляками и литовцами был разорен, а церковь Божия поругана и обращена безбожными людьми в скотное стоялище. Обитательниц монастыря варвары нещадно били и некоторыя в ужасных муках умирали, некоторыя же успели скрыться. "В это же время сполошное поп Данило потерял самопал Кирилловский". Хозяйничанье панов в окрестностях монастыря не было продолжительно. Литовские и польские люди частию были перебиты, частию сами погибли; оставшиеся же были прогнаны дальше к северу в Карго-польский и Вытегорский уезды, где они окончательно и погибли. В следующем 1613 году, после нападения литвы на обитель игуменья Фетиния с сестрами были уже в своем монастыре и мирно занимались своими иноческими делами. Первою заботою игуменьи было получить вновь подтверждение льгот и жалованья, дарованных монастырю прежними царями. Игу-мения Фетиния с сестрами подали челобитную к избраннику земли русской, юному царю Михаилу Феодоровичу, в которой между прочим, писали, что жалованныя грамоты царей Иоанна Васильевича и его сына Феодора Ивановича в литовския разорения утерялись, остался у них с тех грамот один только список и просили дать новую грамоту.

Такая грамота была дана в 1613 году в 6 день месяца августа. В ней подтверждался приказ о хлебной руге в прежнем его размере, а также была дарована, кроме хлебной, денежная руга. "А деньги давать им велеть Белозерским таможенным головам из таможенных пошлинных доходов или рыбным целовальникам из рыбных доходов игуменьи три рубля, да семидесяти старицам по полтине старице, да двум попам по 5 рублей, диакону 3 рубли, а в трапезу на дрова 10 рублей, да за два пуда воску 4 рубл. да за десять фунтов ладону 2 руб., да на панихиды по нашим царским родителям по четыре пуда меду, да на просфоры три пуда соли, да игуменье три пуда соли, да семидесяти старицам по пуду соли старице.
 
А давать им то наше царское жалованье на срок Рождества Христова ежегод безпереводно, чтобы им было безволокитно и к Москве им для того не ездить. А давать хлеба и деньги, и соль на лицо, сколько в котором году будет, а за очи никому не давать". В 1626 году, когда по царскому указу были спешно переписаны все монастыри Белозерскаго края, с их имуществом, Горицкий монастырь по прежнему получал денежную и хлебную ругу, согласно жалованной грамоте 1613 года. В следующем за тем году хлебную ругу монастырь стал получать деньгами, но те и другие деньги Белозерские таможенные головы выдавали не помногу и с большой волокитой, так что нередко случалось, что монастырю хлеба купить было не на что. Игуменья Феврония с сестрами обратилась челобитно к государю, чтобы им, по примеру Нило-Сорскаго скита*, выдавали царское жалованье на Вологде, без московския волокиты, сроком на Рождество Христово, о чем последовал январский указ царя Михаила Феодоровича таможенным Вологодским головам в 1643 году. В 16 5 2 году царь Алексей Михайлович грамотою своею от 13 декабря повелел отпускать по ведру в год вина церковнаго, "чем бы Божественная литургия служить и за царское многолетное здоровье Бога молить". При царе Алексее Михайловиче грамотою был точно определен размер жалованья как за хлеб, так и денежнаго. Этою грамотою, за приписью дьяка Андрея Немирова, определялось царское жалованье в таком размере: Игуменье Фетинье (1652-1654 г.) государева жалованья 3 руб. и взамен ржи и овса 7 руб. 42 алтына 4 деньги; 68 сестрам жалованья 34 руб., да взамен хлебной руги 148 руб. 31 алтын 4 деньги и за соль 7 руб. 18 алтын 4 деньги; двум попам жалованье 10 руб. и взамен хлеба 15 руб. 7 алтын 3 ден.; диакону 3 руб. и взамен хлеба 5 руб. 7 алтын 2 ден., всего же монастырь получал 262 руб. 23 алтына 4 деньги. Это по тому времени была довольно значительная сумма. В таком виде царское жалованье монастырю и его насельницам оставалось долгое время, но получать его, как на Беле-озере, так и на Вологде было не всегда легко, везде требовались волокиты и издержки.

Помимо дорог и содержания во время хлопот о жалованье, нужно было держаться еще на подарки "в почесть" таможенным головам и приказным за разныя услуги. Получал жалованье большою частию один из священников, иногда диакон и редко - одна из стариц.
 Река Шексна
Царское жалованье служило основным средством для содержания монастыря. Все остальные источники доходов, как это видно из приходо-расходных книг Горицкаго монастыря за XVII век,, не превышали ежегодной царской руги. К таким доходам относятся; сбор за перевоз чрез реку Шексну в годину преп. Кирилла и в Успеньев день, оброк с бобылей, живших на монастырской земле, арендная плата, за сенокосы, расположенные по реке Шексне и неудобные для пользования самому монастырю, часть молебных денег, вклады доброхотных жертвователей, вклады при пострижении. Обычной платы при поступлении в монастырь считалось пять рублей, состоя-тельныя постриженницы давали более. Вклады в монастырскую казну посторонних лиц делались деньгами, но чаще всего какими либо вещами. Между вкладчиками значатся многия именитыя лица. 
 
Из описных книг 1658 года видно, что находящееся в соборной церкви Воскресения Христова паникадило было пожаловано в монастырь царем Михаилом Феодоровичем. Вот его описание: "пред Иисусом паникадило медное, литое травами, яблоко прирезное; а у паникадила привешено стрефикумилово яйцо30, на яйце перекресток и гнезда, да два кольца серебряны, кисть шелка золотом о тридцати подсвешниках".

Царь Алексей Михайлович в 165 3 году пожаловал на церковное строение сто рублей, а царица пять рублей. Но число именитых вкладчиков не было велико: между ними упоминаются князья Шехонские, Воротынские, Голицевы 31, бояре Шереметевы, Хитрово, Собарины, Хатунские, Стрешневы, Ошушковы и другие.

Средства монастырской казны были так незначительны, что часто встречались затруднения при поддержании монастырских строений в надлежащем порядке. Так, например, о церквах в описи 1658 года сказано; "ветхи, во многих местах нарушилось и впредь тому строению без починки быть нельзя". Но несмотря на скудость средств, необходимыя постройки в монастыре производились. Обители помогали жившия в ней старицы, располагавшия своими средствами.
 
В 1625 году был срублен новый храм Введения Преч. Богородицы, стоящий за монастырской оградой, а в следующем году он был освящен. "При этом, на священии церкви Введения Пречистыя Богородицы, - записано в приходо-расходных книгах игумений Февронии, - куплено ячмени на 15 алтын, хмелю на 7 алтын 3 деньги, рыбы всякия на 37 алт„ масла на 4 алтыни".

В 1658 году были произведены более капитальныя постройки и ремонты. "Кириллова монастыря каменщик Ивашко Шабан... у каменных церквей сделал с зимнюю сторону крыльцо каменное, на три схода, на четыре столпа, на паперть лестницу, в трапезу с летнюю сторону два крыльца, колокольню к церкви и к трапезе связьми укрепил, у трапезы своды вновь перебрал, стены и окна починивал и связьми железными укрепил, из под трапезы на кровлю трубу переделал... сделал с зимнюю сторону под крыльцом две палатки, над верхним крыльцом палатку же, да к церкви Пречистыя Богородицы Одигитрии, и в олтаре и в трапезе и паперте и стены известью обелил".

Горицкий Воскресенский монастырь всегда был замечателен многолюдством обитавших в нем инокинь. В этом отношении он превосходил все остальные мужские монастыри Белозерскаго края и уступал только Кирилловой обители.

Число сестер определялось царским жалованьем, положенным монастырю на семьдесят стариц. За XVII столетие редко их бывало меньше семидесяти, обычно же там жило значительно более, почему царскую ругу некоторым из монахинь приходилось давать в половинном размере.
 
Горицкий монастырь до прошлаго столетия был особно-житным. Связь между старицами поддерживалась только общею церковною молитвою и подчинением одной игуменье. Внесши плату на пострижение, каждая из вновь поступающих стариц должна была заводить для себя келлию которая и считалась полною ея собственностью. Старица могла свою келлию продавать или уступить кому-либо по Своему усмотрению. О своем пропитании старицы также должны были заботиться сами. Только в редких случаях, особенно бедным или немощным, по определению собрания всех стариц, выдавалось небольшое вспомоществование. Так под 1658 годом помечено; "старице Марине по словестному приговору Горицких стариц дано милостыни 8 алтын 2 деньги".

Состоятельныя из инокинь не только заводились богатыми келлиями в монастыре, но иногда за монастырем имели свои огороды и коровьи дворы. А ряд именитых стариц не прерывался и в XVII столетии. Так здесь жили княгиня Елена Черкасская, княгиня Анна Трубецкая, княгиня Мария Воротынская, княгиня Дарья Силкова, княгиня Ирина Мстиславская, Марфа Полева 32. По любви к обители особенно замечательна старица-княжна Досифея Черкасская, жившая здесь во второй половине XVII столетия. Из рода князей Черкасских, состоявших в близком родстве с царствующим домом Романовых, в Горицком монастыре за этот период времени проживало несколько стариц. Во время страшной моровой язвы 1654 г., посетившей Русскую землю, на дворе князя Якова Кудентовича Черкасскаго осталось в живых всего 110 человек, а умерло 423 человека. После того, дочь его видим в инокинях Горицкаго монастыря, под именем Досифеи. Вследствие ея челобитной, в которой старица-княгиня писала, что "против ея келлии, близ монастыря у ограды подле игуменьин огород луговое место, а изстари то место было огородное до пахотной земли" и просила "велеть ту землю ей под огород про ее обиход для овощу отвесть", Симон, Архиепископ Вологодский и Белозерский грамотою 1682 года от 7 мая приказал отдать в пользование просительнице это место. Великая старица княжна Досифея Черкасская представилась в 12 день месяца июня 1689 года. После ея, помимо многих вкладов, в монастыре остался прекрасный синодик, где в конце записан род князей Черкасских с указанием дней годов их кончины.

Из лиц, живших в Горицком монастыре в ссылке замечательна царица Касимовская, Фатьма Салтансейтовна, мать царевича Василия Ярославича 33. Она была сослана сюда под строгий надзор, ив 1658 году, по грамоте Патриарха Никона, была освобождена из заточения и отправлена на свое прежнее местожительство в город Касимов 34.

Во главе монастыря стояла игумения. Избрание ея производилось на общем собрании стариц, а утверждение и благословение на должность зависело от вологодских Архиепископов, под властию которых в то время состоял Белозерский край и вместе с ним и находящиеся в нем монастыри , За благословением нужно было ездить на Вологду, причем не обходилось без издержек.

Река Шексна

В 1658 году к "Государю архиепископу Маркелу к Вологде, записано в приходо-расходных книгах монастыря, - игуменья Марфа ездила для благословенья в игуменьи, с ней были старицы Еликонида да Февронья, да дьякон Исак, да трое проводников - горицкие бобыли с подводами. Издержано ездя семи человекам на хлеб и на харч и лошадей на корм и на постоялое 2 рубля 2 О алтын 5 ден. На Архиепископском дворе приказным и подьяком и певчим в почесть деньгами и рыбою, и калачей, и ковшей и братынь и ложек на 7 рублей". Помощницами игуменьи по заведыванию монастырскими делами были соборныя старицы.

В 1658 году их было 8 человек. Ближайшею сотрудницею игуменьи состояла казначея, которая вела запись приходу и расходу монастырским; на их же ответственности лежала и казна.

В 1659 году "лихие люди из церкви Воскресения Христова из придела чудотворца Кирилла из ризницы из коробки покрали приходные деньги 65 руб. 17 алтын 5 денег"; сумму по тому времени довольно немаловажную. По грамоте Маркелла, архиепископа Воло-годскаго и Белозерскаго, те деньги были доправлены на бывшей тогда игуменье Мавре и на казначее и отданы в монастырскую казну в приход старице Еликониде с сестрами.
 
Из должностных лиц монастыря упоминаются также просфирни, пономари, воротницы, клирошанки. Некоторыя из стариц посылались для сбора доброходных подаяний для монастыря.

Для отправления богослужений при монастыре состояли два священника и диакон. Один из священников был при церкви Введения, находящейся вне монастыря; в его пользование была предоставлена пустошь Близнецово. Замечательно, что монастырь заботился не только о содержании своего причта, но и после смерти кого-либо из него призирал и материально поддерживал осиротевшее его семейство. Так, в 1648 году игуменья Феврония, умирая, завещала по духовной дать вдовой попадье Капитолине с детьми 37 руб. 24 алтына 4 ден., каковое завещание по челобитью горицких монахинь и было утверждено к исполнению Московским Патриархом, предписавшим выдать означенныя деньги из монастырской казны.

Монастырь в XVII веке, хотя и был многолюден, но, как видим, не был богат. Поэтому и слуг у монастыря было немного, не более двух сторожей, на обязанности которых, между прочим, лежал перевоз чрез реку Шексну.

Горицкий Воскресенский монастырь владел тарханною грамотою, много раз подтвержденною царями, по которой под страхом царской опалы запрещалось в чем-либо обижать и притеснять игу-мению со старицами или каких-либо их людей. Но на деле выходило иначе. Да и трудно было прожить без обид и притеснений в такое время, когда щадили только сильнаго. Первыя столкновения произошли с прикащиками и крестьянами государевой езовой волости Федосьина Городка.
 
Под самым монастырем была слободка, где жили церковный причт и сторожа, и при ней чрез реку Шексну перевоз, пожалованный монастырю еще Иоанном Грозным. В 1613 году игуменья Фотинья с сестрами жаловались, что прикащики и крестьяне федосьина Городка "то у них церковную деревню отъимают и луги травят и пригораживают к своей земле и пастухов монастырских бьют и перевозник отъимают и чинят им великое насильство".

Еще большую обиду наносил монастырю князь Авраамий Васильевич Шелешпальский да Сидор Белозерец с товарищами. В 1653 году 14 октября прибыли они в Горицы и пьяные пошли в келлии ко старицам, принуждали их пить вино и некоторых насильно увлекли с собою в сторожню.

Немало игумении приходилось также терпеть и от кабацких голов.

В дни, когда в Горицах бывало большое стечение народа, приплывали они под монастырь по Шексне реке в стругу целовальников с питьем - с вином и пивом. Целовальники пред самыми монастырскими воротами ставили строение для продажи вина, и тут начинался грубый разгул пьяных людей, не щадивших ни святости места, ни скромности инокинь, покинувших по своей любви к Господу грешный мир с его утехами.
 
Таким образом, Горицкий монастырь сам собою не был в силах защищаться от обид и нуждался в другом сильном заступнике, Игуменья с сестрами обратилась к царю Михаилу Феодоровичу, чтобы охрану их поручил Кирилловскому монастырю; и от 18 июля 1638 г. царь писал игумену Кириллова монастыря Феодосию "обе-регательную грамоту". Но эта царская грамота скоро "утерялась", поэтому игуменья Александра обращалась к царю Алексею Михаиловичу за новой такой же грамотою, которая и была дадена 31 июля 1649 года архимандриту Кириллова монастыря Афанасию с бра-тиею. В этой сберегательной грамоте писалось: "И вы от Белозерскаго уезда Воскресенскаго девича монастыря из Гор игуменью Александру с сестрами и попов и дьяконов и сторожей и бобылей от воевод и ото всяких приказных и от сторонних людей и от обид оберегали и во всем их ведали и расправы меж ими чинили, чтоб им налоги и тесноты и убытков и продаж никаких ни от кого не было". До сберегательной грамоты 1638 года, Кириллов монастырь, как мы видели раньше, принимал близкое участие в Горицком монастыре; теперь же его отношения к обители определились точнее, получив законное основание в царской грамоте. По требованию этой последней на обязанности Кирилловских властей лежало как охранение игуменьи с сестрами от внешних обид, чинимых им от посторонних людей, так и заведывание и расправы в их внутренней жизни ("и во всем их ведали и расправы меж ими чинили"), По сохранившимся данным видно, что "оберегание" выразилось в том и другом направлении.

