Аномальные и загадочные места Чукотки

Чукотка, Чукотский полуостров

В России есть места, которые по объективным причинам не избалованы туристам. Но на самом деле эти места загадочны, красивы и неповторимы. Чукотский полуостров, мыс Дежнева славится древней столицей эскимосов Наукан. 
Здесь вы встретите следы оквикской, бирниркской и прочих поздних палеоазиатских культур. Вечная мерзлота этих мест выталкивает на поверхность инородные тела из земли.
  

Мыс Дежнева славится древней столицей эскимосов Наукан. Три тысячелетия этих мест сделали ландшафт и природу нетронутой и по-своему оригинальной. Многие эскимосы в советские времена ушли в материковую часть в колхозы и совхозы, а те, кто остался в Наукане, не забыли исконные корни эскимосского народа. Сейчас в Наукане о бывшей столице эскимосов напоминают китовые ребра, которые торчат прямо из земли. 

                                                         Наукан, мыс Дежнева                         

На Чукотке НЛО отпугивают людей от своих баз
Не секрет, что неопознанные летающие объекты выбирают для своего базирования труднодоступные и малолюдные места. Чукотка имеет размер нескольких европейских государств. А население - всего сто сорок тысяч человек. Неудивительно поэтому, что полуостров часто посещают НЛО.

По своему расположению, полуостров Чукотка как нельзя лучше подходит для размещения на нем баз пришельцев. Обширная малонаселенная территория затрудняет ведение активного наблюдение за появлением НЛО. А во время длительной полярной ночи, когда вся Чукотка погружается в темноту и наступают сильные холода, ее жители стараются без крайней нужды вообще не выходить из домов. Естественно, что зафиксированных встреч с НЛО в этом регионе не так уж много.
 
Мыс возле селения Ванкарем, одного из активных мест появления НЛО

Несмотря на редкие встречи с неопознанными объектами, жители Чукотки, проживающие в населенных пунктах Инчоун, Нешкам, Нутепельмен и Ванкарем, свидетельствуют, что вдоль линии Уэлен–Ванкарем в небе периодически пролетают странные объекты, не похожие на земные летательные аппараты. Их замечали в любую погоду и в разное время суток. Полет проходит на разной высоте, причем совершенно бесшумно. Часто замечали объекты, которые мерцают многочисленными огоньками зеленого цвета.

Об одной из встреч жителя Чукотки с НЛО рассказала уфологам учительница из села Ванкарем.

В декабре 1989 ггода в Ванкарем возвращался с охоты житель села по имени Етынкеу. Охотника и поклажу везли десять ездовых собак. Длинный путь домой был хорошо знаком Етынкеу и собакам упряжки. Со стороны океана дул неприятный, пронизывающий ветер, поэтому охотник повернулся к нему спиной. Нарты быстро ехали по твердому снежному насту. 
 
Около пяти часов вечера Етынкеу заметил, как перед упряжкой по снегу пробежал всполох. Думая, что он вызван полярным сиянием, охотник посмотрел на небо. И увидел вместо полярного сияния медленно и бесшумно летевший объект огромных размеров.

Испугавшись, Етынкеу крикнул на собак, желая увеличить скорость упряжки, но, к его удивлению, они остановились и, виновато повизгивая, легли на снег. Охотника внезапно охватила сонливость и он, засыпая, успел заметить, как зависший над упряжкой объект осветил местность фиолетовым светом.

Когда Етынкеу очнулся, то понял, что в себя пришел быстро. Голова не успела остыть, хотя шапка с нее соскользнула, когда он смотрел на небо. Чувствовалась сильная усталость и ломота в костях, как от сильной физической нагрузки. 
 
Плохо чувствовали себя и собаки, с большой неохотой везя нарты к дому. Когда охотник рассказал жителям поселка о происшедшем с ним, выяснилось, что подобные истории случались со многими мужчинами их села. Просто охотники стараются не говорить никому о встречах с НЛО. Среди них бытует поверье, что у тех, кто рассказывает про непонятные летающие объекты, встречи с ними будут происходить часто, а закончатся непременно бедой.

Как-то летом Александр Полоротов, вахтенный судна, стоящего в районе села Усть-Белая увидел, что кучевые облака стали быстро собираться в круг. В центре идеального по размерам круга просматривалось чистое небо. Полоротов немедленно принес из каюты фотоаппарат и стал снимать на пленку происходящее. А происходили в небе странные вещи. Из круга неожиданно стали вылетать самолеты.
 
Около десяти раз они появлялись по три–четыре одновременно и пропадали в облаках. После серии снимков перестала включаться лампочка готовности к съемке. Фотоаппарат забарахлил, с трудом переводилась пленка. Вместе с вахтенным странное явление наблюдали еще семь человек.

После того, как Александр проявил пленку, он увидел, что на снимках нет никаких самолетов. На них четко был запечатлен сигарообразный объект. В отдалении от «сигары» виднелось несколько черных точек. Последние четыре кадра были чистыми. На них не было ничего. Через некоторое время после того, как видение на небе пропало, команда судна почувствовала себя плохо. Все ощутили сильную слабость и головную боль.

Зимой 1991 года сделать с десяток отличных снимков НЛО удалось Валерию Ежову, жителю села Новое Чаплино. Шарообразной формы объект словно позировал перед фотокамерой. Во время съемок из шара выдвинулись два «отростка» с яркими огнями на концах, и появились концентрические окружности.

Новогодней ночью 2011 года житель Анадыря Александр Карачун снимал над поселком Угольные Копи огни фейерверка. Ничего необычного не происходило. Когда же он просматривал сделанные снимки, то онемел от удивления – над территорией военного аэродрома в воздухе висел НЛО.
 
Местные жители отмечают, что наиболее агрессивно по отношению к людям НЛО ведут себя в районах Ванкарема, Усть-Белой, а также у озера Элыгыгытгын. Почему - остается неясным. Возможно, что именно в этих, почти необжитых местах, и находятся базы пришельцев. И, проявляя агрессию, пришельцы стараются не допустить в своим базам людей («Репин»).


  
Чаукская зона
Чаукская зона - возможное аномальное место в Чаукском районе Чукотского Автономного округа, где довольно часто происходят наблюдения НЛО. В архиве «Космопоиска» есть множество сообщений из этого малонаселённого района.

Так, ночью в конце декабря 2000 года очевидец, 29-летний тракторист Владимир Григорьев, видел, как сверху опустился голубой яркий шар «размером с баскетбольный мяч». От внезапности увиденного очевидец остановился, вышел из бульдозера. Весь полёт НЛО длился тогда не больше 5 минут...

В ночь 15/16 января 2001 года В.Григорьев заметил на западе яркую красную звезду. На протяжении получаса-часа он наблюдал звезду «странной формы», которая «переливалась и вела себя необычно». Очевидец, в момент наблюдения находившийся в тракторе Т-130, разбудил напарника Николая, в течение получаса они обсуждали увиденное, согласившись, что это «что-то испытывают военные»... 
 
На базе они поделились увиденным с коллегами, их версия была поддержана... В этом районе неоднократно наблюдались такие же странные светящиеся шары, спускавшиеся с неба и... подлетавшие вплотную к дорожно-строительным рабочим. Многие из невольных очевидцев также считают, что имеют дело с «военными испытаниями». (В. Чернобров).

 

Шаманы Чукотки
Наиболее распространенным видом трансовой культуры на Чукотке и Аляске было использование транса в воинском искусстве, особенно при подготовке и ритуальной имитации будущего сражения. 

Шамань (ангакок) были носителями всей культуры своего народа. Они хорошо знали воинское искусство, промысел и прочие культовые обряды. Лечение, методы управления погодой, способы трансового воздействия на человека и животных. Шаманы умели общаться с природой непосредственно и могли многое предсказывать и предвидеть. 

Считалось, что весь мир населен духами, поэтому общение с духами и есть профессия шамана. По верованиям древних чукчей и эскимосов у всех природных явлений и объектов есть их хозяева - духи, поэтому для достижения любых целей, будь-то охота или лечение, необходимо было вступать в общение с духами-хозяевами. 

Население считало, что в природе всем управляет некая сила - хила. Обладающий этой силой добивается успеха в своем деле, поэтому считалось, что именно шаманы обладают этой таинственной природной силой. 

Костюм шамана с различными погремушками и бубном весил иногда до 30 кг, поэтому шаманы действительно были люди сильные и выносливые и могли плясать, трудиться, выкрикивать в трансе по несколько часов подряд, а при лечении, в некотороых случаях, по несколько дней, после такого лечебного сеанса шаман падал и не мог пошевелиться, находясь в полуобморочном, полутрансовом состоянии. 
 
Люди верили, что существует «верхнее небо», куда шаман мог входить и оттуда все видеть и знать. Шаманы разделялись по своей квалификации, одни умели одно, другие -другое, но были шаманы универсалы, они могли все. При лечении шаманы обязательно использовали транс, лечебные травы, напитки и заклинания. («Мифология Народов»).

Чукотка, Чукотский полуостров

Предсказание чукотского шамана: Верить или нет?
В середине XX века в СССР была развернута широкая антирелигиозная кампания против оккультных шарлатанов, в результате которой шаманизм практически полностью был уничтожен. У шаманов отбирали ритуальные принадлежности, запрещали камлать, ссылали и сажали в лагеря, некоторых устраняли физически.

Лишь недавно шаманизм стал возрождаться, причем довольно успешно - по данным этнокультурного фестиваля «Ердынские игры», сегодня в России ведут практику больше тысячи шаманов, это в разы больше, чем в любой другой стране.
 
Шаманизм сегодня значительно помолодел, утверждают эксперты.

Если раньше «общаться с духами» могли в основном старики-долгожители, которые множество лет провели наедине с природой, сегодня средний возраст шаманов 25-30 лет, однако это никак не сказывается на доверии к ним.

Более того, если раньше шаманы принимали далеко не всех, часто даже приехавшим давали от ворот поворот, сегодня их деятельность поставлена на коммерческие рельсы, они охотно призывают духов и бьют в бубен, чтобы за деньги вылечить болезни, заглянуть в прошлое или в будущее. И - как уверяют некоторые специалисты - их предсказания удивительно точны, а потому желающих пообщаться с шаманами с каждым днем все больше и больше.

К слову, последнее пророчество подтверждает и чукотский шаман Кочап Тыкентекьев: «В ближайшее десятилетие будет открыт секрет долголетия, а в ближайшие четверть века жить до ста лет станет нормой. Падение рождаемости - во всех странах, люди не смогут рожать - будут очень хотеть детей, но не смогут, возможно, это даже спланированный эксперимент спецслужб, о котором мы узнаем не сразу» (Денис Лобков).

 

Чукотка, Чукотский полуостров

Религиозные верования чукчей
Традиционное мировоззрение чукчей опиралось на мифологические представления о природе и обществе. Картина сотворения мира, животных и человека в чукотских мифах рисуется предельно просто и лаконично. Нет целого связного повествования. Есть как бы отдельные отрывки, в которых сообщается о создании Творцом особых видов жизни на земле, без всякой связи и обоснования.

В одном из текстов рассказывается, что некогда было темно, но уже были две земли Льурэн и Кэнычвэй (названия реально существующих селений на Чукотском полуострове). Творец сидел и думал, как бы сделать свет. Занятый этой мыслью, он создает ворона, затем маленькую птичку, которым и поручает «продолбить зарю». Ворон не выполнил этого и был изгнан Творцом, а маленькая птичка сделала большое отверстие, заря брызнула, стало светло. 
 
Творец сошел на землю, набросал нерпичьих костей, сказал: «Будьте люди!». Чтобы проверить, как живут люди, он создает куропатку, полярную сову, лисицу, песца, волка. Все они боятся людей и ничего не могут узнать. Тогда он снова отправляется на землю и учит людей, как надо размножаться. Сделал оленей из тальника, одежду, снаряд для добывания огня. Люди стали кочевать. Из земли сделал бурого медведя. Из забытого на стойбище огнива сделал человека, которого превратил в русского.

Однако Творец не создал должной гармонии в природе. Дальнейшие усовершенствования в природе и жизни на земле, во Вселенной, созданием их современного облика стал заниматься Ворон (Куркыль). По просьбе людей он создал реки, горы, скалу среди моря, поселил на ней птиц.

В другом мифе рассказывается, что Ворон создал рыбу, тюленя, моржа, кита, лахтака, медведя, волка, лисицу. Затем сказал: «Довольно теперь даров! Стану незримым, буду летать над землей, шумя пугать». И стал громом. Уже с первых шагов благой деятельности Ворон сталкивается с кэле, выступая в роли защитника и покровителя людей, успешно справляющегося с кознями кэле (мн. ч. - кэльэт) - носителями зла. Нередко он действует и выглядит, как человек. То он возвращает к жизни умершего сына, то становится весьма сильным шаманом, то просто человеком со свойственными ему переживаниями, жизненными перипетиями. В конце концов, он заболевает и умирает.
 