Так при перемене игумений в монастырь Кирилловския власти посылали для приема имущества монастырскаго и переписки его чернаго священника или кого либо из монастырских слуг. 

Составлялись "описныя книги", по которым новая игуменья принимала и потом сдавала монастырь.
 
От XVII века остались четыре описныя книги: 1651 года 12 января чернаго попа Иова Шельскаго для игуменьи Фотии; 1658 года января 9 дня слуги Кириллова монастыря Фильки Ерастова игуменье Мавре Волоцкой, 1681 г. декабря 2 6-го игуменье Евфросинии Воробиных и 1685г. октября 1 келаря-старца Александра игуменье Коромыслове. Этим описным книгам мы обязаны сведениям о церквах и постройках Горицкаго монастыря за XVII век.

Хотя в монастыре было постоянно два священника, но очевидно не все инокини пользовались ими, как своим духовным отцом. Часты сведения, что некоторыя старицы своими духовниками имели священников Кириллова монастыря. Даже поставление во игуменьи производилось по благословению не священниками Горицкаго монастыря, а духовником Кириллова.

Как известно, суд и расправа меж инокинями по сберегательной грамоте были вручены Кирилловским властям. При выборе игуменьи Фотинии (1650 г.) произошли безпорядки, причем одна из стариц Платонида Осокина лично оскорбила игуменью. Из Кириллова послали чернаго священника Матфея спросить по иноческому обещанию обидчицу и о том составить "доездную память". По разборе дела старица Платонида за оскорбление игуменьи уплатила пять рублей пени, как того требовало соборное уложение царя Алексея Михайловича.

Во время управления Горицкою обителью игуменьи Марфы произошли денежныя недочеты. Старицы донесли об этом в Кириллов. Для следствия по делу был послан в 1658 году Кирилловскими властями Филька Ерастов, который, выслушав стороны, "написал счетные заручные сказки". Игуменья Марфа была отставлена от управления обителью.

При производстве каких-либо больших строительных работ в Горицах заведование и наблюдение за ними лежало на келаре Кириллова монастыря. Так это было в 165 8 году, когда прикладывали к Воскресенскому собору крыльца и ризничью палатку, так было и в 1693 году, когда Горицкую обитель пришлось поправлять от разрушения, произведеннаго пожаром.

Случилось это так: в апреле месяце 1693 года приехали с Бела-озера на стругах целовальники с питием и стали против монастыря. Открылся дикий разгул, во время котораго пьяными людьми по неосторожности был подожжен Горицкий монастырь, который и сгорел чуть не до тла.


 
"В том монастыре на церквах Божиих кровли и в церквах иконы, книги и ризы и всякая церковная утварь, и кельи со всяким строением и с запасы и с рухлядью, и около монастыря ограды без остатку сгорело. И после того, - писали старицы в челобитье царю, - пожарнаго разорения тех церквей и около монастыря ограды и своих келий построить нечем, потому что место пустынное и безвкладное, вотчин нет и не бывало ни единаго двора, питаются Государевою милостию ружным жалованьем... и пожаловали бы их, чтоб их Царское богомолье не запустело и им обещания своего не отбыть и скитаться по мирским домам, голодною смертию не помереть". Челобитье было уважено. Грамотою от 5 августа цари Иоанн и Петр Алексеевичи пожаловали на монастырское строение триста рублей, каковыя деньги было приказано выдать на Вологде из таможенных доходов, и грамотою от 11 августа "у дела строения великие государи быть повелели Кириллова монастыря келарю старцу Ники-фору Сыргинскому. А сколько какова леса у ково имянно и почем ценою, - сказано в этой грамоте, - в порядке или покупке и в какую меру толщиною и длиною будет и что того лесу на церкви Божий и на ограду и на иное какое строение пойдет, и то все велеть в книги писать имянно, да и о том к нам, Великим Государям, писать отписку и покупным лесным и всяким припасом записныя книги велеть подать в приказе большия казны боярину нашему князю Петру Ив. Прозоровскому с товарищами". Как пожар, так и постройки монастыря производились при игуменье Анфисе (1690-1713 гг.).

Существование Горицкаго монастыря в XVIII веке продолжалось на прежних основаниях. 
 
Преобразованиями Императора Петра Великаго силы русскаго народа главным образом были направлены на изучение и усвоение благ европейской образованности, и русские люди, особенно переводные, перенимавшие с Запада более отрицательныя, чем положи-тельныя стороны жизни, мало-помалу начали оставлять свое древнерусское благочестие, создавшее и поддерживавшее право-славныя иноческия обители. Результатом сего явилось то, что вклады в монастыри почти прекратились, а также не шли уже туда и именитые иноки и инокини, как это было прежде. Поэтому и Горицкий монастырь оскудел и старицами, и материальными средствами, особенно же после 1764 года, когда были утверждены штаты 36. Тогда лежащия вокруг монастыря земли были отобраны в казну или отрезаны в пользу слобожан под пашню и сенокосы. Древнее царское "богомолье" осталось только на четырех десятинах земли; возле самой ограды монастыря проходили уже крестьянские наделы. Это было, можно сказать, самое трудное время для обители, но оно окончилось стараньями великой подвижницы - праведницы игуменьи Маврикии (в схиме Мария), которая 45 лет управляла обителью и привела ее в тот цветущий и внешний вид, в каком она состоит и в настоящее время. 
 
Преобразования Горицкаго монастыря из особно-житнаго в общежительный и его благоустройство

Горицкий монастырь в конце XVIII века, как мы видели раньше, испытывал тяжелое время в материальном отношении, к началу XVIII века пришел в крайнее запустение и находился в полуразрушенном состоянии.

Так, соборный Воскресенский храм, построенный в 1544 году иждивением княгини-инокини Евдокии, требовал значительных поправок; вследствие согнившей и местами провалившейся на нем тесовой крыши, всюду была в нем течь, по стенам струился дождь, и тем портило и стены, и живопись, В зимней церкви за ветхостию также почти невозможно было служить. Разрушающаяся ограда вокруг монастыря во многих местах заменена была деревянным тыном, ветхия келлии инокинь с черными печами и деревянными трубами стояли без полов и потолков. При монастыре не было ни огородов, ни пахотной земли.

Многая сестры, за неимением средств к существованию должны были наниматься в поденныя работы к крестьянам соседних деревень и тем снискивать себе дневное пропитание. При таком порядке вещей, конечно, трудно было соблюсти и монастырскую дисциплину, и надлежащий порядок внутренней иноческой жизни насельниц обители.

Но вот в 18 10 году, когда монастырь уже дошел до крайняго предела разрушения, вступает в должность настоятельницы обители по единогласному выбору всех сестер, еще юная летами, но духовно просвещенная и богомудрая инокиня, мать Маврикия Ходнева, на место умершей игуменьи Маргариты.
 
Мать Маврикия, в мире Мария, происходила из небогатой, но очень религиозной помещичьей семьи Белозерскаго уезда. Она родилась 8 апреля 1778 г. и, выучившись грамоте 37, с самаго ранняго возраста посвятила себя на угождение Богу, посвящая все свое свободное время на чтение душеспасительных книг и молитву. В 1801 году поступила она в Горицкий монастырь, а в 1806 году была пострижена в монашество и все время проходила послушание свеч-ницы, а затем и должность казначеи. Пребывание здесь ей очень нравилось, потому что она, по должности свечницы, должна была присутствовать за каждым богослужением, и здесь находила полное удовлетворение своим духовным потребностям; но одно только было ей не по сердцу - это отсутствие общежития. Всякий раз, когда при чтении псалтири, доходила она до слов: "се что добро, или что красно, но еже жити братии вкупе", глаза ея наполнялись слезами. - "Вот вкупе нужно нам жить, в полном согласии, как сестрам родным о Господе, - говорила она своим приближенным, - а у нас что; вот одна сестра живет во всяком изобилии, с рабынями и прислужницами в больших келлиях, а другая в ветхой хижине, неусыпно работает, чтобы кусок хлеба себе достать, а иная в старости и немощи питается подаяниями от своих или от чужих. Как тут не быть зависти, злоречию, вражде и всякому искушению от врага".

Еще будучи в должности казначеи, мать Маврикия с благословения игуменьи Маргариты, ездила в Нижегородский Крестовоздви-женский монастырь, чтоб изучить на деле заведенные там порядки общежития. Здесь общежительная жизнь инокинь сильно подейст-вовала на сердце м. Маврикии, и она решила совсем переселиться в Крестовоздвиженский монастырь, но только слезныя просьбы игуменьи Маргариты заставили ея вернуться в Горицы.

С твердою верою и несомненною надеждою на Бога, вступив в отправление настоятельской должности, будучи 33 лет от роду, игуменья Маврикия, прежде всего, с благословения своего духовна-го отца, великаго старца Феофана Новоезерскаго и под его мудрым руководством принялась за дело введения в своем монастыре пол-наго общежития. Конечно, немало пришлось ей встретить всевозможных препятствий и искушений при начале сего добраго дела. Мысль о заведении общежития не понравилась многим монахиням и послушницам, привыкшим жить хотя и не в довольстве, но по своему вкусу и обычаю. Многия громко роптали; другая решились совсем выйти из монастыря, так что из 70 насельниц осталось не более 40 сестер и то большею частию бедных, престарелых и немощных.
 
При учреждении общей трапезы игуменья первая подала пример - она отдала на общую потребу все свои припасы, какия у ней были; оставшияся сестры последовали ея примеру. Они повели игуменью Маврикию в кладовую под церковь 39: там увидала она гробы, заблаговременно приготовленные сестрами на случай смерти, каждою для себя. В этих простых деревянных гробах, посмертных домовищах понаделаны были поперечныя перегородки и между ними хранились их незатейливыя жизненныя припасы: мука, крупа, горох и проч. Все найденное соединено было вместе, в общий запас, и в светлый праздник св. Пасхи, 21 апреля 1812 года, в первый раз была открыта общая трапеза. "Какая была у нас тогда радость - говорила после игуменья Маврикия - я и высказать не могу, Все мы от радости плакали. Сестры благодарили меня и уверяли, что никогда оне так сладко не кушали, как за общей трапезой, хотя стол был самый простой. Точно все мы были тогда не на земле, а на небе. С того радостнаго праздника начали мы жить в полном единодушии, общим житием по милости и благодати Божией к нам грешным". Когда от трапезы оставались куски хлеба, игуменья сама сушила их, и по временам поставляла на общий стол, обварив горячим молоком: всякая пища вкушалась в сладость и с благодарением.

Вместе с общею трапезою начались и общие труды: была взята в аренду земля у Кирилловских мещан под огород и устроили близ монастыря кирпичные заводы. Игуменья во всем давала пример: она первая являлась на всякую работу и была первой работницей в поварне, хлебне, на огороде и повсюду. Сама носила воду, дрова, копала землю, делала кирпичи. По примеру ея трудились и все сестры, исполняя возложенное на каждую послушание, и радуясь, что общежитие избавляет их от ежедневной заботы о житейском. Игумения Маврикия строго следила, чтобы при работах не было празднословия, а потому всякое дело делалось с молитвою на устах и надеждою на помощь Божию. Служба церковная и келейное правило также стали исполняться неопустительно по примеру самой настоятельницы. Не были забыты и рукоделия: шили белье и монашескую одежду, скоро научились шить и обувь.

При новом порядке иноческой жизни, число сестер стало увеличиваться, и вместо вышедших из монастыря, не вместивших обще-жительнаго порядка жизни, поступили новыя лучшия, истинно искавшия спасения души, число которых достигло, наконец, до 400 сестер 40.

Высокоподвижническая жизнь игуменьи Маврикии и заведенные ею общежительные порядки привлекали в Горицкую обитель не только лиц простого звания, но и высокопоставленных и знатных особ. Так, посетив раз Горицкую обитель, одна из знатных вологодских дворянок, вдова Александра Ал. Клементьева, так пленилась скромною тихою жизнию Горицких инокинь под мудрым руководством опытной игуменьи Маврикии, что решилась и сама быть инокинею сей обители. Скудной в то время материальными средствами Гориц-кой обители она принесла в дар все свое громадное состояние; но выше всех ея жертв была жертва самой себя и трех юных своих дочерей, из которых младшей было около 14 лет 41. Воспитанныя в богатстве и неге, оне с радостию приняли на себя и усердно исполняли все, даже самыя тяжелыя и грязный послушания. Эти юныя труженицы во главе своей матери (во инокинях Агнии) служили образцом трудолюбия и смиреннаго повиновения. Одна из них (монахиня Арсения) была преемницею Маврикии в настоятельстве. Поступили в монастырь они в 1816 году.

Вслед за Клементьевыми сюда же поступила в 18 18 году вдова убиеннаго на брани генерала Готовцева, Александра Сергеевна в монашестве Феофания 42, женщина с высоким образованием, а вскоре за тем и сестра ея девица Щулепникова, в иночестве Маврикия. В Горицах м. Феофания была правою рукою смиренной настоятельницы во всех монастырских делах, особенно же при поездках в Петербург по делам обители и при письменных сношениях 43.

Она также строго исполняла и все монастырския правила и порядки: всегда ходила на общую трапезу, хотя последняя была довольно скудная, и никогда не пропускала своей череды на различных монастырских послушаниях, как, напр., при замесе хлебов в пекарне, при возделывании огородов и уборке огородных овощей, ношении нескольких ушатов в сутки воды для кухни и проч. Впоследствии, еще при жизни игуменьи Маврикии, Феофания получила другое назначение: она была первой настоятельницей Воскресенска-го монастыря в Петербурге, устроила эту обитель по образцу Гориц-кой и в ней окончила земную жизнь свою. В Горицкую обитель она сделала богатые вклады и выстроила деревянныя двухэтажныя кел-лии. Замечательно, что родной брат м. Феофании, Петр Сергеевич Щулепников, будучи слабаго здоровья, пожелал последовать примеру своей сестры и вступить в Кирилло-Новоезерский монастырь. По пути в Новоезерский, он заехал и в Горицы, чтоб повидаться с сестрою; здесь он сильно заболел и тут же, в Горицах, был пострижен в монашество, с именем Паисия. Здесь же, будучи напутствуем Святыми Тайнами, он скоро и скончался, здесь и погребен.

Нельзя обойти молчанием также о высокопоставленной последовательнице богомудрой игуменьи Маврикии и ея смиренной послушнице знаменитой княжне-схимонахине Параскеве Хованской . Она происходила из того же рода князей Хованских, к которому принадлежала и несчастная супруга князя Андрея Ивановича Старицкаго, Евфросиния, в иночестве Евдокия, первая основательница сей обители. В миру она была фрейлиною Императрицы Марии Феодоровны; несмотря на свое знатное происхождение и занимаемый ею видный пост фрейлины, поступив в обитель, она всецело предалась полному послушанию и отсечению своей воли. В 1824 г., приехав вместе с княгинею Варварою Николаевной Долгоруковой помолиться в Горицкий монастырь, а также и поклониться праху своей родственницы Евдокии Старицкой, княжна Параскева решила и сама посвятить свою жизнь на служение Богу в скромном иноческом звании, под непосредственным руководством матушки Маврикии, Выучившись здесь от приставленной к ней строгой и простой необразованной старицы Епифинии шить обувь, прясть волну и столярить, она по своему глубокому смирению всю жизнь продолжала заниматься этими ремеслами. Княжна Параскева, в монашестве Мария, старалась во всем подражать древним инокам и инокиням, она представляла собою образец иноческой простоты, смирения и нестяжательности. Значительныя денежныя вспомоществования, присылаемыя ей богатыми ея родственниками, она все целиком, часто не поинтересовавшись даже узнать о количестве присланных денег, отдавала в полное распоряжение игуменьи на общую потребу и нужды обители. Иждивением и усердием княжны инокини Марии, в схиме Параскевы, в 1831 году устроена была Покровская больничная церковь и при ней 16 больничных келлий 45.

Кроме упомянутых знатных особ, подвизавшихся в Горицкой обители под руководством мудрой и опытной подвижницы игуменьи Маврикии, могут быть еще упомянуты: подвижница инокиня Ангелина, в мире Александра Степановна Кожухова, дочь бригадира и сестра Курскаго в то время губернатора, родом из г. Костромы. Инокиня Агния, в схиме Александра. Она была дочь губернатора Голостенова, любимаго Императором Павлом Петровичем, и была подругой в миру м. Феофании Готовцевой. Много и других любительниц иноческаго труда, подвигов и безмолвия из всех сословий искали спасения в Горицкой обители, которая по введенным в ней новым строем иноческой жизни и строгими порядками стала широко известна. 
 
По мере возрастания духовной жизни в Горицах, возрастало и внешнее благосостояние обители. Так, над могилою утопленниц княгинь-инокинь, вместо деревянной часовни был сооружен великолепный зимний собор в честь Пресвятой Троицы 46; исправлен и покрыт железом древний Воскресенский храм; к нему пристроена обширная паперть с ризницею. На месте прежней теплой церкви устроен храм в честь чудотворной иконы Богородицы, именуемой Смоленскою. Как этот храм, так и Троицкий украсили прекрасною стенною живописью сами художницы-инокини Горицкия 47, Много и других зданий возникло постепенно одно за другим: прочная каменная ограда вокруг монастыря, длинные корпуса келлий для сестер, пространная трапезная палата, несколько мастерских, где сестры занимаются иконописью и разными рукоделиями, хлебня, поварня с чистою водою, проведенною из кладезя, странноприимница и другия хозяйственныя здания.

Но откуда взялись средства для всех этих учреждений? Господь, на котораго возложила все упование свое смиренная м. Маврикия и на котораго твердо уповала, не посрамил ея упования. Вдовы и девицы из богатых дворянских и купеческих семейств, поступая в Горицкий монастырь, жертвовали любимому общежитию всем своим достоянием, а также и личные труды сестер, производимые в строгом порядке, доставляли немалый доход обители. Нередко бывали нео-жиданныя приношения и от посторонних лиц*. Сверх того, от щедрот Императора Александра 1-го обитель получила земли по берегу Шексны, мельницу и право рыбной ловли. В то же время перешла во владение Горицкаго монастыря величественная гора Маура, покрытая хвойным девственным лесом, у подножия которой расположен и самый монастырь.

Гора эта раньше принадлежала Кирилловским мещанам, и монастырь испытывал большия неудобства и стеснения, так как все земли вокруг монастыря принадлежали не ему, а разным владельцам, и монастырю не было места даже для пастбища скота.

По особому ходатайству Игуменьи Маврикии Высочайше пожалована была Императором Александром Павловичем казенная земля, находящаяся по ту сторону г. Кириллова, под названием Будыри, которой до того времени безпрепятственно пользовались мещане, и даже возводили на ней свои постройки. Такое отчуждение земли для 
 
Кирилловцев было весьма неприятно, да и для Гориц по дальности разстояния не было удобным пользование ею. Тогда Кирилловския и монастырския власти по обоюдному соглашению поменялись землями и Горицам досталась Маура с примыкающими к ней прекрасными лугами и пахотью, под названием Бреньково, Бычек и Чища.

Таковы были всеми видимые труды и подвиги незабвенной первоначальницы Горицкаго общежития! Неоднократный же проявления благодатных дарований игуменьи Маврикии свидетельствовали и о ея подвигах внутренних келлейных, сокрытых от взглядов человеческих, но ведомых одному Сердцеведцу. Она трудилась для всех, всем служила, чем могла в продолжении всей своей многолетней жизни и не искала земной славы и земных наград. Но и слава и награды сами нашли старицу в пустынной ея обители. Имя матушки Маврикии пользовалось безпредельным уважением даже в дальных женских монастырях, куда еще при жизни ея призваны были к настоятельству многия ея ученицы. Заслуги старицы были достойно ценимы Епархиальным начальством и Св. Синодом. Так из послуж-наго списка ея видно, что она несколько раз удостоена признательности архипастырей и благословения Св. Синода и была награждена наперстным золотым крестом.

Цари и царицы Русские знали и уважали Горицкую игуменью. Блаженной памяти Александр Благословенный оказывал особое уважение матери Маврикии, благосклонно принял и хранил до кончины своей поднесенный ею, шитый сестрами обители, ковер.

Когда Маврикия представлялась ему в Вологде, то Император долго и милостивно с ней разговаривал и наконец спросил: "Что, матушка, желаете моей супруге передать?" Старица, поклонившись Государю, сказала: "Приношу Ея Императорскому Величеству земное мое поклонение и желаю Им здоровья". Он пожаловал в Горицкую обитель великолепно вышитую плащаницу, поднесенную ему гречанками Либериос 48. Император Николай I пожаловал игумении крест, осыпанный бриллиантами. Императрице Марии Феодо-ровне было угодно видеть Горицкую игумению: старица представлялась ей вместе с монахиней Феофанией (Готовцевой), лично известной Государыне. Императрица приняла их очень милостиво, долго разговаривала с ними, удивлялась терпению и смирению высоких особ, живущих в Горицкой обители и на прощание подарила игуменье св. Евангелие. Такого же благосклонного внимания удостоила ее Императрица Елизавета Алексеевна. Сорок пять лет управляла Маврикия Горицкою обителью. Постоянныя труды истощили силы ея, она стала чувствовать недуги старости и решилась наконец сложить с себя настоятельство. 

Преосвященный митрополит Никанор, желал удержать Маврикию в настоятельской должности до конца жизни ея, предлагал дать ей помощницу по ея выбору, но наконец должен был уступить неотступным и слезным молениям старицы. Согласившись на просьбу м. Маврикии, архипастырь просил ее указать на достойную ей преемницу и при том сказал: "Не затрудняйте себя сдачей монастыря по описи: все вами приобретено. Не только кто другой, но и я сам не могу ничего от вас требовать". Желанный указ об увольнении Маврикии и назначении игуменьей (согласно ея указанию) монахини Арсении Клементьевой последовал 23 декабря 1855 года. Бывшей настоятельнице "во внимание к многолетнему служению и неутомимо ревностным попечениям о благосостоянии обители" назначено от монастыря полное содержание, необходимая прислуга и пенсия по 150 руб. в год.

Последние годы жизни м. Маврикия посвятила исключительно богомыслию, посту и молитве. В 1858 году престарелая подвижница приняла великую схиму и наречена прежним именем - Мариею. Скончалась она 18 июля на 8 4 году от рождения , прослужив Господу 60 лет в монашеских подвигах. Смертные останки приснопамятной схи-игуменьи Марии преданы земле в Троицком, ею воздвигнутом храме, на южной стороне.
 
На могиле ея, прикрытой черной мраморной плитой, доселе приносятся горячия молитвы не только сестер Горицких, но и многочисленных лиц разнаго звания. Многие несут сюда, на могилку праведницы, свои горести и обиды людския, находя здесь успокоение своему изстрадавшемуся сердцу. При жизни игуменья Маврикия старалась избегать всякой похвалы человеческой, но теперь "память ея с похвалами", как память праведницы.

В деле возобновления Горицкой обители и введения в ней тех строгих иноческих правил, на которых духовно воспитался (да и теперь еще воспитываются) целый ряд замечательных по своим изумительным подвигам, отрекшихся от мирской суеты инокинь, обитель немало обязана также отеческому попечению о ней известнаго подвижника Новоезерской обители, архимандрита Феофана; он вместе с игуменьею Маврикией принимал самое живое и деятельное участие в судьбе Горицкой обители.
 
Отец Феофан был из дворян, постриженник Молдавскаго Тисманскаго монастыря. Сюда он прибыл из Введенской пустыни, где пользовался наставлениями богомудраго подвижника отца Клеопы. Иноки Тисманскаго монастыря, теснимые турками, должны были вернуться в Россию, где предоставлена была им Софрониева Мол-чанская пустынь. Чрез несколько времени отец Феофан вызван был вместе с несколькими другими иноками Софрониевой пустыни, более других опытными в духовной жизни, для занятия разных должностей в Александровской лавре. Высокоподвижническая жизнь и духовная мудрость отца Феофана заставила обратить на себя внимание преосвященнаго митрополита Гавриила , который и взял его к себе в келейники. В этой должности о. Феофан пробыл около 10 лет и находился в постоянных и близких отношениях к знаменитому святителю: жизнь мудраго и благочестиваго пастыря служила для о. Феофана постоянным назидательным примером; с другой стороны, нравственныя качества о. Феофана снискали ему полное доверие святителя, который обращался к нему за советом во многих важных делах.

В 1793 году назначен он был настоятелем Новоезерской обители преп. Кирилла, которою и управлял до самой своей смерти, в течение 36 лет, и своею неутомимой деятельностью привел обитель в самое цветущее состояние. Он же был виновником возобновления и Нило-Сорской пустыни, или Нилова скита, который в то время был закрыт и обращен в приходскую церковь.

О, Феофан принадлежал к числу тех благочестивых подвижников, которые в начале прошлаго столетия поддержали и обновили у нас клонившееся к упадку монашество, и что всего важнее, успели поселить между иноками самый дух древняго иночества. Таковы были: наставники о. Феофана; Феодор Санаксарский, старец Клеопа "духовный делатель и хранитель умнаго трезвения", Назарий, знаменитый настоятель Валаамский, Игнатий, архимандрит Тихвинский и многие другие. Большая часть этих дивных старцев были лично знакомы о. Феофану, со многими состоял он в духовном общении.
 
Будучи благочинным Горицкой обители и духовным отцем как самой игуменьи Маврикии, так и многих сестер, о. Феофан содействовал благоустройству обители своими руководительными советами и наставлениями настоятельнице, которая ничего не начинала без его благословения и одобрения.

Часто посещая Горицкий монастырь, старец при каждом случае старался сообщить сестрам правильныя понятия о их обязанностях, внушить любовь к иноческой жизни, поселить в них дух истиннаго монашества; и в этом-то отношении его посещения были особенно важны и благотворны для обители. В каждое посещение о. Феофан обыкновенно служил в монастыре литургию, и потом в церкви или же трапезе собирались вокруг его все сестры, и он подолгу вел с ними свою назидательную беседу. "Представьте себе большую комнату, - пишет один архимандрит в своих записках об о. Феофане, - меблированную скромно, по-монастырски, и в ней около трехсот сестер, различающихся ростом и возрастом, происхождением и образованием, но отнюдь не усердием и детскою любовью к батюшке. Около него уселись оне как кто мог, кто на стуле, кто просто на полу. Так уселись все около батюшки: тут же с детьми и матушка-игуменья".
 
"Все смолкло; молчит и старец-патриарх среди своего небеснаго благословеннаго семейства. Взоры всех устремлены на него, - а он свои взоры, по обычаю приковал к земле. Прошла минута молчания, батюшка раскрыл уста, и сладкая медоточная беседа полилась из них потоком чистым, пламенным, изредка прерываемым то вздохом, то слезами слушающих".

Устныя наставления о, Феофана к сестрам Горицкой обители по счастию сохранились и до нашего времени, а также и письма его к игумение Маврикии, к монахиням и светским лицам (всех писем 65). По ним можно составить понятие о той замечательной простоте, с какою обыкновенно говорил он; из них же можно видеть и то, в чем поставлял он сущность иночества и какия обязанности всего более желал внушить как сестрам Горицкаго монастыря, так равно и братии Новоезерской 51*. 
 
Воскресенский Горицкий монастырь в настоящее время.
Обозрение церквей и других зданий

а) Посреди монастыря на крутом возвышении стоит величественный каменный холодный двухэтажный собор во имя Воскресения Господа нашего Иисуса Христа. Устроен этот храм в 1549 году 52 иждивением удельнаго Белозерскаго князя Андрея Старицкаго и супруги его Евфросинии, во инокинях Евдокии. Он пятиглавый 53, покрыт на четыре ската железом, о шести приделах, из коих пять приделов находятся в верхнем этаже и один в нижнем. С северной стороны к храму примыкает каменное глухое крыльцо, с котораго и начинается вход во храм деревянною лестницею с двумя площадками. С южной стороны к храму пристроена большая каменная палата для ризницы. Как паперть с каменным крыльцом, так и ризничная палата пристроены при игуменьи Маврикии (1810-1855 гг.). Своды паперти утверждены на большой каменной колонне; отсюда две больших арки открывают вход во храм Воскресения Христова и Смоленской Божией Матери, а с северной стороны вход в приделы Св. Великом. Екатерины и Димитрия Царевича. В храме устроены 
небольшия хоры. Главный алтарь храма трехчастный, выдается в восточную сторону тремя полукружиями. Иконостас главнаго алтаря четырехъярусный, столярной работы с 12 колонками и резьбою вызолоченною в приличных местах. Царския врата также столярной работы с четырьмя небольшими колонками.

Иконы сего иконостаса замечательны по своему древнему происхождению и богатому убранству. Особенно обращают на себя внимание иконы нижняго яруса, имеющия по 1 1/2 арш. длины и 1 1/4 ар. ширины. Так замечательна икона по правую сторону царских врат Воскресения Христова, с изображением на ней же сошествия Господа во ад и Вознесения Его на небо. Риза на ней шита по фольге жемчугом, а сияния золотом. Далее икона Господа Вседержителя с сребропозлащенным венцом, с 20-ю разноцветными камешками средней величины; риза шита по разным материям мелким жемчугом с разноцветными мелкими ка-мешками, фон шит золотом. По левую сторону царских врат икона Божией Матери Одигитрии и рядом Тольгской Божией Матери. Ризы на этих иконах также шиты золотом и шолком и унизаны мелким жемчугом. Далее замечательна икона по своему древнему происхождению и особо религиозно благоговейному поклонению насельницы обители Св. Велик, Екатерины, с изображением ея страданий, эта икона, по преданию, дар царя Иоанна Грознаго. Вообще все эти вышеуказанныя древния иконы составляют ценность в археологическом отношении и служат предметом особаго поклонения не только насельниц обители, но и всех посетителей храма.
 