Таким образом, Ворон не превратился у чукчей в «божество» и не вошел в пантеон существ, к которым следует обращаться за помощью, ему не приносят жертв. Функции его ограничились только устройством мира; дальнейшая судьба всего, что в нем происходит, зависит от других существ и обстоятельств.

Помимо жизни людей на поверхности земли, животного и растительного мира, явлений природы, видимых светил, по представлениям чукчей, существовала жизнь и над небесной твердью и под землей. На верхней (небесной) вселен¬ной живут предки. Они ведут тот же образ жизни, что и на земле - имеют стойбища, оленей. 

Эта вселенная пополняется людьми после смерти на земле. Однако попадали туда лишь те, кто умирал достойной смертью: воин, погибший в сражении; человек в результате умерщвления близкими («добровольная смерть»); умершие по старости. Люди, умершие от болезни, попадали в подземный мир, обиталище вредоносных существ (кэле).

Из всего многообразия представлений о предметах и явлениях природы первостепенное значение у чукчей принадлежит наргынэн. В повседневной жизни наргынэн воспринималась как божественная сила, «дух» вселенной, природа. От него зависит благополучие людей. Наргынэн ведает метеорологическими явлениями. Чукчи говорят: «наргынэн илиръуркьш» - наргынэн дождит; «наргынэн выялятыркын» - наргынэн пуржит и т.п. 
 
Ему подведомственны туман, гром, молния, ветер, которые, однако, рассматриваются как особые живые существа. Наргынэн поддерживает жизнь людей на земле, это вполне доброжелательно относящееся к человеку существо, но оно не вмешивается в людские дела. Оно безучастно к судьбам людей до тех пор, пока к нему не обращаются за помощью. Просьбы людей наргынэн обычно удовлетворяет, хотя и не безвозмездно.

Представления о явлениях и предметах природы характеризовались их олицетворением, на них переносились свойства человека и человеческого общежития на уровне тех социальных особенноcтей, которые прочно закрепились в быту и сознании чукчей. Однако степень очеловечивания разных видов животных, птиц не была одинаковой, а зависела от «разумности» их поведения в жизни. 

Человеческими качествами наделялись земля нутэнут, солнце, месяц, вершина неба (зенит), Полярная звезда, рассвет, полдень, тьма (запад) - все, что обнаруживает видимое движение, изменение качественных и количественных состояний. Олицетворение светил носило настолько реалистические черты, что все они представлялись существами, обладающими человеческими потребностями, желаниями. Мир человека и мир некоторых животных не были отделены друг от друга. Человек мог жить с волками, жениться на белой медведице, женщина могла выйти замуж за орла, тюленя, росомаха - воспитывать сироту (человека) и т.д.
 
По представлениям чукчей, солнце и луна, юго-восток и северо-запад, тепло и стужа, надземный и подземный миры, день и ночь - все, что по своей природе существовало в естественном противоположении, рассматривалось как противоборство двух начал - благожелательных к человеку и всему живому (солнце, тепло, свет) и враждебных к ним (луна, стужа, тьма и т.п.). Сознание тесной сопричастности (сопряженности) человеческой жизни с явлениями природы, светилами воспринималось как жизненная реальность.

Жизнь чукчей всецело зависела от успешных промыслов. Поэтому их представления содержат понятия о существах, ведающих промысловыми животными, угодьями, отдельными местами. По существу каждое место, где останавливались чукчи на ночлег или на непродолжительную стоянку, представлялось как место, принадлежащее невидимому существу, благожелательному хозяину, требующему за пребывание подарка, жертвы.

Леса, реки, озера, различные виды зверей и деревьев имели своих хозяев этын, этынвыт. Эти хозяева ведут себя точно так же, как и подлинные хозяева стад оленей и другого имущества. Если человек оказывает им почтение, они так же проявляют щедрость и взамен дают то, чем они богаты.
 
Особую категорию благодетельных существ составляли предки семьи, патриархальной общины, селения. Представление о них, как о старших наставниках, умелых и опытных оленеводах, охотниках, смело и самоотверженно боровшихся за благополучие своих семей, умевших находить правильный выход во всех испытаниях жизни, сохранялось за ними и после их смерти. Внешним выражением связи семьи с соответствующими предками были стилизованные деревянные или вырезанные из кожи фигурки, призванные изображать этих предков, быть их заместителями. Находились они в связках домашних покровителей.

В окружающем человека мире помимо доброжелательных существ находилось не меньшее число вредоносных - носителей всех видов зла, неприятностей. Кознями кэльэт объяснялись скоропостижная смерть, болезнь, нечаянная гибель людей, неожиданный плач ребенка, потеря правильного направления в пути и т.д. 

Кэльэт всегда подкарауливали зазевавшихся путников, людей беспечных, утративших необходимую бдительность, готовность сопротивляться. Как бы ни были страшны козни кэльэт, с ними можно было бороться и побеждать их. При затмении солнца можно было собрать бубны, сковороды, тазы, имевшиеся в селении и их звуками отпугнуть кэле - похитителя солнца.

В соответствии с системой религиозных представлений существовали культовые отправления: жертвоприношения, кормления, сопровождавшиеся словесными обращениями, просьбами. Всем «священным» предметам, действиям, обращениям приписывалась способность изменять в нужном для человека направлении ход и развитие событий, вызывать желаемые и предупреждать нежелательные явления.
 
Если в религиозном сознании оленеводов все основные культы определялись желанием успешно развивать оленеводство, то для приморских охотников было характерно поклонение морю - их главному источнику существования. Вместе с тем у тех и других существовали общие представления и общие культы: культ Наргынэн (Природы, Вселенной), Рассвета, Полярной звезды или Зенита неба (обители Творца), созвездия Пэгиттин, а также ряд промысловых культов.

Каждая семья имела домашних (семейных) охранителей тыйныквыт. Это связки разных предметов, преимущественно остатки животных, птиц. Обязательными в таких связках были изображения предков, доски-огнива и традиционные в данной семье предметы: клюв ворона, коготь медведя, шкура песца, лисицы, череп волка, песца, белого или бурого медведя. 

По представлениям чукчей, все эти предметы обладали присущими им жизненными свойствами. Они были не божествами, а охранителями семьи от кэльэт. Находясь в жилище, они защищали его обитателей своей грубой силой (медведи, волки), ловкостью и хитростью (песцы, лисицы), мудростью (ворон), жизненным опытом (фигурки предков).

При жертвоприношениях домашние святыни всегда выносились к месту отправления таинства и как бы принимали участие в ритуалах, рассматривались как члены семьи, патриархальной общины. Им не поклонялись, их только угощали, кормили. В мифах и в религиозной практике чукчей первостепенное значение имел культ Наргынэн. Не менее важным считался культ Тнагыргын - Рассвета и других сторон света. 
 
Любое жертвоприношение сопровождалось угощением (кормлением) Востока (Рассвета), Юга (Полдня), Запада (Предвечерних сумерек) и Севера (Тьмы). Добродетельные свойства Рассвета использовали не только для того, чтобы он помогал находить добычу, с его помощью рассчитывали «исцелиться» от болезни.

Звезды и комбинации звезд, которые можно было бы назвать чукотскими созвездиями, также принадлежат к существам, покровительствующим людям в их благих делах. Особого внимания заслуживает Полярная звезда. К числу общих для всех чукчей объектов культа принадлежало созвездие Пэгиттин (звезды Алтаир и Тараред из созвездия Орла). 

Культ этого созвездия опирался на представление, будто с появлением на небосводе этих звезд во время зимнего солнцестояния приходят свет, солнце, а за ними тепло, постепенное оживление в природе. В этот период дикие олени меняли направление движения с юга на север. Видимо, это один из древних культов чукчей. Пэгиттин представлялся им владельцем неисчислимых стад оленей.

Роль посредника между теми, кто просил, и теми, кому адресовалась просьба, выполнял огонь очага, который обязательно получал угощение наравне с домашними охранителями. Через огонь испрашивали хорошую погоду, угощали предков. С домашним очагом тесно связан культ предков.
 
Обращения к высшим силам, к духам-охранителям сами по себе не имели никакого магического значения, если они не сопровождались материальными подношениями. Жертвоприношения чукчей носили общинный, семейный и индивидуальный характер.

Чукчи не выработали никаких определенных по форме и содержанию, общепринятых формул (молитв) при обращениях во время жертвоприношений. Такого рода обращения всегда были индивидуальны. Они выражали определенную просьбу, носили лаконичный, предельно конкретный и ясный по содержанию характер.

Для большинства чукотских шаманов шаманство не стало профессией, постоянным источником существования. Все обрядовые служения, связанные с «божествами», исполнялись внутри семьи, патриархально-семейной общины их главами. В каждой семье кто-нибудь из ее членов, обычно муж или жена, знал приемы, способы и средства борьбы со злокозненными существами лыгикэльэт - главными врагами чукчей. 

Чукотка, Чукотский полуостров

В борьбе с ними защитными свойствами обладали бубны, имевшиеся в каждой семье, огнестрельное и холодное оружие, собаки, семейные и личные охранители тайныквыт. Главе каждой семьи были известны способы связи с доброжелательно расположенными к человеку существами, различными вагыргыт.
 
В чукотском обществе не было особой религиозной организации, религиозные функции выполняла патриархально-семейная община, ее старшина в первую очередь. Однако ни семейная община, ни отдельная семья не могли справиться своими силами и средствами с разными неожиданностями. В таких случаях обращались за помощью к шаманам, иногда даже далеко живущим, но известным. Борьба со злокозненными существами, в какой бы форме ни проявлялось их действие, осуществлялась шаманом.

В отличие от рядовых чукчей шаманы имели духов-покровителей. Пользуясь их силой, ловкостью и хитростью шаман изгонял или уничтожал лыгикэлъэт, разрушал их злые козни. Другим важным качеством шамана было состояние экстаза, во время которого предполагалось вхождение в него духов-покровителей, путешествие шамана в подземный или надземный мир в поисках души умершего или тяжелобольного, в поисках предков больного или человека, пожелавшего получить совет от умерших родственников. 

Не менее важным обязательным качеством шамана было умение разговаривать со своими покровителями, предками, имитировать их голоса, завывание ветра, морского прибоя, т.е. иметь «отдельные голоса» янра-колет. Главными функциями шамана было врачевание - изгнание из тела больного лыгикэли, разгадывание и своевременное предотвращение коварных замыслов других шаманов. Чукчи долго отождествляли врачей и шаманов, называя тех и других по-русски "доктор" и по-чукотски энэныльын - шаман.
 
Все благодарственные служения, праздник моржа, осенний праздник кита проходили под руководством глав патриархально-семейных общин. Шаманы принимали участие в них, присутствовали как рядовые члены охотничьего коллектива. Чукчи полагали, что в трудных случаях, когда нужно принять ответственное решение, полезно обратиться к предкам. Связь с предками осуществлялась через шаманов. Под звуки бубна и собственный напев шаман приходил в экстатическое состояние, вызывал духа требуемого предка и задавал ему нужные вопросы. Ответы шаман произносил, подражая голосу вызванного предка. Дар имитации в таких случаях играл роль доказательности разговора.

По убеждению шаманов, причиной заболеваний являлось проникновение в тело человека злокозненных существ. Иногда они, изловчившись, похищали душу увирит человека. В таких случаях шаману предстояло отыскать похитителя, вызволить душу и водворить на место, т.е. в тело больного человека. Весьма распространенным было использование разного рода защитных действий, в том числе отступных жертвоприношений, замена души человека душой жертвенного животного. Шаманы наделяли больных амулетами.

Избавиться от преследования злокозненных существ можно было и без участия шамана. Для этого следовало сделать себя неузнаваемым. С этой целью чукчи наносили больному знаки помазания, татуировку в виде черточки на переносье или кружков по обе стороны рта. Полезным считалось изменить имя, отрастить волосы, изменить прическу, одежду. 
 
Шаманские камлания у чукчей происходили в закрытом пологе, в абсолютной темноте, поскольку, как полагали, шаманские покровители кэльэт могли появляться на зов шамана только в темноте. Шаман видел и различал их, присутствующие могли только слышать их голоса. Искусные шаманы умели имитировать их приближение звуками завывания ветра, морского прибоя, голосами разных животных, птиц, полета насекомого. (Из книги Народы Северо-Востока Сибири)

Чукотка, Чукотский полуостров

Праздники чукчей
Календарные праздники чукчей были связаны с их основными хозяйственными занятиями: у береговых чукчей - с морской охотой, у кочевых -с оленеводством.

Вынос cвященных предметов на праздник. Фото Нувано В.Н.Оседлые чукчи первый весенний выход в море отмечали праздником байдары. В нем принимали участие все члены байдарной артели и самые старые члены семьи владельца байдары. Утром байдару снимали с подставы из китовых костей, на которой она находилась всю зиму, и ставили на землю с западной стороны от жилища. 

Приносили в жертву морю оленье мясо, после чего обходили процессией вокруг жилища: «Впереди процессии идет старейшая женщина в семье, за ней следует владелец байдары, рулевой, гребцы, и за ними уже идут все остальные участники праздника... По окончании процессии участники ее входят в шатер и начинают пение.

Пение сопровождается пляской и битьем в бубен, продолжается несколько часов и к вечеру заканчивается шаманством... Наутро, когда байдара лежит еще у шатра, устраивают гадание на кусках топленого сала, оставленных в байдаре на ночь. По трещинам, проходящим по салу, стараются угадать, будет ли байдара иметь в этом сезоне удачу, в особенности в охоте на кита и полярного медведя» (Богораз, 1939. С. 98). Перед спуском байдары на воду опять приносили жертву морю.
 
Летом, когда заканчивался сезон ледовой охоты на тюленей, устраивали праздник голов. Для него заранее запасали в специальных ямах-погребах головы моржей и тюленей. На празднике их раскладывали на шкуре посредине жилища, ставили перед ними большую лампу и «угощали» «чужой» пищей: начиненными оленьими желудками, оленьим жиром, табаком, мукой. 

Старая женщина садилась перед головами и исполняла в их честь семейные напевы. В это время мужчины ходили вокруг голов, восклицая: «Joho! Joho!», а затем совершали жертво-приношения всем «направлениям», начиная с утренней зари. Постоянную удачу на охоте должен был обеспечить особый ритуал: к длинному ремню привязывали самую большую моржовую голову, и мужчины, взявшись за ремень, изображали, что они тащат пойманную добычу. Все присутствующие на празднике принимали участие в обрядовых плясках и ритуальной трапезе. В заключение праздника его участники "стряхивали с себя все болезни и несчастья" (Там же. С. 99).

Чукотка, Чукотский полуостров

Осенью семьи береговых чукчей устраивали праздник в честь Кэрэткуна -хозяина морских зверей. Праздник продолжался два-пять дней. И взрослые, и дети на этот праздник облачались «в подражание Кэрэткуну и его жене» в кухлянки из сухих оленьих кишок. Хозяин и хозяйка надевали особые головные уборы. Присутствующие демонстрировали свое мастерство в игре на бубне, пении, плясках. 

Изображению Кэрэткуна приносили жертвы в виде ритуальной пищи. Обязательной блюдом на празднике была, толкуша, приготовленная из корней и стеблей растений, тюленьего жира и оленьего мяса. В последний вечер праздника варили целую оленью тушу и раздавали гостям. Изображение Кэрэткуна сжигали (Там же. С. 88-94).
 
Один из самых популярных праздников береговых чукчей был связан с добычей кита. Когда к берегу подплывали байдары с загарпуненным китом, их встречала толпа жителей селения. Радостными возгласами они приветствовали охотников. По описанию В.Г. Богораза: «В то время, как туша находится еще в воде, вокруг нее несколько раз по направлению движения солнца объезжает байдара, участвовавшая в охоте. 

Владельцы байдары кричат обычное для чукотских праздников восклицание: «Joho! Joho!». Когда тушу подтаскивают на берег, участники праздника устраивают процессию, которая также несколько раз обходит вокруг туши. Впереди процессии идет владелец байдары, с которой был нанесен последний смертельный удар зверю, за ним идет человек, нанесший последний удар.

Все стоящие на берегу при вытаскивании туши принимают участие в процессии, причем каждый из присутствующих кричит: «Joho! Joho!». Затем к процессии присоединяются женщины, и снова все обходят вокруг туши зверя. Женщины произносят заклинания, имеющие целью примирение с китом и убеждающие его приглашать родственников и товарищей приходить в будущем к берегу. 
 
Затем следует дележ мяса, в котором могут принимать участие жители всех соседних селений и стойбищ. В это время женщины из семьи владельца той байдары, с которой был убит кит, отрезают по кусочку от конца плавников, носа и обеих губ. Они берут также глаза, несколько самых коротких усов, негодных для продажи, а также отщепляют по кусочку от более крупных пластин. Все это складывается на шкуру и представляет целого кита.

Шкуру с лежащими на ней частицами подносят к шатру и перед входом «киту» дают пить, ... т.е. делают небольшое возлияние теплой водой. После этого «киту» подносят в жертву начиненный желудок и оленье мясо. Затем его вносят в шатер и кладут наверх внутреннего полога, близко к передней стене» (Там же. С. 100). 

На этом месте шкура лежит в продолжение всех пяти дней праздника. Около нее всегда горит огонь. «Киту» дарят ожерелья и другие подарки. В честь него днем и ночью звучат песнопения, устраиваются пляски под бубен, ритуальные трапезы. После праздника остатки еды и выпавшую из шкуры шерсть бросают в море, «возвращая этим жизнь убитому киту и отдавая его обратно морю».

У кочевых чукчей праздники, связанные с годовым хозяйственным циклом, назывались тааронгыргыт – «жертвоприношения». На них всегда приносили в жертву оленей. Остальные их праздники представляли собой либо благодарственные обряды по случаю удачной охоты, либо «выполнения приказаний, полученных во сне» (Там же. С. 71).
 
Осенний цикл тааронгыргыт состоял из двух праздников. Первый праздник назывался «убой тонкошерстного молодого оленя», второй – «делание шкур для одежды». Оба праздника устраивались в августе на стойбищах и приурочивались к возвращению стад с летних пастбищ.

О приближении стада к стойбищу пастухи оповещали его обитателей заранее. Сразу же начиналась интенсивная подготовка к празднику. Ярангу символически переносили на новое место - всего на несколько метров от прежнего, что, по-видимому, символизировало перекочевку. 

При этом «предпраздничная установка яранг на новом месте отличалась от обычного способа их расстановки тем, что к верхним жердям остова... именно к тем из них, которые помещались над местом расположения полога, прикреплялись пучки сухой травы, называемые ятыквын – «место входа» (Кузнецова, 1957 С. 266). 

По мнению В.Г. Кузнецовой, «выполнение подобного обряда и соответственно его наименование дает основание высказать соображение о связи современной яранги с полуподземным приморским жилищем, имевшим, помимо бокового входа, другой вход - через крышу» (Там же). Перенос яранги сопровождался жертвоприношениями ритуальной пищи. Очаг на старом месте яранги обкладывался камнями (Валъгиргин, Нувано, 2008. С. 222).
 
Прибывшее стадо встречали выкриками, стрельбой из луков, потрясанием копьями, разбрасыванием жертвенной пищи. В сторону стада бросали огонь. Забой оленей начинался сразу же по прибытии стада. Мужчины убивали оленей ножами или копьями. Разделка оленьих туш производилась исключительно женщинами. Ей предшествовала серия ритуалов. 

Так, тушу непременно надо было «напоить». Для этого «каждого заколотого оленя повертывали головой на восток и поливали водой из деревянной ложки в трех местах (начиная с головы) - рот туши, грудь выше раны и заднюю часть. Зеленые ветки изображали подстилку, которую подкладывали под заднюю часть туши и под голову» (Кузнецова, 1957'. С. 268).

Разделанные туши оленей заносились в ярангу. После этого костным мозгом оленя «смазывали «лица» огнивных досок (часть прибора для добывания огня), стоявших в северной половине яранги у нарты вблизи полога, связки семейных «охранителей» (тайныквут), висевшие на поперечной жерди над огнивными досками, и череп медведя, привешенный на жердь полога. 

Кусочки мозга клали под камни очага с двух сторон (со стороны выхода из жилища и с противоположной, расположенной ближе к пологу). Смазывали также камешек, привязанный к одному из трех основных шестов, который помещался на северной стороне яранги, голову ворона (если она имелась среди семейных святынь), висевшую на поперечной жерди у входа» (Там же. С. 270-271). В яранге женщины (и хозяева, и гости) продолжали обработку туш. Основной праздничной пищей было мясо.
 
На празднике производилось помазание оленьей кровь, которая производила хозяйка. Она мазала мужу лицо, подмышки, верхнюю часть кухлянки, обувь. Мужчина в свою очередь наносил ей знаки помазания на лице. Процедура помазания распространялась и на гостей. Оленьей кровью смазывались также все углы яранги, священные предметы. Праздник заканчивался на пятый-шестой день после забоя оленей. 

Во время праздника сушили оленьи шкуры, вялили мясо, устраивали состязания в беге - рачвунгыргын. Мужчины и женщины бег производили раздельно. Победители награждались призами, каковыми могли быть лахтачьи ремни, нерпичьи и оленьи шкуры, табак, спички, сахар. На состязаниях обязательно производились жертвоприношения, «кормление» огня. В последний день праздника сжигали на кострах оленьи кости и сооружали на месте сгоревших костров бугорки из дерна.

Одним из самых древних праздников чукчей был праздник рогов - килвэй. Примечательно, что килвэй праздновали не только оленные, но и береговые чукчи и эскимосы. Существует мнение, что само название праздника «Килвэй» происходит от слова вэйвэт, которое обозначает «делиться мясом» или тем, что имеешь (Валъгиргин, Вувано, 2008. С. 220). 
 
На этом празднике не производили забой оленей, но обязательной ритуальной пищей было оленье мясо, специально заготовленное для него во время зимнего (декабрьского) или осеннего забоя. Причем, количество заготовленных оленьих грудинок должно было соответствовать количеству членов семьи мужского пола. «В течение многих месяцев, отделяющих зимний, а особенно осенний убой оленей, от весеннего праздника килвей жертвенное мясо перевозилось вместе со стойбищем» (Кузнецова, 1957. С. 302).

Обязательным ритуальным блюдом на празднике рогов была щавелевая каша, для приготовления которой «подогретый у очага щавель растирали руками на деревянном лотке и добавляли в эту массу оленьей крови, сохраняемой от осеннего убоя в оленьем желудке, а затем еще нерпичьего жира» (Там же. С. 304)..

Готовясь к празднику, мужчины и мальчики сооружали позади яранги кучу из сброшенных оленьих рогов и собранных заранее веток кустарника. Поверх рогов клали несколько шкурок оленьих телят и связку семейных охранителей (тайныквыт). К куче приставляли огнивные доски «лицом» в сторону яранги.
 
Хозяйка в праздничной одежде выносила из яранги горячие угли и разжигала на жертвенном месте, позади яранги, костер. Она обрызгивала жертвенным жиром и щавелевой кашей рога и кустарник, «кормила» огонь, огнивные доски и охранителей, затем производила «кормление» священных предметов, оставшихся внутри яранги. 

Хозяин разбрасывал жертвенную пищу на некотором расстоянии от яранги. Кусочками ритуального мяса и костного жира угощались все присутствующие. По окончании обряда пища, охранители, огнивные доски заносились обратно в ярангу, после чего груду рогов разрушали. Праздничная трапеза происходила в яранге. После проведения праздника рогов чукчи начинали перекочевку на летовку.

И береговые, и оленные чукчи отмечали праздник благодарения мн'эыргын. «Всякая неожиданная добыча ценного зверя, удача в каком-либо деле, на охоте, в торговле, даже рубка березы для нарт или древков копий могут служить поводом к проведению этого праздника» (Вальгиргин, Нувано, 2008. С. 222). Особенностью праздника было то, что он проводился внутри наглухо закрытого жилища. «Обычная картина обряда - закрытый вход яранги, суженный дымоход, тлеющий костерок, в который подкладывают предварительно смоченный мох и склонившийся к оленьей лопатке предсказатель» (Там же).

Использование бубна на этом празднике было обязательным. «Обряд начинал хозяин ударами в бубен. Для этого он становился вблизи закрытого входного отверстия яранги. Иногда рядом с ним находился еще мужчина из той же яранги. Они ударяли снизу в обод бубнов колотушками. 
 
Затем включалась в обряд хозяйка, исполняя напевы перешедшие от матери. Через некоторое время ее сменяла другая женщина. Присутствующие криками ободряли бьющих в бубен, время от времени повторяя возгласы «огой-огой» (його-його). Дымная яранга наполнялась разнообразными звуками: многоголосым пеньем женщин, ударами в бубны, возгласами присутствующих.

Менялись многократно исполнители игры на бубнах, их передавали женщинам своей семьи, и гостям-мужчинам, били в бубны и мальчики. Женщины из семьи, проводившей обряд, сменяли одна другую в пенье или же пели одновременно, каждая свои напевы. Обряд длился в течение нескольких часов. Состав присутствующих лиц пополнялся людьми, приходящими из других яранг. Некоторые уходили к соседям. Оберегая жилище от проникновения наружного света, люди ползком проникали в ярангу» (Кузнецова, 1957. С. 318). Каждая чукотская семья отмечала праздник благодарения один-два раза в год. (Из книги Народы Северо-Востока Сибири)

 

  
Люди-мухоморы
Люди-мухоморы - согласно представлениям ительменов и соседних народностей, антропоморфные мухоморы, соблазняющие мужчин и водящие людей по тропам мёртвых Усвоение... простой идеи о жизни неодушевлённых предметов представляет собой много трудностей, так как эти предметы не имеют органов и приспособлений, необходимых для проявления жизни. В преодолении этой трудности чукотская концепция переходит на вторую стадию, отождествляя различные части предмета с соответственными органами человеческого тела.