Во втором ярусе иконостаса на восьми иконах изображены все дванадесятые праздники; и в третьем над царскими вратами икона Господа Вседержителя, по правую сторону которой икона Божией Матери и Архангела Михаила; по левую Иоанна Предтечи и Архангела Гавриила, а по сторонам их иконы Св. Апостолов.

В четвертом ярусе над царскими вратами икона Божией Матери с Предвечным Младенцем на престоле, а по сторонам иконы св. пророков. Выше, посредине иконостаса, Коронование Божией Матери, а над нею в резном золоченом сиянии резной же больших размеров Господь Саваоф. Стены и колонны храма украшены множеством различных икон, из коих по своей древности и особому почитанию могут быть указаны следующия: 1. Икона Божией Матери Одигитрии, находящаяся за правым клиросом, на колонне. 2. Воскресения Христова с двунадесятными праздниками, в серебряной ризе. 3. Икона Неопалимыя Купины, также в серебряной ризе, - все эти иконы дар полковницы Балан. 4. Икона Тихвинской Божией Матери с изображением монастыря, с неугасимою пред ней лампадою, 5. На северной стене замечательна икона Св. Николая Чудотворца, в серебряной ризе, также сооруженной сестрами монастыря. 6. На южной стене икона Воскресения Христова, вокруг которой размещены финифтяныя изображения дванадесятых праздников, Икона эта считается очень древнею, большаго размера, в бронзовой раме за стеклом. 7, На той-же стене икона св. Крестителя Господня Иоанна во весь рост, 2 арш. вышины, риза и оклад на ней серебряные, фон вышит золотом, серебром и шолком. Икона эта считается чудотворною. Также замечательно по своей древности тканое изображение несения креста Симоном Киринейским, находящееся по левую сторону горняго места Воскресенскаго олтаря.
 
Прочия иконы позднейшаго времяни и большею частою писаны сестрами монастыря.

Придел прел. Кирилла Белозерскаго

В южной части главнаго олтаря Воскресения Христова помещается придел в честь преп. Кирилла Белозерскаго. Олтарь имеет вид полукружия со сводами. Иконостас полукруглый, двухъярусный, с двумя колонками столярной работы, с вызолоченною резьбою. Цар-ския врата глухия с позолотою; на них имеются интересныя резныя изображения Божией Матери и Архангела Гавриила.
 
Придел по имя Св. Великомученицы Екатерины и Димитрия Царевича

На северо-восточной стороне Воскресенскаго храма находятся два придела во имя Св. Великомученицы Екатерины и Димитрия. Царевича , Оба эти придела устроены повелением и на иждивение Благоверной царицы Марии Феодоровны, во инокинях Марфы, матери Царевича Димитрия. Об этом свидетельствует и надпись на стене придела, на особой дщице , где читаем: "Церковь Великомученицы Екатерины и Царевича Димитрия Московскаго и колокольня каменная строены по приказанию Благоверной царицы и инокини Марфы Феодоровны; матери Царевича Димитрия Углицкаго, Чудотворца Кириллова монастыря Матфием в лето 7119. Освящен олтарь Господа нашего Иисуса Христа Варлаамом Митрополитом Ростовским и Белозерским; в храме Св. муч. Царевича Димитрия при державе Государя Царя и Великаго Князя Михаила Феодоровича всея России и при святейшем Филарете, Патриархе Московском и всея России. Освятил тоя церковь Кириллова монастыря игумен Савватий со священниками и диаконами Кирилловскими и Горицкими лета 7128 мая 1 день".

Оба придела устроены по одной линии и в олтарях разделяются деревянною перегородкою. Иконостас утвержден на брусьях; самой простой топорной работы, местами позолоченный. Полы кирпичные неровные, а также и жертвенники в обоих олтарях кирпичные. Местный образ Царевича Димитрия, по преданию, прислан самой матерью Царевича, царицей инокиней Марфой; также замечателен по своей древности местный образ св. Вел. Екатерины с изображением ея страданий.

В приделе Царевича Димитрия, в олтаре, на горнем месте имеется старинный чудотворный образ Тихвинской Божией Матери. Этот образ в недавнее время сам собою начал постепенно поновляться и особенно заметно изменился во время сильной грозы, так что в настоящее время он является как бы сейчас написанным.
  
Придел в честь Божией Матери Смоленской

С северной стороны Воскресенскаго храма примыкает к последнему придел в честь Божией Матери Смоленской. Этот придел устроен на месте прежде бывшей теплой церкви, при игумений Маврикии с помощию живущей здесь инокини Аркадии Клементьевой, дочери надворнаго Советника.

Иконостас здесь столярной работы, одноярусный, с шестью колонками, на коих утверждена круглая сень, заканчивающаяся Вверху куполообразно деревянными вызолоченными дугами, а на самом верху последних изображен Дух Святый в виде голубя, в резном золоченом сиянии. На сени вызолоченными буквами имеется надпись "Достойно есть величати тя Богородице..." Местныя иконы Спасителя и Божией Матери украшены серебряными ризами - дар монахини Агнии Клементьевой. Все стены и своды придела украшены прекрасною настенною живописью, трудами самих сестер обители. В этом приделе имеются две особо чтимыя чудотворныя иконы: Смоленской Божией Матери и Святителя Николая Чудотворца. Первая из них помещается над царскими вратами, на особом шнуре. для опускания, окруженная облаком и сиянием серебряными. Эта икона прежде находилась в деревянной часовне, на месте нынешняго Троицкаго храма. От неизвестной причины часовня эта сгорела, а икона Смоленской Божией Матери среди пламени осталась невредимою, только лишь на оборотной стороне остались следы от огня, в виде нескольких прожженных углублений и закоптелости. Это чудесное спасение иконы от огня случилось в пятницу пред Ильиным днем (20 июля), и потому с тех пор ежегодно в "Ильинскую пятницу" отправляется торжественное церковное богослужение и крестный ход вокруг монастыря. Размер иконы около двух четв. аршина. 
 
Второй образ Святителя Николая такого же размера, что и Смоленской Божией Матери; он находится на особом аналое, по правую сторону царских врат. Об этом образе сохранились следующие предания. Прежде он принадлежал некоему Белозерскому помещику, человеку очень религиозному и набожному, питавшему большую веру к св. Николаю. Отправляя раз на войну со шведами своего единственнаго сына, человек этот благословил его иконою Св. Николая, заповедав ему усердно молиться сему угоднику Божию, И действительно, угодник Божий Святитель Николай защитил его от вражеских пуль и избавил от смерти: он, несмотря на опасность своего положения в боях, когда ежеминутно грозила ему смерть, видимо, охраняем был невидимою силою и возвратился домой невредимым. Вскоре после сего близкая родственница сего помещика с малолетнею дочерью поступила в Горицкий монастырь, которая и принесла с собою сию св. икону Святителя Николая. Она все время жила в столовой, где помещался и образ Святителя. Однажды случился пожар в поварне, угрожавший большой опасностью всему монастырю. Тогда сестры монастыря взяли икону св. Николая, принесли на место пожара и только лишь начали с усердием и слезами призывать Святителя на помощь, как пожар тотчас прекратился. После сего чудеснаго события образ перенесли в летний храм и поставили рядом с иконою Смоленской Божией Матери. На нем имеется серебряная риза, сооруженная Игумениею Маврикиею. Обе эти иконы к зиме переносятся в теплый Троицкий храм. В большой каменной арке, отделяющей Смоленский придел от Воскресенскаго собора, только еще в недавнее время как-то случайно открыли темное помещение, где, предполагают, в прежнее время, по всей вероятности, была заключена одна из царских узниц. Вход туда начинается с вышки со сводов, но можно предполагать, что прежде вход сделан был прямо из церкви, но потом закладен, заштукатурен и покрыт настенною живописью.
 

Придел во имя преп. Кирилла Новоезерскаго

В нижнем этаже Вознесенскаго храма устроена церковь во имя преподобнаго Кирилла Новоезерскаго и при ней небольшая паперть с северной стороны. Церковь и паперть с каменными сводами, укрепленными посредине на небольшом каменном четырехгранном столбе. Олтарь расположен у восточной прямолинейной стены, окруженный со всех сторон круглым одноярусным иконостасом, с двухсторонними окнами и двенадцатью колонками, поддерживающими карниз. В средине царских врат, в большом круглом клейме, изображено крещение Господне. Св. изображения на иконах иконостаса написаны с обеих сторон. Этот иконостас сооружен иждивением инокинь сей обители Феофании Готовцевой и Александры Бердяевой, Св. иконы писаны сестрами монастыря. Здесь за левым клиросом помещается особочтимая икона Божией Матери, т. н. "Неувядаемый цвет", пред которою горит неугасимая лампада и читают непрестанно Псалтирь. Сохранилось предание, что в 1812 году, пред нашествием Наполеона, появились слезки из очес сей Царицы Небесной, которыя одна благочестивая старица собрала на ватку и от которых потом получались исцеления. После сего усердием сестер сооружена была фольговая риза на нее, сделана приличная рамка со стеклом и возжена неугасимая лампада.

К сей церкви с южной стороны примыкает трапеза, почему и церковь называется трапезною 56. В столовой также имеется несколько особочтимых икон, из коих считается чудотворною икона Святителя Николая, во весь рост, с чудесами; она имеет 1 1/2 арш. вышины, в серебряной ризе; пред нею горит неугасимая лампада и ежедневно, по окончании вечерняго правила, читается акафист Святителю. Другая икона недавно чудесным образом поновившаяся, Господа Вседержителя, с изображениями на ней Царевича Димитрия и Вел. Екатерины, а ниже на одной стороне Кирилл Новоезерский и Кирилл Белозерский, а на другой преп. ферапонт и Мартиниан Белозерские. Вышина образа 1 1/2 арш., ширина 1 аршин.
 
б) Троицкий собор

Вблизи Воскресенскаго летняго собора, с восточной стороны, имеется второй величественный теплый храм в честь св. Троицы. Храм этот каменный трехпрестольный, устроен усердием и иждивением игумений Маврикии Ходневой и сестер обители в 1821 году, на месте погребения царских узниц, княгини-инокини Евдокии и Александры, где прежде была деревянная часовня.

Храм устроен в виде продолговатого квадрата с выдающимися полукружиями в восточную и западную стороны, немного пониженными. С южной и северной стороны храма устроены фронтоны, поддерживаемыя четырьмя полуколоннами. Над полукружиями деревянные карнизы поддерживаются шестнадцатью каменными круглыми колоннами. Храм покрыт на четыре ската железом по деревянным стропилам. Над ним возвышается большой котлообразный купол, над которым возвышается шейка, с фальшивыми окнами, окруженная десятью колонками, а на них малый котлообразный купол с небольшой главкою и железным крестом 57. 
 
Вход во храм с западной стороны и начинается с каменнаго обширнаго крыльца, ведущий в полукруглую небольшую паперть; последняя отделяется от храма капитальною стеною с створчатыми дверями. Внутренний вид храма в виде квадрата с полукружием на восточную сторону; деревянный оштукатуренный потолок храма поддерживается двенадцатью деревянными, обшитыми железом, круглыми колоннами, коими поддерживаются также и большие хоры, устроенные вдоль северной, южной и западной стен, с двумя на них приделами, во имя Божией Матери Владимирской - на южной стороне и Всех Святых - на северной 58.

Олтарь полукружием, отделяется от храма капитальною стеною с большим пролетом, в котором помещается иконостас. Иконостас устроен также полукружием, вдавшимся в олтарь, одноярусный с резьбою, позолоченною на полимент. Верхний карниз поддерживают восемь круглых колонн, окрашенных синеватою краскою, тело иконостаса окрашено в сиреневый цвет. Царския врата столярной работы, створчатыя, украшены позолоченною резьбою; в средине в большом круглом клейме изображено Благовещение Божией Матери, в серебряной ризе, украшенной разноцветными камешками. Над царскими вратами в облаках и сиянии изображен резьбою Дух Святый в виде голубя. Выше, в полукружии, в большом размере имеется изображение Тайной вечери, а над нею, в круглом клейме, окруженном сиянием, икона Воскресения Господня.

Местныя иконы Господа Вседержителя, окруженнаго ангелами, и Божией Матери "Скорбящей" в серебряных ризах за стеклом, имеют 2 1/2 арш. высоты. Риза на иконе Спасителя с сребропозла-щенным венцом и державою, украшенными разноцветными камешками, имеет весу 30 ф. 82 зол., а на иконе Божией Матери - 31 ф. 18 зол.; обе эти ризы пожертвованы в 18 66 год С.-Петербургскою купчихою Анною Елисеевой.
 
Далее на южной стороне икона Св. Троицы, а на северной - Св. Вел. Екатерины, Варвары и Димитрия Царевича. На обеих этих иконах имеются также серебряныя ризы, из коих одна весит 1 п. 1 фун. 18 зол., а другая - 1 п. 2 ф. 32 зол. Обе эти ризы - дар московской купчихи Наталии Соколовой.

Кроме сего, могут быть упомянуты еще следующия иконы, находящияся в разных местах Троицкаго храма. Так, замечательна икона, находящаяся на восточной арке, по одной линии с иконостасом, снятие со креста Господа нашего Иисуса Христа, имеющая 2 1/2 ар. высоты. На южной стене икона Иверской Божией Матери - дар Кириллова монастыря архимандрита Иннокентия , перемещенного потом в Валдайский Иверский монастырь. Икона эта имеет 1 1/2 ар. высоты, помещена в простой деревянной раме, по усердию сестер горит пред нею неугасимая лампада. На колонне, по правую сторону, икона Тихвинской Божией Матери, в сребропозлащенной ризе и особом резном киоте. Вообще все стены и колонны храма украшены множеством различных икон, из коих, кроме вышеупомянутых, многия отличаются как по богатству убранства и украшений, так и по особому почитанию их.
 

Придел во имя Владимирской Божией Матери

На южной стороне храма, на хорах, устроен придел во имя Владимирской Божией Матери; этот придел сооружен в 18 2 1 году иждивением монахинь Арсении и Асенефы Клементьевых. Иконостас здесь одноярусный с тремя фронтонами, поддерживаемыми шестью колонками, украшен приличною резьбою, вызолоченною на полимент. Св. иконы писаны самими сестрами монастыря. В средине царских врат в круглом клейме изображено поклонение волхвов, царския врата из резных узких брусков, разветвленных в виде древа.
 
Придел во имя всех святых

Этот придел находится на северной стороне храма, на хорах. Он устроен в том же году иждивением монахини Феофании Готовцей. Иконостас такой же, что и в приделе Владимирской Божией Матери; царския врата состоят из сияния, устроеннаго вокруг клейма, нахо-дящагося в средине врат, с изображением Сретения Господня. Иконы также своего письма. Здесь же, в Троицком храме, возле северной стены, за левым клиросом, находится деревянная гробница, на месте погребения царских узниц, утопленных в реке Шексне; на ней на особой дщице имеется надпись: "Здесь покоются Великия Княгини: 1. Евфросиния, во иночестве Евдокия. 2. Иулиания, во иночестве Александра. 1569 Октября 15. Сии инокини, по воле Царя Иоанна Васильевича Грознаго, утоплены были в реке Шексне, которая протекает близ Горицкаго монастыря. Именитыя утопленницы плыли против воды и были взяты и погребены с подобающею честию, как царския особы". Здесь же, вероятно, погребены и удельная княгиня инокиня Мария, и Игумения Анна, утопленныя вместе с означенными инокинями. Возле южной стены храма, против праваго клироса, погребено тело схи-игумении Марии (Ходневой), ктиторши сего храма и первой виновницы возобновления обители. Над могилой лежит мраморная плита с надписью и с западной стороны большой деревянный живописный крест с голгофою. Здесь, как и над утопленницами, часто совершаются панихиды, и нередко по вере получаются исцеления, 
 
в) Покровская церковь

Церковь во имя Покрова Божией Матери каменная, теплая, двухэтажная; она находится в ограде с восточной стороны монастыря, среди каменнаго корпуса.