Так, например, опьяняющие мухоморы представляют собой «особое племя» (janra varat). Они очень сильны, и когда растут, то прорывают своими крепкими головами плотные корни деревьев и рассекают их надвое. Они прорастают сквозь камни и раздробляют их в мелкие куски. Мухоморы являются к пьяным людям в странной человекоподобной форме. Так, например, один мухомор явится в виде однорукого и одноногого человека, а другой – похожим на обрубок. Это не духи, это именно мухоморы, как таковые. 

Число их, видимое человеком, соответствует тому, сколько он их съел. Если человек съел один мухомор, он увидит одного мухоморо-человека, если съел два-три, увидит соответствующее число. Мухоморы берут человека за руки и уводят его на тот свет, показывают ему всё, что там есть, проделывают с ним самые невероятные вещи. Пути мухоморов извилисты. Они посещают страну, где живут мёртвые. - Богораз В.Г. «Чукчи»
 
Врядли стоить повторять за Богоразом, что народы Чукотки «усваивали» идею жизнедеятельности неодушевлённых предметов. Он писал в то время, когда человеческая культура рассматривалась как продолжение дарвиновской эволюции и развивалась стадиально - от более простого к более сложному. Врядли стоит вообще говорить о мухоморах, как о «неодушевлённых предметах», потому что в представлении этих самых народов ситуация видится совершенно иной.

Естественно, представления о мухоморах во многом вызваны тем эффектом, которое оказывает принимание этого гриба. Сама практика предполагает не жевание, а проглатывание его:

Его нельзя жевать, а нужно проглотить целиком. Желательно даже не запивать его водой, а просто побольше набрать в рот слюны. Если гриб «полезет» легко - будешь помнить увиденное, если плохо - все забудешь. - Головнёв А. «Пегтымель»
 
То есть, это можно интерпретировать как слияние двух существ, одно из который принимает в себя другое, не нарушая его цельности. Это слияние, естественно, реализуется в представлении, что человек в мухоморном видении сам наследует черты мухоморов, например, его голова замещается шляпкой гриба.

Когда проглотишь мухомор, чувствуешь себя крепко; ноги идут, но голова другая - голова мухомора на тебе. - Головнёв А. «Пегтымель».

Соответственно, мухоморы тоже могут наследовать человеческие черты.
 
Для подобных состояний наркотического опьянения очень характерно исчезновение стандартных культурных запретов, табуированных тем. Одна из главных черт людей-мухоморов - их связь с миром мёртвых. В видениях мухоморы забирают человека и водят тропами мёртвых. Данное объяснение принадлежит старому ительмену по имени Наталько и пересказано А. Головнёвым в 1998 году:

Мухоморное «погружение» - рискованное путешествие в мир духов и умерших,ритуальная (а иногда реальная) смерть. Наталько рассказывал, как однажды, проглотив мухомор, он оказался в стране мертвых, прошел разные круги покойников, в том числе утопленников и светившихся «сгоревших». Всюду его поторапливали, предупреждая, что если он задержится, то останется навсегда. Между светящимися «сгоревшими» пройти было особенно трудно. «Только когда я нужную песню вспомнил, сумел пройти», - вспоминал Наталько

Особый круг представлений связан с девушками-мухоморами. Здесь представления народов Чукотки приобретают, скорее, эротический окрас. Отчасти это сверхъестественные соблазнительницы, которые могут увести человека в лес, чтобы он остался с ними, как в сказке про Челькутха. Девушки-мухоморы могут выступать жёнами, заманив в лес охотника, как в сказке про Челькутха (879: с.558-560). 
 
Если эту историю можно спроецировать на реальность, то есть мужчина «под мухоморами» теряет интерес к «настоящему» миру, то другие сохранившиеся сказки ительменов нельзя. В другой Синаневт находит для своего брата Эмэмкута жену среди девушек-мухоморов (906: с.101-103). В другой, девушки-мухоморы, собиравшие ягоды и попавшие под дождь, забираются в ухо к спящему Илэку и зажигают там костёр, чтобы обсушиться (906: с.125). 

Несомненно, что в последнем случае вариативность размера девушек-мухоморов (они то большие как женщины, то маленькие, чтобы забраться человеку в ухо) тоже отображает реальность, принимающего мухоморы, так как в размер предметов в видениях, как правило, непостоянный. 

Функционально образ девушек-мухоморов можно сравнить с образами жён из волшебного народа, но если в европейских подобных историях сверхъестественная жена сама перемещается в профанный мир и живёт там со своим мужем, надеясь вернуться назад, то для ительменских сказок это необязательно. В сказке про Челькутха тот уходит в лес к девушкам-мухоморам.
 
В 1965 году геолог И.М.Саморуков проходя мимо скал на чукотской реке Пегтымель заметил на них наскальные рисунки. Спустя два года экспедиция под руководством археолога Николая Дикова обнаружила там целую группу петроглифов, среди которых существенная часть была посвящена именно людям-мухоморам. Фигуры чаще всего женские, причём согласно свидетельствам видевших их чукч, фигуры полуобнажённые или обнажённые. Иногда рядом с ними появляются фигурки людей с ярко обозначенными детородными органами. Скорее всего, перед нами именно девушки-мухоморы.
  Чукотка, Чукотский полуостров
 
Мифология чукчей
Уэлeн (чук. Увэлен - в переводе означает «Чёрная земля») - село в Чукотском районе Чукотского автономного округа. Самый восточный населённый пункт России.

В корякской и ительменской мифологиях большую роль играют «облачные люди» (их иногда считают детьми творца), которые называют людей на земле «нижними жителями». Согласно чукотским представлениям, на небе в некоторых местах обитают определённые категории мертвецов; коряки считают, что одна из душ поднимается после смерти на небо к верховному существу, а другая душа (тень) через погребальный костёр отправляется в нижний мир. 

В преддверии царства мёртвых, где обитают «люди ранних времён», находится мир собак, с которыми при проходе душа должна быть ласковой. Злые духи, съедающие души, также обитают в нижнем мире, но не строго там локализованы.
 
По чукотским представлениям, на краю горизонта имеются проходы между скалами (поддерживающими небо?), которые то размыкаются, создавая ветер и пропуская перелётных птиц, то смыкаются. Неподвижная Полярная звезда мыслится также в качестве прохода через все миры (герои прилетают на орле или громовой птице; варианты - по солнечному лучу, по дыму костра, по нитке от иголки, воткнутой в небо). Своеобразной мифологической моделью мира является и жилище - стоящий посреди корякской полуземлянки столб-лестница символизирует связь верхнего и нижнего миров, отражая, по-видимому, представление о мировом древе.

Основными элементами пантеона северо-восточных палеоазиатов (носящего аморфный, незавершённый характер) являются: пассивное верховное небесное существо; 
 
 - активный культурный герой с чертами плута-трикстера (Ворон); 

 - некоторые небесные существа; всевозможные духи-хозяева (эта категория менее развита, чем в других сибирских мифологиях); 

 - различные виды злых духов и противостоящих им шаманских духов, а также сделанных руками человека амулетов-заместителей (последних можно включать в пантеон весьма условно - отделить, этих духов от вещественной оболочки и ритуальной функции невозможно). Большинство персонажей имеют двойную (зооантропоморфную) природу, причём антропоморфные черты более постоянны.

Верховное небесное существо имеет несколько более аморфный характер, чем у других северных народов Сибири и Америки. Его основные определения и функции: «существо», «сила» (корякск. вагыйныя, чукот. вагыргын) - понятие, включающее у чукчей некоторые звёзды, и т. д.; «вселенная», «наружное» (корякск. найнынен, чукот. наргынэн), представляющее высшее существо как моделирующее космос, космический порядок в целом и одновременно противопоставляющее внешний мир человеческому микрокосму; «некто наверху», «верхнее существо» (корякск. гычголен, чукот. гырголвагыргын), что указывает на небесную локализацию; «надзиратель», «наблюдатель» (гинагитальын).

Наблюдающий и покровительствующий людям с большой дистанции и редко прямо вмешивающийся в их жизнь; «творец» (тенан-томгын - только в чукотских мифах; в корякских заклинаниях так обозначают Ворона, который практически и совершает дела творения в мифах северо-восточных палеоазиатов).
 
«Духи-хозяева» или «место существования» (корякск. этыны), вероятно, в смысле «верховного хозяина», возвышающегося над «отраслевыми» и местными хозяевами; «громовник» (корякск. кигигыльын), что указывает на связь с погодой (С. П. Крашенинников отмечает, что с громом связан и ительменский «хозяин зверей» Пилячуч). 

Одной из функций небесного хозяина была, согласно старинным корякским верованиям, посылка душ (уйичит, упырыт) умерших родственников в чрево матери. Иногда небесное божество отождествляется (у чукчей) с «оленьим существом» (коравагыргын), которое следит за стадом и ассоциируется с определённым амулетом (у коряков небесное божество является объектом культа, прежде всего в контексте оленеводческих праздников, как и у некоторых других народов Сибири). 
 
Связь с ительменским Пилячучем - покровителем диких оленей - свидетельствует, возможно, о том, что покровительство оленеводству вытеснило покровительство охоте. Небесное божество ассоциируется также с некоторыми солярными «направлениями» (рассветом, полднем, зенитом) или прямо с солнцем. Таким образом, верховное существо ассоциируется или отождествляется с верхом - небом - солнцем (частично и с громом), моделирует верхний мир, природу в целом, космический порядок, способствует круговороту душ людей и размножению оленей.

К числу небесных (верхних) существ чукчи относят 22 «направления», в т. ч. зенит (вершина, среднее существо), полдень, солнце (полуотождествлённое с полднем), надир (отождествлённый с тьмой и полуночью), Полярную звезду. К «существам» причисляются также мухоморы, считающиеся особым «племенем». Мухоморы - источник наркотической ритуальной еды - играют большую роль в мифологии всех палеоазиатов (о мухоморных девушках, соблазняющих и уводящих охотников, рассказывается, например, в ительменских сказках, антропоморфные фигуры с грибными шляпками сохранились на наскальных изображениях в районе рек Пегтымель, Чукотка).

Духи-хозяева (корякск. этын, чукот. этын и авынральын) трудно отделимы (особенно у ительменов) от богов и шаманских духов. Творцом и хозяином моря у ительменов, по Крашенинникову, является Утлейгон, но гораздо популярнее рыбообразный морской бог Митг, посылающий рыб в реки, - своего рода хозяин рыб. Хозяином земных зверей у ительменов является Пилячуч (Билюкай - по Г. В. Стеллеру) - маленький человечек, живущий в облаках и выступающий также как громовник. 

Он носит росомашью парку и ездит на птицах (главным образом куропатках), связан с облачными духами (камули, камуда). В качестве хозяина зверей, в первую очередь диких оленей, ему соответствует корякско-чукотский Писвусъын. Он также маленького роста, разъезжает на коршунах или мышах, сам ассоциируется с птицами или мышами, питается запахом. 
 
Прибрежные чукчи считают, что его власть распространяется и на морских зверей. Вообще у чукчей хозяином морских зверей считается Кереткун, образ которого почти совпадает с эскимосским Касаком. Кереткун и его жена имеют чёрные лица и особые головные повязки, носят одежду из кишок морских животных, питаются трупами утопленников и помогают против злых духов. Кереткуну-Касаку посвящены осенние праздники чукчей и эскимосов. Более смутное представление о хозяине моря у коряков. Он иногда имеет вид краба или морского животного. Хозяйка моря иногда отождествляется с хозяйкой погоды.

Для северо-восточных палеоазиатов характерны синкретические образы, в которых сливаются природный объект и его «дух», такие, как великан с края земли, который производит холодный ветер, встряхивая снег лопатой, или старуха - хозяйка ветров, стряхивающая снег с жилища, громовая птица, создающая гром шумом крыльев, молния в виде одноглазого человека и т. д. 
 
В чукотской демонологии, отчасти совпадающей с эскимосской, имеется целый ряд существ, занимающих промежуточное положение между духами - хозяевами земли и сакрализованными животными, например касатка, превращающаяся летом в волка, или восьминогий костяной белый медведь Кочатко (эскимосский Агдлак), чудовищные горностай, тритон; в заклинаниях упоминается космическая рыба времён творения - Ка-найолыын (ср. космическую рыбу в финно-угорской мифологии).

Собственно злые духи, несущие болезнь и смерть (корякск. кала, нинвит, редко камак, чукот. кэле, иногда тейнгычыт - убийцы, ср. ительменок. Кана), живут под землёй или в пустынных местах на западе (но не на море); они проникают в очаг с левой стороны через дымовое отверстие, вызывают болезни стрелами, кусают, похищают души людей. 

Эти духи имеют вид животных или людей с острыми головами (иногда многоголовых), одноглазых, с длинными зубами и ногтями и т. п. Их жизнь под землёй мыслится в обратной симметрии по отношению к жизни людей на земле (напр., когда на земле светло, у них темно, меняются местами «левое» и «правое» и т. д.). 

У них чёрные собаки и медведи в роли собак. «Западный», «нижний», «левый», «чёрный» у палеоазиатов демоничны, маркированы негативно (так же, как и «лунный», ибо луна есть солнце злых духов кэле). В чукотскую демонологию входят также чудовища реккен (по данным В. Г. Богораза), они живут в полуземлянках и охотятся на людей (но не являются носителями болезней).
 
Шаманские духи у ительменов (по данным Крашенинникова) назывались кугуйгудучь (отдельные духи имели особые имена, например кугулугай, техчюч, уерагынч), они небольшого роста, чёрного цвета, их место обитания - горные сопки. Коряки и чукчи называли (по Богоразу и В. И. Иохельсону) шаманских духов «анан», «энэн» (тем же словом, что и православного бога, кресты, иконы), чукчи также янра кэлъет, («отдельные духи»). Они имеют вид животных (волк, медведь, ворон, орёл, чайка, морж, кит и т. д.) или домашних предметов (котелки, молотки, иголки, ложки и т. д.).

Особую категорию составляют духи-охранители, изготовленные в виде фетишей, амулетов-заместителей, например у ительменов (по Крашенинникову) - болванчики ажулинач, идолы хантай (человечек с рыбьим низом) и ажушак, стоящие у очага (вместо хантая иногда ставят урыльдач - ряд кольев с обтёсанными головами). 
 
Чукчи и коряки часто называют охранителей оккамак или откамак, т. е. «деревянный дух», главным из них является деревянный прибор для добывания огня (корякск. гычгыч, чукот. гыргыр), имеющий антропоморфные черты и считавшийся хранителем очага и оленьего стада. Имелись также охранители лодки, сетей, детей, целые связки семейных охранителей в виде деревянных мужчины, женщины и их детей. 

Кроме того, охранителями мыслилась сама лодка, а также лестница в корякской землянке («старуха»). В роли защитников семейства и селения выступали, во всяком случае у коряков, также предки-первожители селения - объект особого культа «дедов» (аппапилей). Промысловые морские животные (кит, нерпа и т. п.) не являются постоянными фигурами палеоазиатского пантеона, но представляют собой объект промысловых культовых праздников (связанных, в интерпретации Богораза, с мифом об умирающем и воскресающем звере); охота представляется приходом промыслового зверя «в гости» и одновременно его временной смертью, за которой следует «отсылка» его в море и последующее воскресение, оживление и грядущее возвращение.

Центральным, активным и, возможно, древнейшим персонажем мифологии палеоазиатов, главным героем мифов творения у чукчей и всего повествовательного фольклора у коряков и ительменов является первопредок - культурный герой и мифологический озорник-трикстер Ворон (Кутх у ительменов; Кутхи, Куйки у коряков, обычно как Большой Ворон - Куткынняку, Куйкынняку; Куркыль у чукчей). 

Культовая роль Ворона невелика (он фигурирует в шаманских заклинаниях против злых духов и в обрядовых играх, Ворон и его жена изображались на сакральной лестнице в землянке, коряки апеллировали к Ворону при зажигании нового очага, у ительменов во время праздника кита кричали Вороном), но значение его в мифологии исключительно. Ворон, в отличие от других фигур палеоазиатского пантеона, специфически связан с временем мифическим. 
 
В чукотском фольклоре он - главный герой «вестей начала творения», а у коряков и ительменов мифическое время прямо определяется как время, когда жил Ворон и его семья. Имеются корякско-ительменские предания о том, что, «совершив свои подвиги», Ворон покинул Камчатку, оставил людей, которые не хотели слушать его советов, и т. п. Ворон противостоит патриархальным семейным предкам аппапилям как общеплеменной первопредок, Большой дед (Ачиченяку, как его называли коряки Пенжинской губы Охотского моря), создатель (у чукчей) или прародитель (у коряков и ительменов) первых людей, прямой предок камчатских аборигенов.

В чукотских архаических мифах творения («вестях начала творения») Ворон часто действует по поручению творца, но практически именно он совершает деяния демиурга: создаёт рельеф местности, собак, китов, тюленей, оленей, птиц, первых людей (которых учит говорить и есть мясо животных), их одежду и деревянный снаряд для добывания огня. 

Главный подвиг Куркыля - добывание света и небесных светил (до этого они существовали только в верхней вселенной). В мифах коряков Ворон представлен не творцом, а первопредком, но сопоставление с фольклором индейцев помогает выявить и здесь реликты творческих деяний Ворона (добывание пресной воды у хозяина моря, похищение небесных светил и др.). 
 
Кроме того, Ворон фигурирует под именем творца (Тенантомван) в корякских заклинаниях против злых духов. И первопредком, и творцом Ворон предстаёт в изложении Крашенинниковым ительменских мифов: Кутх вместе с сестрой либо спустил землю с неба, где и сам раньше находился, либо сотворил её из своего сына Сымскелина; горы и долины - следы его пребывания на Камчатке. Сотворение животных, изготовление первой лодки, вязание первой сети из крапивы - дело рук его сына Тыжил-Кутху (образ которого отпочковался на каком-то этапе от Кутха).

В фольклоре палеоазиатов, особенно у коряков. Ворон побеждает злых духов шаманскими силами и хитростью, как могучий шаман защищает от них своё семейство, «своих» от «чужих», людей от не-людей (духов). Такой же шаманский характер имеет успокоение им бури, победа над ветрами и некоторые трюки по добыванию пищи у оленеводов. 

Его шаманскую нарту иногда возят мыши - черта, сближающая его с Писвусъыном. В качестве идола и шаманских духов Ворон использует порой части своего тела. В фольклоре коряков и ительменов Ворон обрисован патриархом большого семейства. Имя его жены - Мити (Стеллер и Крашенинников называют другие имена - Хахи, Илькхум, Савина), старшего сына - Эмемкут, старшей дочери - Тинианавыт (ительменск. Синаневт). Число и имена других детей Ворона сильно варьируются в разных местностях. 
 
В качестве двоюродного брата и сестры - соперников часто функционируют Идя и Кылю, иногда Сисильхан (Чичикан) и его сестра Сирим. Корякско-ительменские сказки о браках детей Ворона имеют характер мифа о возникновении начал социальной организации общества путём принятия экзогамии (запрет брака внутри своей семейно-родовой группы). 

Обычно описываются две брачные попытки - первая неудачная, вторая удачная. Дети Ворона отказываются (через ряд переходных ступеней) от инцестуального брака, от брака с бесполезными существами ради брака с существами, представляющими природные силы, от которых зависит хозяйственное благополучие. 

Для Эмемкута желанная невеста - это женщина-трава (или черемша и т. п.), символизирующая весеннее обновление природы, или женщина - белый кит (вариант - женщина-улитка), пригоняющая своих морских родичей под удар гарпуна мужа, или облачная женщина, или сама хозяйка погоды. Желанные женихи для Тинианавыт - это дети хозяина неба, облачные люди, от которых зависят погода и семейное благополучие, морской промысел и рыбная ловля. 

За таким счастливым браком часто следует описание удачной охоты и китового праздника, ритуально обеспечивающего оживление убитого кита и появление новых китов для охоты. Мифы о брачных приключениях сыновей и дочерей Ворона как бы дополняют мифологические анекдоты о самом Вороне. В то время как сыновья 
 
Ворона уходят на охоту на диких оленей, сам Ворон пытается раздобыть пищу (иногда из несъедобных отбросов) либо «агентов» её добывания, либо её «подателей». Он пытается изменить жене с дочерью богатых оленеводов, лисой, женщиной-лососем, иногда он сам меняет свой пол или нарушает правила полового разделения труда (предоставляет жене привлекать морских зверей и охотиться на них), или пытается присвоить семейные запасы пищи, притворившись мёртвым и поедая ритуальную еду, и т. п. Однако все эти трюки Ворона, направленные против «своих» и нарушающие родовые нормы, обычно проваливаются, жена торжествует над ним, а голод сменяется изобилием благодаря удачной охоте сыновей.

В сказаниях, мифологических сказках и анекдотах о Вороне и его народе (семействе) как бы сфокусирована вся П. н. м., а в его образе наиболее отчётливо проявились некоторые её общие черты, роднящие палеоазиатскую мифологию (одну из наиболее архаичных в Азии) с другими архаическими мифологическими системами: совмещение человеческой и звериной (в данном случае - птичьей) природы, лёгкость всевозможных превращений, перемещений и подмен одних существ другими, дробления тела (человеческого, звериного) на качественно однородные части и др. (Е. М. Мелетинский).

 

 

Грибы: Третье природное царство
Мы обычно не задумываемся, насколько сложны некоторые простые вещи, которые нас окружают. В детстве, попав на первые уроки естествознания, с удивлением узнаем, что грибы - это, оказывается, не растения, а отдельный вид организмов. Настолько же разнообразных, как растения или животные, а еще ужасно странных. Чем больше мы изучаем грибы, тем больше сюрпризов они преподносят. Кто знает, на что они способны?

Ядовитые же грибы мало того что растут в тех же количествах, что и съедобные, но еще и маскируются под оные. Съев по ошибке желчный гриб, заработаешь разве что несварение желудка, а вот бледная поганка способна надежно отправить на тот свет даже взрослого и здорового человека.

Определенный интерес для человечества представляли не однозначно ядовитые вещества, а обладающие галлюциногенными свойствами. Еще 9 000 лет назад люди употребляли психоактивные грибы - доказательства этому можно встретить на наскальных рисунках во многих африканских странах. Берсерки викингов ценили сушеные мухоморы, придававшие им ярость в битве.
 
Шаманы северных народов, живущих на Камчатке и Чукотке, также употребляли мухоморы, дабы узреть иные миры. Эти грибы не только жарили, варили и сушили, но даже кормили ими северных оленей, мясо которых приобретало галлюциногенные свойства. Совершенно никак не связанные ни с викингами, ни с чукчами индейцы Южной Америки тоже боготворили мухомор.

Майя создавали статуэтки в форме гриба с человеческим лицом, ацтеки называли еготе-онанакатль - «тело бога». Есть его могли лишь избранные - высшая прослойка жрецов и знати. Безусловно, длительное употребление ядовитых грибов не может кончиться ничем хорошим. Но у ацтекского жреца или чукотского шамана, убежденных в том, что с помощью этой отравы они общаются с духами, было другое мнение.
 
Зомбирующие чудовища

Среди грибов есть представители, заставляющие человека покрыться холодным потом и без упоминания ведьм. Скажем, гриб-паразит кордицепс однобокий с помощью спор проникает в организм муравьев и превращает их в муравьиных зомби.

Зомби забираются повыше, нависают над муравейником, и гриб сбрасывает новые споры вниз. Этот образ настолько поражает воображение, что на его основе была создана популярная игра Last Of Us, где мутировавший гриб размножается уже с помощью людей. 

Фантазия, но не столь далекая от истины. Кордицепс не один - его около 400 видов! Он жрет гусениц, мух, червей и членистоногих с ужасающей эффективностью. И при всем при этом в народной медицине это грибное чудовище считается мощнейшим афродизиаком и омолаживающим средством!

Грибы вездесущи. Микроскопические, они селятся у нас на коже, вызывая болезни, или помогают пищеварению. Мы едим их в разном виде, иногда рискуя отравиться. Некоторые из них незамысловаты, другие странны на грани безумия. Но самое главное - они вездесущи. Не стоит вести принципиальную войну с грибами - грибы ее уже выиграли. Но в этом нет ничего страшного. (Сергей Евтушенко). 

Чукотка, Чукотский полуостров

Анкы-келе
Анкы-келе - в мифологии Чукотки дух-хозяин моря. Анки-Киеле - вариант русского написания имени Анкы-келе

В мифологии Чукотки Анкы-келе является духом-хозяином моря. Учитывая, что чукча Онно никак не певица Мадонна, добыть более подробную информацию о нем - задача трудновыполнимая. Но трудно не значит невозможно. Интересующий нас рисунок хранится в Государственном музее истории религии в Петербурге. Именно там можно получить более подробную информацию о его происхождении.

Итак, рисунки Онно мир увидел благодаря стараниям исследователя чукотской культуры Игоря Петровича Лаврова. Он познакомился с Онно в 1940 году на Культбазе в поселке Лаврентия, где преподавал рисунок в изостудии Дома народов Севера. Лавров попросил Онно создать целую серию карандашных работ на тему образов чукотской мифологии, а в 1947 году опубликовал их в журнале «Советская этнография» (Советская этнография №2, И.П.Лавров. Рисунки Онно «К мифологии чукчей» (с.122-133)). Надо сказать, Онно был хорошо знаком с этой тематикой, поскольку в юности он готовился стать шаманом и прошел обучение у старого опытного шамана по имени Анкауге.
 