Построена и освящена в 18 3 2 году иждивением княжны Хованской, в схиме Параскевы. С западной стороны храм выдается небольшим полукружием, покрыт на два ската железом, с небольшим посредине куполом и главою с железным крестом.

Вход во храм с северной стороны, который ведет сначала в паперть, устроенную полукружием и отделенную от храма капитальною стеною 60. В потолке храма, посредине, большой квадратный просвет в верхний этаж, обнесенный перилами.

Иконостас здесь двухъярусный четырехугольный с прямыми линиями. По правую сторону царских врат помещается образ Неру-котвореннаго Спаса, в серебряной ризе за стеклом; образ этот почитается чудотворным и его выносят в крестный ход по особо важным или каким-либо несчастным случаям. При нем в небольшом серебряном ковчежце хранится часть ризы Господней. Образ сей принадлежал схимонахине Параскеве Хованской. По левую сторону царских врат икона Покрова Божией Матери, также в серебряной ризе. Кроме упомянутых икон, имеется здесь еще местночтимая икона Всемилостиваго Спаса и св. велик. Пантелеймона, присланная с Афона.
 
Придел во имя Иоанна Предтечи и Архангела Михаила

В верхнем этаже Покровского храма имеются два придела во имя св.: Иоанна Предтечи и Архангела Михаила. Оба эти придела устроены в 185 1 году иждивением монахини Калерии Стриневской. Они находятся в одной линии и ничем между собою не разделяются. Вход сюда прежде был с наружной стороны, но в 1866 году заменен новым, который начинается из паперти Покровской церкви.

Иконостас одноярусный прямолинейный, с позолоченою в приличных местах резьбою. Иконы писаны самими сестрами монастыря. При церкви устроены помещения, приспрсобленныя для престарелых и немощных сестер с больницею, почему и церковь называется больничною.

 

Колокольня

Колокольня каменная; она устроена в 1611 году иждивением Благоверной царицы инокини Марфы и находится в одной связи с летним Воскресенским храмом, над которым и возвышается в виде квадратной башни, с четырьмя просветами для колоколов. Купол осьмигранный, в котором утвержден невысокий шпиль с железным крестом. Вход на колокольню начинается из крыльца храма; на колокольне имеется 9 различной величины колоколов; самый большой из них имеет весу 1 99 п. 2 ф.; второй колокол весит 70 п. 30 ф„ третий 32 п. 9 фун., прочие колокола малые, начиная с 5 пуд. и кончая 36-фунтовыми.
 
Святыни монастыря

Кроме указанных в своем месте местночтимых чудотворных св. икон, главную святыню монастыря составляют частицы св. мощей разных угодников Божиих. Так, в Троицком храме, в особом стеклянном футляре, устроенном на гробнице княгинь-утопленниц, в небольших серебряных крестиках и особых медальенчиках хранятся частицы св. мощей, именно:

1. Небольшой серебряный ларчик, с изображением на верхней крышке возстания Спасителя из гроба, в коем помещается часть от камня Гроба Господня.

2. Небольшой серебряный крест, с изображением на нем распятаго Господа, с частицами св. мощей, мученика Прокопия и мученицы Евфимии.

3. Такой же серебряный крест, имеющий 2 1/2 вершков длины с частицами древа Креста Господня, Григория Богослова, преподоб-ныя матери Марии, праведнаго Лазаря, великомученицы Варвары, мученика Христофора, преп. Антония Великаго, преп. Пимена, врача Печерскаго Алексия, человека Божия и др.

4. Небольшой серебряный крест с отлитым распятием с частицами: ризы Господней, мощей святых: Иоанна Многострадальнаго, великом, Пантелеймона, святителя Никиты Переяславскаго, князя Феодора, преп. Ефрема Сирина, Феодосия Тотемскаго, Германа Казанскаго.

5. Сребропозлащенный крест с распятием на лицевой стороне, в коем помещаются части св. мощей: св. Дионисия Ареопагита, Антония и Феодосия Печерских, Иоанна Воина, Мученика Исидора, Прокопия Устюжскаго, Никиты Переяславскаго и мученика Сергия.

6. Небольшой серебряный медальенчик с изображением на лицевой стороне преп, Феодосия Тотемскаго, в нем в четырех помещениях имеются четыре части св. мощей неизвестных святых.

7. Сребропозлащенный небольшой крестик с частицами св. мощей святителей Ионы и Филиппа Московских, Иоанна Милостиваго, Иоанна Новаго и Митрополита Киевскаго Михаила. 

8. Здесь же в особой сребропозлащенной дщице помещено 20 частиц св. мощей разных святых, поименованных на самой дщице 61. 
 

Достопримечательныя и ризничныя вещи монастыря

Между предметами, представляющими собою историческое значение, обращает на себя внимание плащаница , находящаяся в Воскресенском соборе, в особом стеклянном футляре. Эта плащаница пожертвована монастырю Императором Александром I в 1823 г. при игумений Маврикии. Это художественное произведение в золотошвейном искусстве совершено гречанками, из фамилии Либериос. Плащаница эта заготовлена была для патриаршей церкви в Константинополе, как свидетельствует и греческая надпись кругом. В Горицкий монастырь препровождена она была при следующем письме князя Голицына, на имя игумений Маврикии: "Преподобная Мати Игумения Маврикия, Милостивая Государыня моя! По воле покой-наго Константинопольскаго Патриарха Григория заготовлена была для Патриаршей церкви в Константинополе плащаница трудами известных в Греции, превосходных искусством в златошвении, гречанок Либериос. При смутном положении отечества их, лишась всего имущества, оне спаслись в Россию, сохранив при себе одну плащаницу, которую по усердию принесли Государю Императору Александру Павловичу. Его Величество на доклад мой о сем, изъявил Всемилостивейшую волю пожаловать сию Плащаницу для церкви Горицкой обители. Я поспешаю препроводить к Вашему Преподобию дар, который без сомнения тем драгоценнее для Горицкаго монастыря, что будет памятником Высочайшаго к сие обители благовеления.
 
С истинным почтением честь имею быть, Милостивая Государыня моя, Вашего преподобия покорнейший слуга князь Александр Голицын. 6 мая 1823 года".

В богатой ризнице обители имеются дары царских и других высоких особ, из коих могут быть отмечены следующия:

1) Евангелие в обыкновенный лист, обложенное малиновым бархатом, в серебряном позолоченном окладе, с такими же застежками чеканной работы, и с изображением на верхней доске на финифте Воскресения Господня и четырех Евангелистов по углам. Печатано в Москве в 1809 году декабря 13 чис. Это Евангелие пожертвовано Императрицею Мариею Феодоровною в 1823 году, как гласит и надпись, сделанная на первом листе; "18 2 3 года Марта в 14 день сие Евангелие пожаловано Императрицей Марией Феодо-ровной из собственных Ея Августейших рук лично в Ея кабинете, что в Зимнем Дворце Воскресенскаго Горицкаго Девичья монастыря госпоже Игумение Маврикие Ходневой для обители в знак Ея благоволения ".

2) Евангелие - дар княжны схимонахини Параскевы Хованской, - в большой лист, обтянуто малиновым бархатом, с серебряными на верхней доске клеймами и чеканными на них изображениями: посредине Воскресения Христова, а по углам Евангелистов. Печатано в Москве 1815 года.
 
3) Напрестольный крест серебряный позолоченный, имеющий весу 1 фун. 24 зол., на оборотной стороне имеется шесть круглых помещений, с обозначением частиц св. мощей. Крест сей пожертвован Княгиней Досифеей Черкасской63; на рукоятии имеется надпись жертвовательницы.

4) Потир, дискос, звездица, лжица серебряные и копие с серебряным рукоятием, пожертвованные Государыней Императрицей Елизаветой Алексеевной.

5) Потир серебряный, на нижней части коего имеется надпись вязью: "Лета 7168 марта 12. Сии сосуды дала вкладу в девичь монастырь, в церковь святаго праведнаго Лазаря Княгиня Анна Лобанова по муже своем князе Никите Ивановиче Лобанове". Как видно из сей надписи, потир предназначался в иное место; кем и когда пожертвован он в Горицкий монастырь, неизвестно.

6) Серебряные сосуды, пожертвованные Императрицею Александрою Феодоровною. 7) Большое кадило серебряное, местами позолоченное с такими же цепочками 1660 года, - дар княгини Татьяны Михайловны64, Весу имеет 2 ф. 3 1 зол.

Из священнических облачений имеются три парчевыя ризы - дар Государыни Императрицы Александры Феодоровны65, а также подризник, серебряной парчи, с розовым бархатным оплечьем. Кроме сего, имеется одежда на св. престол, золотой парчи с гирляндами цветов; такая же одежда на жертвенник и несколько покровов, тоже дар Императрицы Александры Феодоровны.

Вообще ризница очень богата священническими и диаконскими облачениями, богато и искусно вышитыми трудами и иждивением самих сестер обители.
 
Описание стен и зданий монастырских

Монастырь обнесен каменною оградою с таковыми же башнями по углам и каменными в ней корпусами . На западной стороне, от реки Шексны имеются Святыя ворота, от которых до северо-запад-наго угла идет по ограде каменный одноэтажный корпус - гостиница, покрытая железом. На углу корпуса устроена большая круглая башня, от которой по северной стене идут три больших каменных корпуса. Первый, так называемый "Клементьевский", устроен сестрами монахинями Клементьевыми, двухэтажный, причем первый этаж каменный, а второй деревянный, надстроен позже, при игумений Филарете. Второй корпус двухэтажный, устроенный схиигумениеи Марией 67; третий также двухэтажный громадный корпус с келлиями для сестер, т. н. "Казенный" 68, Между этими тремя корпусами имеются небольшия пространства, замененныя высокою каменною оградою. От северо-восточнаго угла, с круглою башнею, стена идет по направлению к югу с воротами, от которых начинается одноэтажный каменный корпус монахини Александры Протасовой , и далее большой двухэтажный каменный корпус, посредине котораго устроена больничная Покровская церковь. Как корпус, так и церковь построены на средства княжны схимонахини Параскевы Хованской. Корпус приспособлен для помещения престарелых и больных сестер, где пользуются оне тщательным уходом за ними и медицинскою помощию.

От Покровской церкви далее идет опять каменная ограда с воротами и поворот по направлению к западу. На этой южной стене ограды устроены погреба с ледниками, далее двухэтажный корпус для помещения скотниц и прачек и затем помещения для хлебной, также с жилыми помещениями. От юга-западнаго угла идет высокая каменная ограда с проездными воротами и оканчивается к святым воротам второй Деревянной одноэтажной гостиницей, которая с наружной стороны обложена кирпичом и отштукатурена.
 
Здания, находящаяся внутри монастыря

I. Против летняго Воскресенскаго собора на северной стороне величественный настоятельский двухэтажный деревянный корпус, устроенный игуменией Нилой (1884-1895). 2. По одной линии с настоятельским корпусом второй двухэтажный деревянный большой корпус, в коем в верхнем этаже помещается живописная мастерская, а в нижнем - келлии для сестер. 4. Рядом с ним такой же деревянный двухэтажный корпус, в верхнем этаже котораго помещается портная мастерская и рукодельная, оба эти корпуса выстроены игуменией Арсенией Корчагиной 70. 5. Далее деревянный двухэтажный корпус, в котором сапожная мастерская, устроенный при Игумений Андриане (1904-1910). 6. Корпус двухэтажный деревянный квасной с жилым помещением в верхнем этаже. 7. Двухэтажный деревянный корпус, в верхнем этаже котораго помещается вторая портная мастерская и рухлядная, внизу помещение для сестер. 8. Корпус деревянный двухэтажный направо от св. ворот, устроенный схимонахиней Александрой Шиповой. 9, 10 и 1 1 - эти три небольшие деревянные одноэтажные корпуса с жилыми помещениями; в одном из них помещается просфорная 71. 12, С южной стороны к Воскресенскому собору примыкает каменное одноэтажное здание, в котором помещается трапеза и кухня. 13. Недалеко от трапезы устроена каменная часовня с водопроводом. Отсюда проведена вода в поварню, квасную, прачешную, баню, на скотныя и конные дворы, а также пользуются отсюда водой и все сестры обители. 
 
Здания вне монастыря

На юго-западной стороне монастыря устроены конные дворы с двухэтажным при них деревянным корпусом, тут же устроены каретники, кладовыя, изба для рабочих, столярная и проч. С южной стороны монастыря находятся скотные дворы с площадью, обнесенною со всех сторон высокою деревянною стеною. Здесь же устроена пожарная изба, кузница, красильня, прачешная, баня 72. С западной стороны на высоком берегу реки Шексны находится каменная церковь в честь Введения Пресвятыя Богородицы во храм и при ней кладбище, где хоронят мирян. Против северо-за-паднаго угла, у перевоза чрез реку, устроена каменная часовня в честь Иоанна Предтечи 74. Повыше монастыря имеется монастырская пароходная пристань с часовнею 75, украшенною св. иконами своего письма. Здесь при каждом приходе пассажирскаго парохода служатся молебны. Пристань и часовня устроены в 1905 году при игумений Андриане.

Недалеко от монастыря, в поле, находится деревянная часовня в честь Тихвинской Божией Матери, над колодцем ключевой воды. Прежде монастырь имел большую нужду в ключевой воде, так как воду приходилось брать в реке Шексне и носить на себе в высокую гору. Начинали было копать колодцы во многих местах, но воды не находили. Одна благочестивая старица, проходя полем, случайно, но конечно, не без промысла Божия, отвалила один камень и из под него вода обильным потоком пошла по направлению к монастырю. Тогда же сделали водопроводныя трубы, и с тех пор монастырь в изобилии пользуется сим неисчерпаемым источником 77, проведя воду по всем монастырским службам. Это чудесное открытие сего источника случилось при игумений Маврикии, 26 Июня в день празднования иконы Тихвинской Божией Матери, а посему в этот день ежегодно бывает торжественное богослужение и крестный ход на источник, где служится водосвятный молебен. 
 
Монастырю также принадлежат два подворья: одно в городе Кириллове, другое в г. Белозерске. 

 

 
Кладбище

Монастырское кладбище находится на восточной стороне от монастыря, на высокой крутой горе, куда со стороны монастыря ведет широкая лестница, выложенная диким камнем. Здесь устроена обширная деревянная осьмигранная часовня . Кладбище существует здесь с 1888 г., а также и часовня при нем. Прежде хоронили внутри монастырской ограды , где схоронены и все настоятельницы монастыря, и множество других особ знатнаго роду. Игумений, впрочем,и теперь хоронятся в монастыре же, около Троицкаго храма.

Здесь же погребены и замечательныя по своей высокоподвижнической жизни старицы, как, напр., инокиня Агния Клементьева, происходившая из знатнаго рода Вологодских дворян, с тремя дочерьми, также отличавшимися высокой подвижнической жизнею, и много потрудившимися в деле внутренняго и внешняго благоустройства обители. Княжна Параскева Николаевна Хованская (в иночестве Мария, в схиме Параскева). Подвижница инокиня Ангелина, в мире Александра Степановна Кожухова, дочь бригадира схимонахиня Александра Шипова. Отец ея Голостенов был Костромским губернатором, и был любим Императором Павлом Петровичем. Есть также ряд могил подвижниц менее знатнаго рода, но не менее известных по своей строго-подвижнической жизни. Так, под скромным подмо-гильным памятником покоится прах высокой подвижницы схимонахини Асенефы Меньшуткиной разслабленной, вся долголетняя жизнь которой прошла в невыразимо физически страдальческом положении. Она с 2-летняго возраста не могла ни ходить, ни сидеть, ни лежать как следует, а лежала лишь привязанной к короткой деревянной скамье, со свесившимися головою и ногами.
 
Кроме сего, она почти постоянно испытывала страшныя боли головы и всех членов. За такую страдальческую жизнь она имела дар прозорливства, и память ея свято чтится, как память праведницы. День кончины ея 1 июля 1877 года.

Здесь же покоются тела других подвижниц: странницы Параскевы Коквиной, инокини Анны Карауловой и многих других инокинь, память коих свято чтится в обители. 
 

Настоятельницы Горицкаго монастыря

После игуменьи Маврикии Ходневой (в схиме Мария), возобновившей и преобразовавшей монастырь из особножитнаго в общежительный были следующия игумений;

1. Игумения Арсения Клементьева (1855-1863). Она происходила из знатнаго рода дворян Клементьевых и была воспитана в роскоши и неге. Мать ея, Александра Алексеевна, в 1814г. лишившись своего мужа, обратилась за духовным утешением к известному тогда старцу подвижнику Новоезерскому, архимандриту Феофану, который и свел ее с мудрой подвижницей Горицкой игуменией Маврикией. Благодаря доброму влиянию последней, Александра Алексеевна скоро и сама поступила в Горицкий монастырь вместе с тремя своими дочерьми, принеся все свое громадное состояние в пользу обители. М. Арсения, в мире Аполлинария, была второй дочерью Александры Алексеевны, в монашестве Агнии. Первоначально она жила под мудрым руководством монахини Евгении, отличавшейся строгоподвижническою жизнию. Добрый пример и назидательным наставления старицы Евгении глубоко запали в сердце юной инокини Арсении, которая старалась во всем подражать своей наставнице и впоследствии удостоилась быть преемницею в настоятельстве великой подвижницы игумений Маврикии, которая сама пожелала и просила епархиальное начальство иметь ее своей заместительницей.
 
В сан игумений м. Арсения была произведена 2 8 января 1856 года и много потрудилась для обители, стараясь свято сохранить все заведенныя м. Маврикиею порядки. В материальном же отношении немало помогал ей ея брат Никтополион Михайлович, служивший членом совета Мин, финансов, который щедро жертвовал в Горицкую обитель.

В постоянных заботах о благоустройстве вверенной обители и спасении душ ея насельниц игуменья Арсения не щадила своих сил и скоро, простудившись, получила тяжелую неизлечимую болезнь, которая свела ее в могилу. Она тихо преставилась 11 мая 1863 года будучи оплакиваема всеми сестрами обители, горячо любившими ее.

2. Игумения Филарета (1863-1884), в мире Татиана Ивановна Сыромятникова, она происходила из купеческой семьи города Костромы. В монастырь поступила в 1825 году, а в 1848г. пострижена в монашество. При игумений Арсении в продолжение 5-ти лет проходила должность казначеи, а по смерти м. Арсении, в 1863 г., по выбору сестер, была назначена настоятельницей монастыря, с возведением в сан игумений. За труды по управлению монастырем в 1867 г. была награждена наперсным крестом, а в 1884 г., по возникшим неприятностям, уволена на покой.

3. Игумения Нила (1884-1895), в мире Елисавета Ускова, купеческаго звания г. Москвы, Сначала поступила в Феодоровский Переяславский монастырь, где, прожив 6 лет, в 1856 г. перешла в Горицкий монастырь. Пострижена в монашество в 1870 г., а в 1878 г. определена казначеей монастыря. Вступила в должность настоятельницы в 1884 г., а в следующем затем году возведена в сан игумений, в каковой должности и находилась до 1895г. Управление ея монастырем ознаменовано тем, что при ней присоединен к Горицкому монастырю Зосимо-Ворбозомский скит 80, бывший дотоле приписным к Воздвиженской церкви, который она привела в благоустроенный вид, а также ею устроены при монастыре конные и скотные дворы.

4. Игумения Арсения (1895-1904 I. Отец ея был управляющим имением Клементьевых; в монастырь она поступила в 1850 году, мирское имя было Ольга Корчагина. В 1866 году пострижена в монашество и в следующем же 1867 г. назначена благочинною монастыря. В 1895 г. по выбору сестер утверждена в должности настоятельницы, с возведением в сан игумений, а в 1898г. награждена наперстным крестом. За время своего управления монастырем игумения Арсения произвела множество различных построек по монастырю; так ею выстроены внутри монастыря четыре громадных двухэтажных деревянных корпуса, в одном из коих помещается живописная мастерская, в другом рукодельная и портная мастерские. Ею же устроена каменная часовня с водопроводом и множество других построек и хозяйственных служб. В 1904 г. вследствие слабости здоровья и потери зрения по прошению уволена на покой.

5. Игумения Адриана (1904-1910), в мире Елизавета Свешникова, купеческаго звания; в монастырь поступила в 1852г. 9-ти лет от роду, и здесь жила под руководством мудрой старицы Виталии, ученицы схимонахини княжны Параскевы Хованской. Затем в течение 20 лет заведывала она больницей при Покровской церкви, а в 1897 г. на собственныя средства произвела капитальный ремонт Покровской церкви и больничнаго корпуса. С 1901 г. проходила должность благочинной монастыря, а в 1904г. избрана в настоятельницы и в следующем 1905 г. произведена в сан игумений; через два года была награждена наперстным крестом. Она также немало потрудилась для обители, устроив громадный двухэтажный деревянный корпус, с помещением в нем сапожной мастерской и с жилыми помещениями для сестер, а также пароходную пристань, с прекрасною на ней часовнею. Мирно скончалась она в 1904 г. после непродолжительной болезни.

6. Нынешняя настоятельница игумения Асенефа, в мире Анфия Корчагина, - с 1910 года. Она родная сестра бывшей игумений Арсении Корчагиной; в монастырь поступила четырехлетней девочкой и первоначально жила с блаженной старицей м. Асенефой Клементьевой. В монашество пострижена в 1888 г., а в 1909 г, назначена благочинной монастыря, В 1913г. награждена наперстным крестом. Монастырь в настоящее время насчитывает до пяти с половиной сот сестер, имеет различныя мастерския и рукодельни и ведет обширное сельское хозяйство, обрабатывая землю собственными трудами. Кроме того, монастырь является религиозно-просветительным центром здешняго края, а в годины неурожаев и других народных бедствий он приходит на помощь окружающему населению и материальными средствами. 

 
Главные праздники обители

1. 7-го января - Собор Иоанна Предтечи, престол в Покровской больничной церкви на хорах.

2. 4-го февраля и 4 марта - память преп. Кирилла Новоезерска-го, престол в трапезной церкви.

3. 4-го апреля и 7-го ноября - память преп. Зосимы Ворбозомскаго, престольный праздник в Зосимовом скиту

4. 15-го мая - память св. Димитрия царевича - престол в Воскресенском соборе.

5. 23-го июня и 22 октября - в честь Владимирской Божией Матери - престол в Троицком храме.

6. 26-го июня - в честь Тихвинской Божией Матери ежегодно бывает крестный ход на поле, в часовню над источником, где служится водосвятный молебен. Крестный ход установлен по случаю чудеснаго открытия сего источника в этот день.

7. В июле - в Ильинскую пятницу торжественное богослужение и крестный ход вокруг монастыря с чудотворною иконою Смоленской Божией Матери, по случаю пожара в эту пятницу, бывшаго в 1816 г.

8. 28-го июля - в честь Смоленской Божией Матери также крестный ход вокруг монастыря.

9. 8-го ноября Собор Архистратига Михаила - престол в. Покровской церкви.

10. 24-го ноября - память св. Великомученицы Екатерины, в этот праздник бывает большое стечение народа, служение архиерейское. Кроме сего, 9-го декабря бывает торжественное заупокойное богослужение, по утопленнице княгине Евдокии, а 2 1-го декабря - по утопленнице княгине Иулиании. Служба церковная отправляется строго-уставная, по образцу древних иноческих обителей. В будни утреня начинается в 3 часа утра вместе с полунощницею, в 6 часов ранняя литургия, а в 8 ч. поздняя. Вечерня с повечерием начинается в 6 часов, за которой ежедневно вычитываются каноны и акафисты Спасителю и Божией Матери поочередно. После повечерия и ужина бывает правило с земными поклонами. Пред праздниками малая вечерня начинается в 3 ч. дня и в 6 ч, всенощная, Кроме того, читаются две неусыпаемыя псалтири, с поминовением на одной о здравии, а на другой за упокой. 
 
Прибавление
Скиты, находящиеся под ведением Воскресенскаго Горицкаго монастыря

1. Скит Фетиньинский 81

Важными происшествиями в истории Горицкаго монастыря за минувшее столетие было устроение трех отдельных скитов: Фетиньинскаго, Никулинскаго и Зосимо-Ворбозомскаго.

Первым устроен был скит Фетиньинский еще при игумении Маврикии. После 1764 года, когда введены были штаты, Горицкий монастырь остался только при тех четырех десятинах, на которых он стоял. По ходатайству монастырскаго начальства, Император Павел Петрович, снисходя к нуждам монастыря, в 1801 году пожаловал пустошь Фетиньино, отстоящую от монастыря в 12 верстах, которая прежде была во владении Ворбозомской пустини, но в 1764 году упраздненной. С этих пор монастырь завел там пашню, покосы, огороды и коровий двор. Для сего в Фетиньинской пустоши должны были постоянно жить несколько сестер из монастыря, а в летнее время для уборки сена и хлеба с полей отправлялись туда большинство монсхинь и послушниц под наблюдением казначеи или самой игумений. Долгое время находясь вдали монастыря, сестры лишены были церковной службы, что очень печалило и огорчало боголюбивую старицу игумению Маврикию, но и средств не было на построение там молитвеннаго храма.

В сороковых годах прошлаго столетия в Горицкий монастырь поступила одна богатая помещица, Белозерская вдова Александра Сергеевна Протасова. Рано лишившись своего мужа и двоих горячо Любимых детей: сына Феодора и дочери Марии, она, движимая чувством искренняго усердия к обители, давшей ей небурное и тихое пристанище после пережитых ею тяжких испытаний и лишений, принесла обители Горицкой все свое богатое достояние и просила м, игумению Маврикию устроить на ее капитал храм на молитвенную память о дорогих ей покойниках. Тогда решено было выстроить домовую церковь в Фетиньинской пустоше, на что было дано и разрешение епархиальнаго начальства. В 1854 году на Фетиньине был уже деревянный храм с двумя приделами - во имя св. равноапостольной Марии Магдалины и св. Великом, Феодора Стратилата; деревянная же колокольня, несколько зданий для общежития и помещения сестер и кругом всего обнесено деревянною оградою. Тогда же и священник Благовещенской Ворбозомской церкви, что прежде был Зосимо-Ворбозомский монастырь, был переведен в Фетиньинскую Мариинскую пустынь, а его приход приписан ж ближайшему Воздвиженскому.

В 1858 году церковь от неизвестной причины сгорела вместе с корпусом и сестры Фетиньинской пустыни опять некоторое время должны были оставаться без храма и богослужения.

Вскоре после пожара нашлась новая благодетельница в лице одной инокини Марии Сяминой, которая своими средствами пришла на помощь игумений Арсении Клементьевой и оне общими усилиями соорудили новый каменный храм с тремя престолами: посредине в честь Святителя Николая, а по сторонам - Св. Феодора Стратилата и Св. равноапостольной Марии Магдалины.
 
В настоящее время Фетиньинская пустынь имеет вид вполне благоустроеннаго небольшого монастыря. Здесь кроме просторнаго каменнаго храма, находящагося посреди монастырской площади, .имеется несколько деревянных корпусов, приспособленных для помещения кухни, столовой, хлебни, просфорной, а также помещения сестер, колокольня деревянная с приличным звоном и все это обнесено прочною деревянною оградою со святыми воротами с восточной стороны. Вне ограды устроены причтовые дома, конные и скотные дворы, гостиница, гумно и другие хозяйственныя службы. Ведется широкое хозяйство собственными силами сестер-насельниц, имеется своя пасека. Служба церковная - полунощница, утреня и вечеря - отправляются ежедневно по уставу, с чтением за каждой утреней поучений из пролога. Литургия же совершается не ежедневно. Причт состоит из священника и диакона-псаломщика.

Пустынь находится под ведением Горицкаго монастыря, управление же пустынею возлагается на одну из более благонадежных и способных сестер обители на неопределенное время, по усмотрению Горицкой игумении, которая и сама нередко посещает Фетиньино и непосредственно наблюдает как за хозяйственною частию, так и за нравственною стороною насельниц Фетиньинской пустыни.

Пустынь расположена на довольно красивом месте, у опушки большого хвойного леса с одной стороны, с другой же омывается чистыми волнами небольшого озера, Здесь, вдали от шумнаго мира, все располагает к сосредоточенности и молитвенному настроению. Пустынь населяют около 7 0 сестер; среди них проживает несколько схимниц и стариц, отличающихся высотою своей иноческой жизни.
 
2. Никулинский скит.

В двух верстах от Горицкаго монастыря под ведением онаго находится Никулинский скит или пустынь. Он расположен близ реки Шексны на небольшом возвышении. Это прежде была богатая усадьба, принадлежавшая Рыбинскому купцу Николаю Ионовичу Тюменеву, который по своим религиозным побуждениям и особому расположению к Горицкой обители пожертвовал сию усадьбу монастырю вместе с находящимся в ней каменным двухэтажным домом 82 т ж и землею . Им же в верхнем этаже дома, с разрешения епархиальнаго начальства, устроена домовая церковь во имя Святителя Николая, и с этих пор монастырь вошел в полное владение усадьбою. Поселились сестры, завелось правильное хозяйство, начались постройки деревянных корпусов для помещения сестер и других хозяйственных служб, к церкви определен заштатный священник.

В настоящее время Никулино, как и Фетиньинская пустынь, имеет очень благоустроенный вид. Вокруг каменнаго корпуса церкви расположено несколько просторных деревянных корпусов, вокруг обнесена деревянная ограда со святыми воротами и колокольнею; вне ограды также имеется несколько корпусов, обширные скотные и конные дворы, гуменник, напольные сеновалы. Недалеко, на речке, имеется водяная мельница и при ней двухэтажный деревянный дом; имеется также обширная пасека.