Рисунок Анкы-келе был первой карандашной работой Онно (еще до освоения карандашной графики он славился как отличный резчик по кости). По свидетельствам И.П.Лаврова, для жителей приморских поселков изображение оказалось очень убедительным и они без труда узнавали в нарисованном существе Хозяина моря.

Вокруг него плавают киты и другие морские звери, а над водой нарисован шаман, готовящийся отправиться в подводный мир для встречи с Анкы-келе. Считается, что Хозяин моря изображен на рисунке в виде огромного камня, поросшего водорослями. Однако, вероятнее всего, Онно имел ввиду нечто иное, нежели валун и водоросли. Чтобы понять о чем речь обратимся к работам еще одного именитого исследователя культуры и истории народов Чукотки Владимира Германовича Богораза.

В своей книге «Чукчи», том 2 «Религия», глава первая «Религиозные представления/владетели или хозяева (619: Т.2, с.8) Богораз приводит следующее описание Анкы-келе: «...с рыбьим телом и огромной косматой головой».
 
Тут же упоминается другой рисунок (е), не вошедший в книгу, который изображает большого морского духа с длинными волосами «на голове и на заду». Кроме того, в той же книге в главе «Охранители у приморских чукч/Семейные охранители» мы встречаем изображение фигурок морского духа с характерными ластообразными конечностями и его собаки.

Таким образом складывается довольно четкий образ Хозяина моря, имеющего рыбье тело (либо тело какого-то морского зверя), почти человеческие руки и большую лохматую голову. Посредником между простыми людьми и Хозяином моря призван выступать шаман. (Богораз, В.Г. «Чукчи»).

У шаманизма женское лицо
Обнаруживший его археолог Сергей Кистенёв был поражён и другим обстоятельством – в древней могиле покоились останки женщины, которую журналисты поспешили окрестить «амазонкой с Пантелеихи», поскольку рядом с ней сохранился целый арсенал всевозможного оружия: лук, каменные и костяные ножи, кинжалы, топоры, наконечники копий и стрел. Но многие предметы из раскопа говорили о том, что взору учёных предстала не просто воительница…

«Амазонка», лежавшая в символической берестяной лодке, была буквально усыпана бусинами (их оказалось более 18 тысяч) из раковин и скорлупы яиц, вместе с которыми находились ожерелья из звериных клыков, орнаментированные амулеты, подвески, скульптурные и стилизованные изображения хищных птиц, по-видимому, являвшиеся частью обрядового костюма. На некоторых из находок были нанесены кресты и другие загадочные символы. А на одной из овальных костяных пластинок, лежащих на груди «амазонки», были изображены остроголовые человечки, в виде которых в старину в традиционных верованиях северян представлялись хозяева нижнего мира, или «тени мёртвых».
 
Как известно, любая религия в её зачаточном состоянии связана с верой в некие сверхъестественные силы и субъекты – могущественные и всепроникающие. Назовём их духами. На раннем этапе каждый человек пытается самостоятельно выстроить с ними свои взаимоотношения – выполняет какие-то примитивные обряды задабривания или испрашивания помощи. Но достаточно скоро выясняется, что у кого-то подобные действа получаются лучше, а кого-то духи вовсе не хотят слышать. Вот тогда-то из числа более удачливых и нарождается первобытный колдун, а чаще всего – колдунья. Она-то и принимает на себя обязанности по общению с духами от лица всего племени, постепенно становясь профессионалом.

Почему же это место занимает женщина? Да потому, что, во-первых, кое-где ещё не закончился матриархат; во-вторых, с женщиной связано таинство рождения новой жизни; и в-третьих, она, в отличие от мужчины, не бегает целыми днями в поисках добычи с каменным топором, а больше «общается» с миром трав и растений, напрямую служит великой и спасительной силе огня и вообще более тонко чувствует мир.

Но колдунья – это ещё не шаманка. Первая может общаться с духами, управлять некоторыми из них, приносить жертвы, вплоть до человеческих, и даже «впускать» духов в своё собственное тело, временно преображаясь в них. Но при всём своём могуществе колдунья не в силах лично отправиться в путешествие в мир мёртвых, спуститься в преисподнюю к властителям зла или воспарить на верхние ярусы небес к главным божествам. И не просто переместиться туда в пространстве и времени, а исполнить определённую активную миссию. Как только колдунья научается это делать, она перемещается на ступеньку выше в оккультной иерархии и становится шаманкой.
 
В этих сюжетах в волшебные приключения, сражения и подвиги главных мифических героев-богатырей то и дело вмешиваются удаганки нижнего или верхнего миров, зачастую полностью меняя ситуацию и её конечные результаты. Шаманки всемогущи, смелы и решительны, они превращаются то в прекрасных белоснежных журавлей-стерхов, то в огромных восьминогих пятнистых быков, то воскрешают мёртвых и освобождают пленённых, то вершат суды и предсказывают будущее. 

Причём в количественном составе их примерно раз в десять больше, чем шаманов-мужчин, и только удаганки летают по небу, оставляя шаманам-ойунам средний и нижний миры. Всё это ещё раз говорит о том, что в далёком прошлом женщина с бубном доминировала над мужчиной. Об этом же свидетельствует и тот факт, что чукотские шаманы не только заплетают косички, но и становятся настоящими трансвеститами. Поэтому, на наш взгляд, можно предположить, что всё это – «долгое эхо» эпохи расцвета удаганок.

Правда, в более близкие исторические периоды мужчинам удалось заметно потеснить прекрасный пол и практически удалить его, скажем, из «белых» шаманов, поскольку последние приобрели высокий общественный статус и родовую власть. А власть уже перешла к мужчинам. («Чудеса Приключения»).

 


«Мягкие люди» чукотского шаманизма
Духи, как и люди, бывают мужского пола и женского. В средневековой европейской терминологии духи мужского пола называются инкубами (лат. incubus, от incubare, «возлежать сверху»). Они обычно вступают в связь с женщинами.

Суккубы - духи женского пола, - естественно, стремятся вступить в связь с мужчинами. Но иногда случается так, что во время инициации с шаманом-мужчиной вступает в связь не женский, а мужской дух. В таком случае мужчина вынужден менять свой пол, чтобы «подстроиться» под духа. Он постепенно преображается в женщину.Шаманизм На Чукотке шаман, становившийся женщиной, начинал вести, как говорили чукчи, «мягко-человеческое бытие» (ирка-ляуль-варган).

На первом этапе это «превращённое бытие» выражалось в том, что, достигнув половой зрелости, шаман, повинуясь приказу Кела (своего родового Духа), начинал по-женски причёсывать волосы и заплетать косы. На втором этапе шаман начинал носить женское платье, нередко оставляя при этом свою бороду, имевшую, как считалось, магическую силу. Подобные переодевания мужчин в женщин проделывались на Чукотке и над больными, чтобы враждебные духи не узнавали больного и быстро его оставили. Однако в случае «мягких мужчин» (женоподобных шаманов) речь шла о внутреннем превращении.
 
Многие шаманские народы верят, что будущий шаман всегда имеет на теле некие знаки отличия: ямка на мочке уха, крохотный бугорок на пальце ноги – всё это «метки Ульгеня», «лишняя кость», повествующая о великой шаманской миссии.

Узбекский шаман Ташмат-бола, с которым этнографы познакомились в 1968 г., был единственным сыном богатых родителей. Рано оставшись сиротой, он сильно об этом переживал. Тогда к нему явились духи (Пари), после чего одна местная шаманка объяснила ему, что следует делать. Так с юных лет Ташмат-бола стал подражать женщинам. При этом он имел небольшую бороду, носил тюбетейку и любил щеголять в женском платье и штанах в горошек. 

Одежду он не подпоясывал, так как иначе духи начинали его душить, и даже зимой он как-то обходился без сапог и носков, разгуливая в галошах на босу ногу. Всем он был известен как целитель и музыкант. На традиционных узбекских праздниках он предпочитал женское общество, и даже в шутливом песенном состязании «ер-ер» всегда выступал на женской стороне. Усвоив женскую походку и манеру речи, он перестал даже по-мужски здороваться и прощаться.

Третий этап – рождение «мягкого человека». На этом этапе своего превращения юноша-шаман усваивал все привычки и навыки женщин: он прекращал носить боевое оружие, брался за вышивание и выделку шкур. Переставал быстро бегать, утрачивал выносливость и мужество духа. И даже в манере произносить ругательные слова старался подражать женщинам.
 
При этом «мягкие люди» сохраняли, как правило, своё имя. Однако поскольку в мире духов (Келет) превращённые шаманы имели своих покровителей, те признавались их небесными мужьями, помимо которых имелись также мужья земные.

Тут возникал вопрос, кто будет считаться главой семьи? Подлинным главой семьи был, разумеется, муж духовный, однако присутствовал он как внутренний голос жены, выступавшей в качестве медиума. По этой причине в семьях превращённых шаманов именно голос жены всегда оказывался решающим, тогда как мужья во всём старались им следовать, и даже принимали нередко имя жены как дополнение к своему собственному. Вместе с именем они получали и соответствующую магическую защиту.

«Чем севернее шаманы, тем их могущество выше; женщины-шаманки могущественнее мужчин. Вообще женский элемент в колдовстве у якутов играет заметную роль. В Колымском округе шаманы за неимением специального одеяния надевали женское платье. Шаманы носят длинные волосы, которые зачёсывают и заплетают по-женски; общее поверье утверждает, что всякий более выдающийся шаман-мужчина способен рожать наравне с женщинами» (В.Л.Серошевский. «Якуты». Петербург, 1896 г.).
 
Чукотский шаман Тилувге, живший в начале прошлого века, дал своё имя земному супругу, который стал зваться Ятгерген-Тилувге, по имени своей 35-летней «жены». Этнографу В.Г.Тан-Богоразу, прожившему несколько дней в доме «супругов», приходилось видеть, как жена командовала мужем и лишь одним взглядом заставляла его замолкнуть. 

Муж выполнял при Тилугве роль подмастерья, и во время семейных камланий по приказу жены настраивал её бубен. «Лицо Тилувги, обрамлённое косичками, заплетёнными так же, как у всех чукотских женщин, резко выделялось среди мужских лиц, несмотря на тёмный пушок над верхней губой. Оно было похоже на трагическую маску, соответствующую телу великанши из другой человеческой породы. 

Все привычки и склонности этого странного существа были совершенно женскими. Он был настолько застенчив, что когда я задавал какие-нибудь нескромные вопросы, его щёки под слоем обычной грязи покрывались густым румянцем, и он, как молодая шестнадцатилетняя красавица, прикрывал лицо рукавом. Я слышал рассказы от соседей и видел сам, как он возится с маленькими детьми и ласкает их, с очевидной завистью к радостям материнства. Однако даже муж-Кел не мог предоставить ему эту радость» (В.Г.Богораз. «Чукчи. Религия». Часть II. Ленинград, 1939 г.).

Радость деторождения, закрытая перед мужчинами по природе, была, тем не менее, известной шаманам. У чукчей, а также у азиатских эскимосов есть рассказы о таких «мягких людях», которые, являясь от рождения мужчинами, благополучно рожали детей от своих небесных супругов. Шаман по имени Яхук, которому было около 40 лет, сумел родить из своего тела двух сыновей. На уровне физиологии он оставался при этом мужчиной, так что, возможно, речь шла о «духовном зачатии», мало имеющем отношение к конкретным родам и пелёнкам.
 
Быть может, именно здесь и содержится ключ к этой загадочной ритуальной практике. Тувинский шаман Николай Ооржак говорит, что «мужчина не должен носить женскую одежду – это нарушение законов природы. Это распространяется на всех, кто прошёл обряд обрезания волос (то есть вырос из младенчества)». Но есть исключение, особые ирка-ляули, то есть, «мягкие люди». Для попрания законов природы у ирка-ляулей, наверняка, имелось какое-то основание, превосходящие как обывательские моральные представления, так и сами эти законы природы. Иными словами, ирка-ляули получали на то духовное дозволение (а чаще – суровое требование) от небесных учителей – Келет.

Трансформация тела шамана, проходящая при его посвящении, носила название «эттэнии», или рассекание тела. Проходящего «эттэнии» шамана оставляли на четыре-пять дней в тёмной юрте, не давая ему ни еды, ни питья. Мимо юрты, где он лежал, не дозволено было ходить никому, потому как считалось, что там происходило страшное.