Насельниц около 70 сестер, которые находятся под наблюдением и руководством одной старшей монахини, назначаемой Горицким монастырским начальством. Литургия совершается несколько раз в неделю, прочия же богослужения ежедневно. 
 

3. Зосимо-Ворбозомский скит и его прошлое 83.

В 12 верстах от Горицкаго монастыря и.в 3 в. от Фетиньинской пустыни, на небольшом, но довольно живописном островке Ворбо-зомскаго озера, одиноко красуется небольшой каменный храм и при нем несколько деревянных зданий. Это когда-то бывшая иноческая обитель преподобнаго Зосимы, Ворбозомскаго Чудотворца, а ныне небольшой скиток Горицкой женской обители, с несколькими в нем насельницами, одиноко провождающими здесь свою отшельническую жизнь, вдали от мира и его соблазнов. Для людей, духовно окрепших и жаждущих высоких иноческих подвигов, трудно найти более подходящее и соответствующее сей цели место, как этот тихий одинокий островок, безмолвно свидетельствующий о жизни и подвигах спасавшихся здесь иноков.

Откинем несколько столетий назад и при помощи древних летописных сказаний проследим историю возникновения и существования Зосимовой пустыни вплоть до 1764 года, когда при введении штатов она была упразднена и обращена в приходскую церковь.

От древности не сохранилось точных известий, когда и кем основан Зосимо-Ворбозомский Благовещенский монастырь. В самом начале XVI столетия Ворбозомская пустыня уже существовала; так, в 1501 году ею управлял строитель Иона. Быть может, она - один из тех многочисленных Белозерских скитов, которые возникали около знаменитой Кирилловой обители во второй половине XV века и в которых ревностно подвизались знаменитые "Белозерские, иноче заволжские старцы", славившиеся по всей Руси строгостию своей жизни. Поэтому нет ничего невероятнаго, что первое начало Ворбо-зомской обители, как это утверждает местное предание, положено преподобным Корнилием Комельским (19 мая 1537 г.), принявшим иноческое пострижение в 1467 г. в Кирилло-Белозерском монастыре. Очень возможно, что преподобный Корнилий до своего странствования по Руси или после него оставил место своего иноческаго воспитания и некоторое время провел вблизи Кирилловой обители, подвизаясь на пустынном острову Ворбозомскаго озера, а затем уже удалился в Комельские леса и здесь основал в 1497 г. свой монастырь наподобие Кириллова. Известно, что так поступил, напр., преп. Нил Сорский, который, возвратившись из дальнаго путешествия по Востоку, сначала жил одиноко вблизи Кириллова монастыря, а потом уже окончательно поселился в Сорском, им же созданном ските. Если предание о начале Ворбозомской пустыни справедливо, то строитель Иона, управлявший ею в 1501 г., был преемником преп. Корнилия Комельскаго. Окончательное же устроение Ворбозомская обитель получила от преп. Зосимы Ворбозомскаго Чудотворца, ученика преп, Корнилия Комельскаго. Неизвестный благочестивый любитель старины, собиравший в XVIII веке сведения о святых Белозерскаго края, о преп. Зосиме заметил: "о рождении и воспитании, тоже о пострижении не обретох писанием". Не больше известно об этом и в настоящее время, так как никогда, вероятно, не были описаны подвиги и жизнь преподобнаго. Получив иноческое воспитание у преп. Корнилия, преп. Зосима оставил его обитель и по любви к уединению поселился в Ворбозомской пустыни. Здесь построил он деревянную церковь во имя Благовещения Божией Матери, благословение на освещение которой получил, вероятно от ростовскаго Архиепископа, так как ему принадлежал Белозерский край. В устроенную обитель начали собираться любители пустынной отшельнической жизни. По образцу Корнилиева монастыря, в возникшей иноческой обители был введен строгий общежительный устав, который в Кириллове монастыре, вопреки прямому завету преп. Кирилла, к тому времени стал уже клониться к упадку. Из многочисленных учеников преп. Корнилия одни, побуждаемые к тому особыми видениями и откровениями, как, напр., Кирилл Новоезерский и преп. Иродион Илозерский, покинули своего наставника еще при его жизни, другие же, как, например, Симон Сойгинский, удалились из Комельскаго монастыря после блаженной кончины ея основателя . К которым из них принадлежал преп. Зосима, неизвестно, а если к последним, то прибытие его на Ворбозомский остров имело место не ранее 1537 года, когда скончался преп. Корнилий.
 
Устроив Ворбозомскую пустынь, преп, Зосима после многих иноческих подвигов мирно почил в 1550 г. и был его учениками погребен в созданной им обители. Память преподобнаго ныне чтится 4 апреля, но в древнем синодике Благовещенскаго монастыря, в настоящее время утерянном, под 7-м числом месяца Ноября помечено: "творим панихиду и братцкий корм". Местное почитание преп. Зосимы началось сразу по кончине св. отца, что видно из наименования Благовещенскаго монастыря "Зосимовою пустынею", и в Белозерских синодиках XVII века (Кирилло-Белозерском, Кирилло-Новоезерском, Филиппо-Ирапском) он именуется преподобным и записывается на ряду с преп. Кириллом Белозерским, Кириллом Новоезерским, Филиппо-Ирапским, Нилом Сорским и другими св. подвижниками. Служба совершается по общей минеи.

Высокоподвижническая жизнь преп. Зосимы Ворбозомскаго сделала известной его пустынную обитель и вскоре после блаженной кончины св. подвижника за нею была утверждена царскими грамотами вотчина, а затем в других жалованных грамотах царей; митрополитов и патриархов другие земельныя угодия, денежная руга и другия льготы. На первых порах Благовещенскому монастырю, вероятно, принадлежал один только тот остров Ворбозомскаго озера, на котором была срублена церковь и поставлены келлии отшельников. Жалованными грамотами 1566 и 1567 годов царя Иоанна Грознаго утверждена за пустынею преп. Зосимы вотчина, состоящая из деревень Фетиньины и Анофриевы, и несколько пустошей, лежащих на берегах Ворбозомскаго озера.

Из вкладчиков того времени известны; Чиновник Мясояд Константин Вислой, погибший вместе со своей женою от опричников, обширная вотчина котораго, Лоза и другия находились невдалеке от пустыни преп. Зосимы; он от 1568 г, оставил духовную Благовещенскому монастырю в Ворбозоме. Белозерец Карп Ефрутин, который по данной 1581 года пожаловал в монастырь пожню по реке Шексне, и преосвященный Варлаам, митрополит Ростовский (1587- 1609 гг.), давший "кандеи булатные". Митрополит Московский Антоний (1572-1581 гг.) посыльною грамотою от 11 марта 1576 года запретил десятильнику взимать пошлины с Благовещенской церкви, и Дионисий (1581-1586 гг.) грамотою от 27 января 1585 г. указал, что "дани и оброку и десятин церковных имати и судити ни I в чем не велено".
 
Царския милости к обители преп. Зосимы продолжались также и при приемнике Грознаго, его сыне Феодоре Ивановиче. Так, грамотою от 20 июня 1584 г. царь Феодор укрепил за монастырем место, купленное обителью из земель деревни Негодлевой под мельницу на речке Ворбозомке. Им же была дана в Зосимину пустыню денежная и хлебная руга; по жалованной грамоте от 10 января 1585г. было велено "на Беле озере давати из оброчных денег в Зосимину пустыню на церковный обиход на воск по три рубля в год, за пуд 2 6 алтын да оброку по 3 7 четвертей с осминою и овса тожь да по девяти пуд соли". Судя по дарованной царской руге, Благовещенский монастырь не был велик: обычно давалось на инока по 5 четвертей ржи и овса и по пуду соли, строителю несколько более; таким образом, в Ворбозомском монастыре всей братии было не более семи человек со строителем. По царской грамоте 1589 г. июля 20 дня монастырю отошла рыбная ловля на Ворбозомском озере. Этими жалованными грамотами определилось положение обители, ея средства содержания и некоторыя льготы; последующий грамоты только подтверждали узаконенное ими. Права на вотчину после грамоты царя Феодора Ивановича (1586 г.) были подтверждены царями Борисом (на рыбную ловлю и мельницу) и Лже-Димитрием, и вновь были выданы грамоты царями Василием Ивановичем Шуйским (1606 г. июля 7 дня на вотчину и 1606 г. Августа 7 ч. на рыбную ловлю) и Михаилом Феодоровичем (1624 г.). Патриарх же Иов грамотою от 2 6 июня 1602 г. к старостам поповским сохранил за монастырем льготы, дарованныя митрополитами: "дани и данскаго корму и данския пошлины, и сборные, и петровские с тяглыми попы тянути и судити ни в чем не велено" по этой грамоте. 

Положение Ворбозомской пустыни в продолжение XVII века оставалось старое, созданное узаконенными грамотами, за исключением того, что она была отдана в "обереганье" Кириллову монастырю, в ведении котораго оставалась до самаго упразднения, т. е. до 1764 года. От семнадцатаго века сохранилось несколько более архивных данных, чем от предшествующаго времени, так что на основании их мы можем составить некоторое понятие о состоянии и жизни Ворбозомскаго монастыря.
 
Во время польскаго нашествия на Русскую землю, вероятно, в 1612 году, когда Белозерский край подвергся нападению польских ватаг, пустыня преп. Зосимы была ограблена. Литовские люди пришли сюда и "обругали" св. иконы, сняв с некоторых серебряные оклады и другия драгоценныя украшения. Народное предание хранит память о битве между литвою и русскими, происходившей при деревне Фетиньиной. Обитель, однако, заступлением преподобнаго не подверглась полному разграблению, как, напр., соседний Никитский монастырь и некоторыя села. Нападение на Ворбозомский монастырь произошло при строителе Евстафии, управляющем пустынею от 1598 по 1613 год.

Итак, после нашествия поляков Ворбозомская пустынь осталась в прежнем виде и церковь в ней осталась старая, ее только пограбили. Когда эта церковь была устроена, неизвестно. Скорее всего, что преп. Зосима срубил небольшую церковку, а потом, когда средства его обители увеличились, когда она обладала уже вотчиной и обогатилась разными вкладами, была поставлена новая церковь, устроенная в конце XVI или начале XVII столетия.

Эта церковь видела польское нашествие и оставалась между 1630-1651 годами и в 1686 г„ когда Белозерские писцы Осип Башмак да подьячий Михаиле Гаврилов межевали Ворбозомскую вотчину, Поэтому с полной вероятностию можно думать, что церковь в Благовещенском монастыре оставалась одна и та же в продолжение XVII и XVIII веков. Что деревянная церковь стояла двести лет, нет ничего невозможнаго; на севере это не редкость.

В "отписных книгах" 1630, 1642 и 1648 годов так описывается церковь Ворбозомскаго монастыря: "Церковь Благовещения Пресвя-тыя Богородицы деревянная, верх шатров да придел Николая Чудотворца. В церкви Благовещения Прес. Богородицы и в приделе и в олтарех подволоки. Пред церковью и по стороне паперти дощаныя. Из паперти переход к колокольнице; колокольница рубленая на четыре угла. Церковь, паперть и переход и колокольница крыты тесом. На церкви четыре маковицы обиты чешуею. Под тою же церковью трапеза, теплый храм Рождества Христова да придел Иван Богослов. В церкви и в приделех и в олтарех и в трапезе подволоки. Да и тое-же трапезы прируб с подволокою-жь имянуется келарская, да хлебня внизу. Перед трапезою паперть досщаная, а перед хлебнею сени, забраны стамиками", Под колокольнею помещались ризница и книгохранительня. На колокольне висело пять колоколов и боевые часы. Иконостасы Благовещенской церкви, сравнительно с современными, представляют некоторыя отличительныя особенности, что, впрочем, не есть принадлежность только Ворбозомскаго монастыря, но было свойственно также и другим церквам XVII века. Сведения об иконостасах относятся к 1630-1651 гг. Все святыя иконы по описям того времяни делятся на три разряда; местный, деисусы и пядницы. Иконостасы составлялись из этих трех родов икон. Размещение местных икон представляет ту особенность, что не было на правой стороне иконы Спасителя, а на левой иконы Божией Матери, как принято теперь, а храмовой образ стоял первым от царских дверей. Только к концу XVII века в Рождественском и Благовещенском храмах появился Спасов образ по правую сторону царских врат, поставленный в 1695г. иеромонахом Александром, посланным из Кириллова монастыря в Ворбозому для богослужения.

В церквах Благовещенскаго монастыря в большом изобилии были иконы, называемыя в прежнее время "пядницами". Пядницы делались трех родов; просто пядницы средния, обыкновенныя, величиною в пять (четверть аршина), малыя пядницы и большия. В церквах Ворбозомскаго монастыря пядницы стояли частию в иконостасе, в нижнем ряду, в местах, не занятых местными иконами, а главным образом по стенам храма. Так, на правой стороне Благовещенской церкви висело 57 пядниц, а на левой 34.

Зосимина пустынь была все время малочисленна и небогата. Таковы и ея постройки. Деревянная двухэтажная церковь была лучшим зданием в монастыре. Рядом возле нея стояли кельи для братии. "На монастыре келья с сеньми теплыми, - говорится в описи 1648 г., - живут строители, келья с вышкой. Келья (другая) ветха с теплыми-же сеньми... Келья нова с сеньми и пристень, келья покрыта драницами, а пристень не покрыт и нутро в ней ничего не делано, Келья старая с теплыми сеньми, вновь подрублена, и нутро делано и покрыто, а печи в ней нет". Кроме этих келий, в монастыре находилась еще "казна на подклете о двух жильях", в ней хранилось разное имущество пустыни, два погреба, а под ними сушило, В описи 1686 г. показаны только две кельи. "Да на монастырь идучи по правую сторону руки святых ворот летняя хлебня; перед нею сени; перед сеньми поварня естовная". На монастыре были еще две житницы, да за монастырем тоже две житницы, на берегу озера квасная, поварня и конюшенный двор, а в поле овин. Вот и все пустынныя постройки. Монастырь был обнесен деревянным тыном, "На монастырь входныя ворота болыция (иначе святыя) с приворат-ником косящатыя, покрыты тесом с рубцами; над воротами образы - деисус, стоящий на красках, а с монастыря над теми-же воротами образ Преч. Богородицы Одигитрии на краске. Около монастыря тын забран в столбцы, не высок, а иныя звена обвалились". (Отписныя книги 1648 ).
 
Вотчина за Ворбозомским монастырем оставалась старая в XVIII столетии. Земельныя его владения увеличились только пожнею на реке Гверстянке, данною Белозерцем Карпом Ширяевым между 1642-1648 годами. Тогда же другой Белозерец Михаил Савельев Санков пожертвовал в монастырь двор в Новинском ряду, в Ивановской улице, В продолжение XVII века монастырская вотчина была два раза обмежевана в 1626-7 г. и 1686 г., когда она была приписана к Кириллову монастырю. Мелкие острова, расположенные на Вор-бозомском озере, вблизи большаго, на котором стоит пустыня (Еловец, Свинец, Марьевский, Березов, Ямин, Челноков, Хвостец) в писцовых книгах 1626 г. не были написаны; их записали за монастырем только в 1686 г. по их (т, е. старцев) сказке и по наезду.