«Пока человек ещё не стал шаманом, его Душа (амин) берёт утха (те шаманские духи, от которых новый шаман происходит) в «Саайтани суулгандэ» (суулган – собрание, сходка) на небо и там учат. Когда учение кончат, мясо его варят, чтобы он поспел. В старину всех шаманов варили, чтобы они шаманскую грамоту знали. Когда он полумёртвый лежит, собираются родственники, песни поют: «Наш шаман живой будет, будет нас выручать!» Бабы не приходят, только одни мужики. Когда варят мясо (шамана), посторонним нельзя ходить. Мясо варят утха (души умерших шаманов-предков)» (Г.В.Ксенофонтов. «Легенды и рассказы о шаманах у якутов, бурят и тунгусов». Иркутск, 1928).
 
На шамана, лежащего без чувств, со всех сторон устремлялись духи, изо рта его шла белая пена, а всё тело покрывалось сильными кровоподтёками. Едва дыша, он лежал полумёртвый, в то время как духи занимались поеданием его плоти, разбрасывая кости по путям-дорогам. Зацепляя железным крючком, они разрывали плоть, отделяли суставы, выскребая мясо и удаляя из тела соки. 

Оба глаза они вынимали из впадин и клали отдельно, а по окончании этой трапезы, имеющей аналоги в тибетском ритуале Чод, в русских сказках о Бабе Яге и даже в «Житии святого Антония» – духи складывали кости вместе и сшивали остатки тела, составляя из них нового человека. Теперь уже это был шаман, переживший второе рождение и во многом отличный от обычных людей, «живущих по плоти и мыслящих лишь плотское».

 

Пегтымельские петроглифы
Пегтымельские петроглифы (наскальные рисунки) являются памятником древней культуры Чукотки в позднем неолите - (I тыс. до н. э.). Петроглифы на р. Пегтымель – единственное заполярное местонахождение в Евразии.

Петроглифы выбиты на скалах правого берега р. Пегтымель на весьма продолжительном, почти полукилометровом протяжении Кайкуульского обрыва. Всего на 12 скалах сохранилось 104 группы силуэтных изображений. Изображения на скалах Кайкуульского обрыва на реке Пегтымель были обнаружены в 1965 году геологом Николаем Саморуковым, а в 1967-1968 годах экспедиция под руководством Николая Дикова зафиксировала на памятнике 103 живописные композиции.

Преобладают силуэтные профильные изображения северных оленей, одиночных и в стаде. Чаще других повторяется сцена охоты на плывущего оленя с каяка. В большинстве вариантов охотник из одноместной лодки поражает животное гарпуном, реже копьем на длинном древке, подобные сцены могут фигурировать одиночно или быть включенными в более сложные сюжетные композиции. 
 
Часто показан линь гарпуна, натянутый или провисший, человек в небольшом каяке бывает просто обозначен вертикальным штрихом, но есть и иные варианты, когда и преследуемое животное реалистично проработано, и человек вместе со снаряжением и транспортным средством представлен более детально. Многие из фигур загарпуненных оленей показаны с задними ногами, опущенными ниже передних, как будто животное плывет по воде. Объект охоты порою непропорционально велик. Уникален сюжет транспортировки оленя, перевернутый корпус которого с каяком и гребцом соединяет линь.

Реже встречается пешая охота с копьем, пикой, рогатиной на медведя или лося, участниками сцен преследования могут быть собаки. Уникальна фигура лучника. Имеется несколько изображений собак, волков, показаны бурые и белые медведи, росомахи, песцы, многообразны образы обитателей моря – китов, тюленей и др. Особое место занимают изображения птиц. Есть группы, состоящие исключительно из профильных фигур журавлей, отдельные силуэты этих пернатых могут быть включены в сюжетные сцены. Есть изображения и других птиц, представленных в многофигурных композициях и изолированно.

Охотничьи сюжеты связаны не только с образом северного оленя, но и с морскими животными, фигуры оленей и сюжеты их добычи могут сопутствовать композициям, связанным с морской охотой. Для морских охотничьих сцен преимущественно характерен иной тип средств передвижения – изображались крупные байдары, команда которых чаще всего обозначена штрихами (прямыми или чуть загнутыми), реже это более проработанные антропоморфные фигуры. 

Байдары могут быть снабжены кормовыми веслами. В композициях с байдарами встречен очень широкий круг образов и сюжетов: помимо собственно объектов охоты с байдар – китов и других обитателей моря – представлены олени, сцены охоты на оленей с каяков, медведи, разные птицы, волки/собаки, антропоморфные фигуры, люди-мухоморы, двулопастные весла, следы, каяки. Таким образом, разграничить сцены, связанные с тундрой и с морем, не представляется возможным. 
 
Уникально изображение конструкции, которую можно интерпретировать как жилище, показанное в плане Также встречены необычные знаки, которые предположительно можно интерпретировать как изображения конструкций, сооруженных с использованием костей кита, предназначенных для просушки лодок.

К повторяющимся знакам относятся антропоморфные следы, варьирующие от одиночных и парных до образующих цепочку, обозначающую путь, и даже заполняющих целое пространство плоскости. Единично воспроизведен след человека на лыжах. Много фигур в полный рост анфас с разведенными руками и ногами, трактованных весьма лаконично. Иногда обозначены элементы одежды. Контекст изображений заставляет полагать, что это мужчины, среди атрибутов – весла, каяки на плечах или на голове, оружие. 

Двулопастные весла часто фигурируют и как самостоятельный символический образ, соседствуя в композициях со значительным репертуаром образов, что не удивительно, поскольку, снабженные небольшим наконечником, они служили оружием при охоте на воде. Наиболее своеобразный сюжет пегтымельских петроглифов – антропоморфные фигуры, представленные анфас (хотя есть и одно уникальное профильное изображение), в грибообразных головных уборах, одиночные или входящие в композиции, многие показаны в позе, имитирующей танец или движение. 
 
Гриб находится над головой или на голове антропоморфной фигуры, иногда заменяет голову, в некоторых случаях шляпки показаны ярусами. Обозначены ноги ступнями во внутрь или как бы расширяющиеся книзу ножки гриба. По бокам головы наиболее нарядных женских фигур проработаны косы или подвески, некоторые одеты в меховые комбинезоны-керкеры или одежда вовсе не обозначена. 

 

В поисках арктической Несси
Есть на Чукотке удивительное озеро Эльгыгытгын с кристально чистой, необыкновенно прозрачной водой. В переводе с чукотского Эльгыгытгын означает «незамерзающее озеро». Это преувеличение, оно замерзает и лишь пару месяцев в году бывает свободным ото льда. Местные жители считают озеро колдовским и рассказывают о нем легенды.

Из них можно узнать о том, что жил когда-то на озере шаман с ледяной головой и что однажды поймали там страшную рыбу, позвонки которой были чуть ли не в человеческий рост... Рассказывают еще, что, когда загораются над озером странные северные миражи, люди, оказавшиеся вблизи него, бесследно исчезают. В последнее время появились слухи, что в озере обитает чудище побольше лох-несского... 

Однако для серьезных ученых Эльгыгытгын – источник ценнейших научных данных. Первым описал озеро еще в 30-х годах прошлого века выдающийся советский ученый Сергей Обручев. В его работах это озеро называлось Эльгыдхын. Этот уникальный в своем роде водоем возник примерно 3,5–5 млн. лет назад. В отличие от остальной территории Чукотки озеро Эльгыгытгын никогда не подвергалось оледенению, и потому его донные отложения – это настоящий архив палеоклиматической и биологической информации. Но ученые еще не заглядывали в глубины этого водоема.
 
Само происхождение Эльгыгытгына – загадка. Озеро имеет идеально круглую форму. Вначале ученые считали, что котловина водоема – вулканического происхождения. Но в 70-х годах прошлого столетия, после возникновения космических снимков, появились убедительные доказательства, что озеро Эльгыгытгын – результат падения метеорита. Были даже проведены расчеты, указывавшие на то, что Эльгыгытгынский метеорит имел массу 100–150 млн. тонн, его диаметр составлял 400 метров, а в Землю он врезался на скорости 15 километров в секунду.

Первая оснащенная приборами экспедиция прибыла на озеро в 1998 году. Для ее организации был создан российско-германо-американский проект. Ученые развернули на озере радиолокационные работы, провели эхозондирование и сейсмические исследования. Первые же результаты превзошли все ожидания. Оказалось, что в озере около 200 метров осадков – ракушек, живых микроорганизмов. Это своеобразный рекорд: такого количества отложений нет ни в одном озере в Арктике. Существуют колонки осадков по два метра, десять, двадцать. А здесь – почти 200!

Если озеро действительно не подвергалось оледенению, то нельзя исключить и возможности обитания в нем неизвестных реликтовых организмов, и тогда легенды о доисторических чудовищах могут подтвердиться. Правда, на эту тему ученые пока говорят крайне осторожно, опасаясь того, что любые рассуждения об «озерных чудищах» сразу же поставят крест на запланированной серьезной исследовательской работе. А озеро Эльгыгытгын способно преподнести любые, самые неожиданные сюрпризы.
 
Для того чтобы провести полноценные исследования озера, необходимо осуществить его глубокое бурение. Стоимость такого исследовательского проекта оценивается в несколько миллионов долларов. Зато информация, которую ученые смогут получить, невозможно переоценить. Даже если никакого чудовища в нем не водится (ученые особенно и не надеются обнаружить в Эльгыгытгыне чукотскую Несси), они смогут, пробурив скважину глубиной 550 метров, извлечь со дна озера образцы породы. Поднятые при помощи специальных буровых платформ керны надо будет сохранить должным образом, чтобы не занести современные бактерии. Уже сейчас крупнейшие институты планеты надеются получить для исследования глубинно-озерные отложения. 

Так будут реконструировать изменение растительности и животного мира в этом регионе и соответственно судить о климате Арктики. Самому старому арктическому грунту, который есть сегодня в распоряжении ученых, всего 300 тыс. лет. И если чукотский эксперимент завершится успешно, то ученые смогут восстановить историю климата в этом регионе Земли за длительный период. Удастся, например, проверить гипотезу о том, что 3,5 млн. лет назад Европа была субтропической зоной. («Независимая Газета»).
 
  
Китовая аллея – древнее святилище эскимосов
Немного на земле найдется мест, подобных Китовой аллее, уникальной в своем роде (из костей животных сооружались объекты и раньше, но совсем иные). Святилище эскимосов, созданное в непростых северных условиях, выглядит необыкновенно, как нечто неземное.

Китовая аллея, остров Итыгран

Расположена Китовая аллея на Чукотке, на острове с труднопроизносимым названием Итыгран. Она представляет собой аллею из симметрично «посаженных» в землю костей гренландских китов. В качестве строительного материала использовались челюсти и черепа (как подсчитали учёные, всего в расчленённом виде в стройке принимало участие не менее 50 взрослых китов).

Можно себе представить, насколько непростым было сооружение аллеи, если учесть, что одна кость высотой примерно 5 метров. А в некоторых из них есть отверстия искусственного происхождения. Поскольку черепа и кости челюсти находятся на некотором отдалении друг от друга, то, вероятно, ранее аллея была более масштабной, чем в те дни, когда началось её исследование. Но и по сохранившимся объектам можно понять, что Китовая аллея создана очень точно и аккуратно, возможно – по заранее созданному плану.

Итак, много веков назад жители Чукотки постарались изо всех сил, чтобы создать своё святилище. По нему ведет вымощенная камнями дорога, которая заканчивается окруженной крупными валунами площадка с очагом в центре. Однако все эти объекты пока ни на шаг не приблизили учёных к ответу на главные вопросы: кто и зачем создал Китовую аллею?
 
Понятно, что она имела ритуальное значение, но вот какое именно – ещё загадка. Даже в легендах местных жителей не сохранилось внятного ответа. Зато, если обращаться к ним, то можно узнать, что остров считался главным хранилищем мяса, но, чтобы открыть «мясную яму», нужно быть шаманом.

По другой версии Китовая аллея стала местом битвы «летающих шаманов», но в чём заключалась эта битва и кто победил, история, увы, не может ответить. Также Китовую аллею считают чем-то вроде местного Колизея – упомянутые выше отверстия могли служить для испытания силы и ловкости охотников, возможно, таким образом, проходил отбор в привилегированную касту добытчиков.

Китовая аллея имела не только религиозное, но и вполне утилитарное назначение – кое-где между костей расположены остатки хозяйственных ям, где хранилось добываемое на охоте мясо. Надо заметить, что его действительно было много, и антропологи-историки полагают, что здесь пировали не только шаманы, но и все участники племён (мужского пола).
 Китовая аллея, остров Итыгран
Кроме того, есть мнение, согласно которому Китовая аллея была и хранилищем, и святилищем, и спортивной площадкой… но главное – местом встречи участников первых «профсоюзов» охотников на китов и рыболовов вообще. А хранимые черепа считаются отметками для причалов лодок, чтобы представители этих профессий из разных племен могли легко найти дорогу, встретиться, обсудить проблемы и конфликты, а затем устроить общий пир.