Монастырский вотчины состояли из сельца Фетиньины и деревень Анофриевы, Пиндина, Кузминской, пустоши Сизове, мельницы на речке Ворбозомке, рыбных ловель на Ворбозомском озере и двух пожен на реке Шексне. В деревне Фетиньинской стоял монастырский двор, а на дворе хором: "келья, живут в ней старцы; против кельи старцев сенник на подклете, возле сенника изба большая с прирубом, на дву углах два сенника жилых, под ними хлевы; три сарая с поветьми, забраны в столбцы и покрыты драницами. В поле житница да два овина с мельницами (отпис. кн. 1648 г.). В мельничном амбаре 8 ступ толчеи и три колеса со всею мельничною полною снастию (там же). В 1686 году в монастыре было 9 человек служебников (1 коровник и 8 детенышев), а по деревням в 2 1 дворе крестьянском 116 человек, да в дворе бобыльском один человек; три двора оставались пустых.
 
Имея вотчину, Ворбозомский монастырь наравне с другими владельцами должен был нести разнаго рода государственныя повинности. С 1635 г. монастырь обладал грамотою царя Михаила фео-доровича, которою "не велено с Ворбозомскаго монастыря с вотчины никаких расходов имать, окроме ямских денег и стрелецких хлебных запасов и городоваго острожнаго дела", И эти подати были значи-телны, но пустыне, несмотря на царскую грамоту, приходилось платить и на достаточных людей, и именные деньги, и другие расходы, напр., на воеводу, на приказных, а также доставлять лошадей в Москву для военных нужд. Когда на Белоозеро был сослан (1666-168 1 гг.) патриарх Никон, то тяжесть его содержания, вместе с другими монастырями Белозерскаго края, пала также и на Ворбозомскую пустынь. Никитский и Благовещенский монастыри вместо этаго было указано "с них имать 3 1 рублев" в год. За XVII век тяготы налогов еще более увеличились, особенно тяжела была рекрутская повинность и обязанность содержать отставных воинов.

За смутное время русские люди "поисшатались" и небогатой и малочисленной обители трудно было обороняться от несправедливых притязаний соседних помещиков, крестьян и притеснений разных приказных людей. Поэтому, уже сразу после литовскаго разорения, при строителе Феодосии, царь Михаил Феодорович дал сберегательную грамоту (1614 г. фев, 19 дня), по которой указано там "монастырь Ворбозомский ведать и во всем от сторон оберегать Кириллова монастыря властям". В последующее время это распоряжение было два раза подтверждено: один раз в 1635 г. по частному случаю, именно "велено было Ворбозомскаго монастыря Зосимины пустыни строителя Лазаря и крестьян от насильства Романа Можанинова оберегать", другой раз, при патриархе Иоакиме (1674-1690 гг.) в 1684 году, когда по указу Иоакима и Петра и Софии, и приказу из Большаго дворца Благовещенский монастырь с вотчинами, деревнями и пустошами и со всеми угодьи приписали к Кириллову монастырю. Этот указ еще более связал Ворбозомский монастырь с Кирилловским. С этих пор Зосимина пустынь не только была подчинена ведению Кирилловой обители, но с нею соединилась, стала как бы частию Кириллова монастыря. "Оберегание" выражалось, во-первых, в назначении пустыне строителей и в учете их, во-вторых, в праве суда меж иноками приписной пустыни и в хранении ее от обид со стороны посторонних лиц.
 
При перемене строителя, из Кириллова монастыря обыкновенно присылался какой-либо старец, иногда приказный, и он "описывал" монастырь у прежняго строителя или от властей монастырских, когда строитель был покойный, новому строителю, который принимал обитель по отписным книгам, скрепляемым его подписью, и отпищи-ка. По этим же книгам строитель должен был сдать заведываемую им обитель. Вот образец этих описаний: "Лета 1630 мая в 24 д. по благословению Государя, отца нашего Игумена Феоктиста и старцев соборных Кириллова монастыря, чернец Паисий Онаньин, в Бело-зерском уезде в Ворбозомской волости, на острову Изосимину пустыню описал у строителя старца Пафнутия Кириллова монастыря, против отписных книг переписал все на лицо. Церквах Божия милосердия, образы местныя, образы местныя и деисусы и пядницы на золоте и на красках и свечи поставныя и ризы и книги и паникадила и что Государевых грамот жалованных и крепостей и всякое церковное строение и на колокольнице колокола и в житнице в монастыре всякого хлеба и что предь ржи сеяно и яроваго хлеба и что в деревнях монастырских бобылей и на конюшенном дворе лошадей и коров и всякаго рогатаго скота, и что монастырския казны, и то все писано в сих книгах по статьям подлинно, и отписав приказал выдати новому строителю старцу Лазарю Кириллова монастыря и той пустыни старцом и служебником монастырским людем и крестьяном его строителя старца Лазаря слушати и повиноватися во всем велел". Далее идет подробная опись монастырскаго имущества. Подлинныя отписныя книги оставались в Благовещенском монастыре, списки же с них посылались в Кириллов, а иногда и на Белоозеро воеводе.
 
За все время после грамоты 1614г. известны только два случая, когда строитель в Благовещенский монастырь был назначен помимо Кирилловских властей. Первый из них Нафанаил, которому Ворбо-зомский монастырь был отписан 30 апреля 1642 г. Белозерским площадным подьячим Митькой Инковым; "по грамоте цареве и великаго князя Михаила Феодоровича всия Руси грамоте из приказу большаго дворца за прописью дьяка Максима Чуркова и по показной памяти воеводы Семена Яковлевича Ладыгина". Причина, побудившая в данном случае назначить строителя помимо Кирилловских властей, неизвестна; во втором же случае она налицо.

20 августа 1651 г. Ворбозомский монастырь был отписан обычным путем у строителя чернаго священника Авраамия новому строителю черному священнику Иосифу, старцу Кирилловскаго монастыря. Но вскоре, именно в конце 1652 года, по челобитью старца Ворбозомскаго монастыря Ионы Пиндинскаго с братиею, того строителя Кирилловские власти указали от строительства переменить. Проведав о том строитель Иосиф из Ворбозома безвестно съехал, захватив с собою три рубля казенных денег да разнаго монастырскаго имущества на семь рублей. Через год (в 1654 г.) он явился в монастырь с грамотою в руках патриарха Иосифа и был строителем второй раз. "И будучи он в том монастыре бражничал, о монастырском не радел и нечего не строил и церкви Божии без кровель огноил и кресты посвалились, и истоща монастырь, бежал безвестно". Но на этот раз захватил с собою казенных денег и имущества более чем на 50 руб., причем оказалось, что немало во время управления своего променял разнаго монастырскаго добра на вино. Тогда же пропала из пустынной книгохранительницы книга Библия, печатная, ценою 15 рублей.

Суд и расправа в Благовещенском монастыре. принадлежали Кириллову монастырю не только между братией и строителем, как видно из вышеписаннаго случая, но и между крестьянами приписнаго монастыря.
 
Во главе Ворбозомскаго монастыря во все время его существования стоял строитель. До XVIII века строитель обычно не был иеромонахом, с начала же XVIII века строительство обычно соединялось с званием священника. Замечательно, что в продолжение XVIII века двое из настоятелей монастыря были даже вдовые священники: первый Иоанн Иосифов до 1748 г. и второй Василий Иванов (174 9 г.). За строителем следуют, как и в других монастырях, келарь и казначей, иногда упоминается житник или посельский старец.

Всех иноков в монастыре вместе со строителем жило от 6 до 8 человек, обычно семь. Такое число братии было определено еще в конце XVI столетия ружною грамотою 1585 года.

Между старцами редко были грамотные, иногда даже сам строитель, напр., Нафанаил (1642-1646 гг.) был безграмотен. Поэтому для исправления священнических и дьяческих обязанностей из Кириллова монастыря присылали особых лиц, и им из Ворбозомской пустыни выдавалось особое вознаграждение. Так, в марте 1621 г. по указу архимандрита Геласия и келаря старца Никифора, и соборных старцев послан был из Кириллова в Ворбозому священствовать иеромонах Александр Киснемский, и по их властительному указу, по подписной челобитной велено ему, священнику, за службу из казны выдавать на платье и на одежду, и на обувь против Никитскаго монастыря (тоже приписнаго к Кириллову) священника на месяц по шести алтын по четыре деньги (т. е. 19 коп.) из казны деньгами. Дьячку же за житье полагалось в месяц по три алтына, т. е. по 9 коп, В XVIII веке за службу платили хлебом, напр., дьячку Артамону Алексееву Стоумову, присланному в сентябре 1763 г., было Кирилловскими властями определено давать на год по две четверти ржи и овса, "а ежедневно пища-и хлеб надельный печеный против братие". Артамон Стоумов был даже человек семейный. В 1764 г. строитель с братиею Зосимо-Ворбозомскаго Благове-щенскаго монастыря получили из приказа Кирилло-Белозерскаго монастыря указ Его Императорскаго Величества, от 26 февраля 1764 г., которым повелевалось: "со всех архиерейских, монастырских и других церковных крестьян, вместо работ пашенных и разных окладов хлебных собирать с каждой души по полтора рубли в год, который сбор начать сего 1764 года Генваря с 1 числа". Но этот указ Благовещенскому монастырю не пришлось исполнить. Зосимина пустынь осталась за штатом и как таковая в том же 1764 году была упразднена и превращена в приходскую церковь. Земельныя угодия и крестьяне, принадлежавшие монастырю, отошли в казну, кроме небольшой части угодий, назначенных на содержание причта; имущество же и архив, а также и братия частию была переведена в Кириллов монастырь.
 
В сороковых годах прошлаго столетия Благовещенская церковь стала приписной к ближайшей Воздвиженской и за недостатком ея средств быстро пришла в ветхость. Бедность и запустение сего храма производили грустное и тяжелое впечатление. Хранящаяся здесь святыня, в виде честных останков угодника Божия преп. Зосимы, была точно заброшенною, забытою всеми; олтари совершенно пусты - ничего в себе не имеют; ни образов на стенах, ни запрестольных икон; престолы и жертвенники в старинных ситцовых одеждах. Из пяти престолов только на одном из них была утварь церковная, и то оловянная, от времени истертая и даже поломанная; ризы набойчатыя; стены голаго камня. Полы, потолки, печи и вообще вся обстановка настолько ветхи, что угрожали опасностью. Богослужение в нем совершалось очень редко; разве только когда почитатели преподобнаго, с верою в его молитвенное предста-тельство, за упокой своих родных или о здравии болящих, служили здесь у св. мощей преподобнаго обедни, молебны и панихиды по усопшим родителям.

Угодник Божий сам, видимо, стал заботиться о возстановлении своего запустевшаго храма. За последнее время стали получаться из дальних сел и городов церковныя вещи: сосуды, Евангелия, воздухи в церковь преподобнаго, причем благодетели нередко объясняли, что подвигнуты были на жертву самим преподобным и его благодатною помощию в различных случаях.

Завести постоянное богослужение при гробе преп. Зосимы Вор-бозомскаго и привести в порядок запустевшую обитель его было давнишним желанием Горицкой обители. И вот, в 1890 году настоятельница Воскресенскаго Горицкаго монастыря, игумения Нила, движимая горячею любовию и благоговением к преподобному Зосиме, обратилась к высшей церковной власти с прозьбою о присоединении Зосимовой запустевшей пустыньки к Горицкому монастырю. Духовное начальство благосклонно отнеслось к ея прозьбе и указом Новгородской Духовной Консистории от 9 октября того же года за №100037 соблаговолило сей пустынный заброшенный в глуши островок с храмом преподобнаго и с прочими островками присоединить к Горицкому девичьему монастырю.
 
Игумения Нила имела в виду устроить здесь в обители преподобнаго скит для схимниц, так как уединенная и пустынная местность особенно может располагать к подвижничеству. Для сей цели она выстроила довольно обширный двухэтажный корпус для сестер; но по своему сильно разстроенному здоровью не могла привести своего благаго желания в исполнение. Окончательное благоустройство Ворбозомской пустыни выпало на долю преемницы игумений Нилы по управлению монастырем, игумений Арсении Корчагиной, которая немало положила трудов и денежных затрат, чтобы запустевшую древнюю иноческую обитель привести в тот благоустроенный вид, какой она имеет в настоящее время.

Возобновленный каменный храм, устроенный в 18 0 9 году, имеет пять престолов. Главный придел в холодном храме посвящен Благовещению Пресвятой Богородицы; на правой стороне - Иоанну Богослову, а на левой - преп. Зосиме Ворбозомскому. Здесь же находится и гробница преподобнаго над его мощами, под спудом почивающими. В теплом храме, отделенном от летняго стеною, устроены два малые придела: на правой стороне Рождества Христова, на левой - Святителя Христова Николая. В храме имеется часть кости какого-то морскаго животнаго толщиною в обхват человека, вышиною около аршина; а как говорит предание, ее принес сюда сам преподобный Зосима, и желая утруждать себя подвигами, тяжесть сию повсюду носил с собою.

Здесь обыкновенно постоянно проживает несколько человек сестер Горицкаго монастыря, которыя занимаются небольшим хозяйством и держат скот. Служба церковная отправляется причтом фетиньинскрй пустыни через каждое воскресение, а также часть отправляются и заказныя заупокойныя богослужения, и молебны у гробницы преп. Зосимы.
  
  
 
______________________________________________________________________________________________
ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ И ФОТО:
Команда Кочующие
Рихтер Д. И. Горицкий-Воскресенский монастырь // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
Смирнов А. И. Горицкий Воскресенский женский монастырь во второй половине XIX века
1661 г. мая 31. - Отписная книга Воскресенского Горицкого девичьего монастыря отписчиков Кириллова монастыря черного попа Матвея и старца Герасима Новгородца игуменье Марфе Товарищевых. (Подготовка к публикации Ю. С. Васильева)
Сойкин П. П. Горицкий Воскресенский монастырь в Кирилловском уезде // Православные русские обители: Полное иллюстрированное описание православных русских монастырей в Российской Империи и на Афоне. — СПб.: Воскресение, 1994. — С. 146-147. — 712 с. — 20 000 экз. — ISBN 5-88335-001-1.
Е. Э. Спрингс, А. В. Маштафаров, Е. Р. Стрельникова. Горицкий в честь Воскресения Господня женский монастырь // Православная энциклопедия. — М. : Церковно-научный центр «Православная энциклопедия», 2006. — Т. XII. — С. 113-118. — 752 с. — 39 000 экз. — ISBN 5-89572-017-Х.
Летопись монастыря. М., 1878, 20 с.
Святые места Вологодской области.
По святым местам России.
Выголов В.П., Удралова Н.В. В край белых ночей: Вологда. Кириллов. Ферапонтово. Белозерск. Вытегра. Петрозаводск. Кижи. Марциальные воды. Кондопога. Кивач: Путеводител. — Москва: Профиздат, 1986. — 320 с. — (Сто путей — сто дорог). — 100 000 экз.

ВложениеРазмер
5910249 (1).jpeg250.68 КБ
5910249 (1).jpg853.18 КБ
5910249 (2).jpg160.67 КБ
5910249 (3).jpg127.93 КБ
5910249 (4).jpg111.16 КБ
5910249 (6).JPG542.63 КБ
5910249 (8).jpg125.46 КБ
5910249 (9).jpg98.71 КБ

Комментарии

Отправить комментарий

Фотографии на сайте размещены в качестве научного, информационного, учебного и культурного материала без цели извлечения прибыли.