В любом случае сам факт наличия такого объекта, как Китовая аллея, свидетельствует о том, что анекдоты про чукчей – не более чем глупый стереотип, потому что в непростых условиях они смогли создать достаточно сложную инфраструктуру, которая присуща более высокоразвитым цивилизациям, а также совершить одно из главных действий в истории развития человечества – объединиться, чтобы выжить, а не пытаться отобрать последнее у соседей. Так что Китовой аллеей можно восхищаться хотя бы за то, что она символизирует готовность к сотрудничеству и взаимопомощи, а также решение вопросы разговорами, а не кулаками». (Анастасия Берсенева, Ксения Кржижановская).

Китовая аллея, остров Итыгран

Чукотские петроглифы. И грибы для общения с НЛО
Удивлению ученых не было предела, когда в 1965 году на Чукотке, в долине реки Пегтымель, впервые обнаружили наскальные рисунки, сделанные чукчами. 

Поначалу попадались лишь изображения оленей - основного источника пищи у северного народа. Но когда археолог Николай Диков решил заняться этими петроглифами подробнее, то обнаружил среди рисунков совершенно непонятные изображения. То ли людей в огромных шляпах, то ли грибы со странными ножками, похожими на человеческие тела. Подобных рисунков на скалах ученые стали находить все больше и больше.
 
Все дело в шляпке

Поначалу возникло предположение, что эти петроглифы как-то связаны с инопланетными существами. Ученые, придерживающиеся более прагматичной позиции, пытались найти сходство изображенных предметов с чукчами в национальных одеждах. Но ни тем ни другим так и не удалось хоть как-то научно обосновать свои идеи. Тогда Николай Диков предположил, что это изображения таинственных человеко-грибов. Однако в то время его идея не получила поддержки в ученых кругах.

Так бы и остались очередной загадкой странные рисунки, изображенные чукчами на камнях, если бы в 1999 году известный этнограф Андрей Головнев при более подробном осмотре образов не обнаружил, что у грибовидных фигурок прослеживаются очертания ног, которые переданы замкнутой линией в виде ножки гриба. Эта находка сдвинула чашу весов в пользу гипотезы Николая Дикова. Но зачем и почему чукчи так настойчиво рисовали грибы с человеческими телами, предстояло еще разгадать.

По словам ученого секретаря Института археологии РАН доктора исторических наук Екатерины Дэвлет, «самые ранние «грибные» петроглифы датируются серединой первого тысячелетия нашей эры, а позднейшие - совсем недавним прошлым». Исходя из того, что чукчи на протяжении такого длительного периода рисовали человекоподобные грибы, ученые пришли к выводу, что это непременно связано с древним ритуальным обычаем северного народа.

Чтобы поставить точку в «грибном вопросе», в 2005 году на Кайкуульский обрыв была предпринята научная экспедиция, которую возглавила Екатерина Дэвлет. Исследователи отправились в долину реки Пегтымель с целью собрать максимально полный материал по чукотским петроглифам и изучить историю их происхождения. Место было выбрано не случайно.
 
Как рассказал «Итогам» участник экспедиции Игорь Георгиевский, «Кайкуульский обрыв Пегтымеля издавна был у чукчей чуть ли не единственным местом для переправы через реку. Здесь находится очень удобный брод, через который чукчи перегоняли оленей. Сначала диких, а потом, когда занялись животноводством, то и домашние стада». Соответственно, пережидая ненастья, люди расставляли там свои яранги и жили, пока река не успокоится, некоторые оставались на зимовку. 

Споров о том, почему чукчи рисовали на скалах оленей, у ученых в принципе не возникало. «Известно, что северные народы, чтобы умилостивить духов, рисовали оленей на камнях как самой долговечной вещи на земле, - говорит Екатерина Дэвлет. - По их поверьям, такие изображения могли принести охотникам и оленеводам удачу». Но среди более трехсот групп рисунков, найденных за четыре экспедиции Екатерины Дэвлет, около 10 процентов как раз изображали грибных человечков. Зачем? Ответ на этот вопрос и предстояло найти экспедиции.

Живя рядом с чукчами, ученые, конечно же, постоянно контактировали с местными жителями, изучали их обычаи и культуру. «Оказалось, у чукчей существует самый настоящий культ грибов, причем не обычных подберезовиков или опят, а именно мухоморов», - говорит Игорь Георгиевский. Так на одну загадку стало меньше. И что означают пятнышки на шляпках рисованных человечков, теперь понятно. Но почему же они не рисовали грибы как они есть, а придавали им получеловеческий образ?
 
Уроки рисования

Не секрет, что некоторые народы в своих ритуальных обрядах использовали психотропные вещества для вхождения в состояние измененного сознания. В том числе различные ядовитые или галлюциногенные грибы поедали шаманы перед совершением таинств. Представители народов Севера и Сибири ели в том числе и мухоморы, но для них гриб был в большей степени средством достижения транса - не более того. Так же как вино для европейца или сахарные яства для восточного человека.

Для чукчей же мухомор был чем-то большим. Об этом свидетельствует хотя бы то, с каким усердием и какой ценой они выбивали свои рисунки на скалах. «Когда мы только начали изучать петроглифы, то не было и сомнений, что они сделаны каменными орудиями, - говорит Екатерина Дэвлет. - Ведь своего металла на Чукотке не было вообще. С середины первого тысячелетия он завозился с Амура, а потом из центральных областей России. Если какой-­то предмет стачивался, то его не выбрасывали, а применяли для других целей». 

Поэтому не могло быть и речи, что ценнейший материал использовался преимущественно для рисования на камнях. Но каково было удивление ученых, когда они провели трасологическую экспертизу и практическое исследование! Эксперименты питерского археолога Евгения Гири показали, что петроглифы наносились именно металлическими орудиями. «Если не жалко было этого драгоценного орудия, то можно себе представить, какую духовную ценность изображениям мухоморов придавали чукчи», - говорит Екатерина Дэвлет.
 
Раскрыть тайну странных рисунков во многом помогли и сами чукчи. Хотя они очень неохотно говорят с посторонними об обычаях своего народа и никогда ни при каких условиях не рассказывают про духовную сторону своей жизни, но историкам и этнографам удалось выяснить, что люди-мухоморы существуют в мировоззрении чукчей наравне с остальными людьми. 

Оказывается, что северные народы используют мухоморы с вполне определенной целью. Их едят для общения с предками. «У всех народов развит культ почитания своих умерших родственников. Мы, например, ходим на кладбище по определенным дням в году, - рассказывает Екатерина Дэвлет, - и там, сидя у могилки, поминаем родителей или бабушек с дедами. Чукчи тоже не забывают о своих корнях, но процесс общения с предками происходит у них по-своему».

Могилы на Чукотке выглядят иначе. Обычно чукчи укладывают тела усопших родственников в тундре, и их растаскивают дикие животные. Иногда сооружаются каменные коробки в разломах скал. Но к останкам чукчи не ходят. Они посещают умерших в стране предков. По легенде, это большая долина, покрытая льдом из слез усопших людей.

Попасть в эту страну сам человек не может. Его должен провести туда человек-мухомор, который приходит только тогда, когда чукча съедает гриб и погружается в состояние, подобное опьянению. Если у других народов подобные психотропные препараты могли принимать только служители культа, то у чукчей мухоморы были доступны каждому. 
 
По словам местных жителей, процесс посещения умерших родственников происходит следующим образом: чукча съедает нужное количество мухоморов. Обычно оно кратно магическому числу 7. (Хотя медики уверяют, что такое количество ядовитых грибов для обычного человека просто-напросто несовместимо с жизнью.) После этого принявший грибы ложится и ждет прихода тех самых людей-мухоморов. Затем грибы «ведут» к желаемому предку. Тот может рассказать ему о своей загробной жизни и ответить на волнующие вопросы. Например, что замыслил дух болезни или дождя.
 
Кто смел, тот съел

Походы в страну предков - это еще не все, что дают чукчам мухоморы. Как рассказал Игорь Георгиевский, «эти ядовитые грибы присутствуют чуть ли не во всех областях жизни народов Чукотки». Их издревле используют и как лекарственное средство, и как стимуляторы. 

В эпосе чукчей существует множество легенд про чудо-богатырей и простых охотников, которые, чтобы преодолеть большие расстояния по тундре, принимали грибочки, дающие силу. Раненные зверем или в боях с враждебными племенами чукчи также ели мухоморы в качестве анестезирующего средства. В национальных костюмах чукчей как у мужчин, так и у женщин непременно присутствуют специальные мешочки - аптечки скорой помощи. В них, по преданиям, люди носили порошок из мухоморов.

Когда этнографы разгадали тайну людей-мухоморов, то, естественно, нашлись и такие, кому захотелось приобщиться к доселе неизвестной культуре чукчей. И, по рассказам как самих экспериментаторов, так и свидетелей, большинство таких попыток заканчивалось, мягко говоря, неудачно. Например, в 2007 году Чукотку посетила большая делегация американских этнографов. Некоторые из них решились отведать чудо-грибов. В итоге все дело закончилось банальным отравлением.

Надо признать, многие исследователи народов Севера пытались повторить ритуальные действия чукчей, но мало кто получил от поедания мухоморов ожидаемый эффект. Кто знает, может быть, на самом деле у этого кочевого народа помимо поверий есть какая-то особенность, дающая им возможность так мирно уживаться с ядовитыми грибами. («Итоги»).

 

Остров Врангеля
В далекой холодной Арктике среди ледяных глубин северных морей, навечно закованный в многовековые льды, сияя бескрайними белыми равнинами, лежит легендарный остров Врангеля. Остров Врангеля оставался terra incognita вплоть до девятнадцатого века, пока русская полярная экспедиция не обследовала берега Чукотки.

Возглавлял исследования известный ученый Ф.П. Врангель. В честь него и назвали остров. Экспедиция была очень тяжелой. Ученые использовали собачьи упряжки. Они объездили все побережье и составили подробную его карту, во время обследования побережья ученые узнали от местных жителей, что в хорошую погоду вдалеке за кромкой воды виднеются горы.

Исследователи сделали несколько попыток достичь неизвестной земли, но дальше двухсот километров продвинуться не смогли, путь преграждали колоссальные полыньи, ледяные горы, дрейфующие льдины. Все вместе это образовывало непреодолимые препятствия. Казалось, сама природа восстала против людей.
 
У исследователей кончились деньги, запасы и ученым пришлось возвращаться домой. Спустя пятьдесят лет вдоль берегов острова смог пройти на китобойном корабле американский гражданин капитан Лонг, в честь которого в дальнейшем и назвали пролив между островом и материком. Он благородно назвал открытый им остров именем русского ученого, которому так было и не суждено побывать на нем. Первым человеком, высадившимся на остров, был капитан Хупер, тоже гражданин Америки, приплывший на корабле «Корвина».

Советская власть многое сделала для изучения острова. В 1934 году на остров прибыли советские полярники, провели там зиму с научными целями, составили карту острова, установили в проливе научную станцию. Станция существует и в наши дни.

В 1974 году остров взят под охрану государства и на нем организован единственный арктический заповедник СССР. Погода на острове весьма холодная. Зима длится десять месяцев, начинается в сентябре и заканчивается в июне. В середине зимы на остров ложится полярная ночь, которая длится с ноября до января. В эти месяцы только северное сияние освещает бескрайние снежные просторы острова. Северные сияния на острове грандиозны и очень продолжительны, иногда небо переливается всеми цветами радуги по неделе.

На острове часто случаются ураганы. Ураганный ветер достигает скорости ста пятидесяти километров в час. Ветром снег с равнин сдувает в огромные сугробы, которые иногда достигают двадцати пяти метров.
 
В июле наступает непродолжительное северное лето, которое очень быстротечно, длится всего два месяца июль и август. Летом солнце не уходит за горизонт – наступает длинный арктический день. Лето совершенно преображает остров: весело журчат ручьи, шумят речки, поля покрываются изумрудной свежей зеленью и цветами. Растительность на острове весьма скудная, состоит в основном из карликовых кустарников, высотой не более 10 см. Среднегодовая температура на острове составляет минус одиннадцать градусов. В самые жаркие летние дни может достигать пятнадцати градусов.

Летом на острове успевает вызревать брусника, цветут маки, шумит северная осока, растет пряная полынь и ковыль. Рыба в водоемах острова не водится, так как суровой зимой они промерзают до самого дна. У морского побережья наблюдаются лежбища моржей. Они питаются в основном моллюсками, которых добывают из морского ила.

Так же на берегу можно увидеть стада тюленей, которые промышляют ловлей рыбы. Особо богат остров на многочисленные шумные птичьи базары. На острове водятся кайры, чайки, бакланы, поморники. По данным ученых на острове гнездится более 200 000 птиц. Достопримечательностью острова является розовая чайка, зимующая на севере, где кормится из незамерзающих полыней рыбой.
 
На острове проживают уникальные дикие белые гуси. Рассказывая о фауне острова, никак нельзя обойти вниманием островного царя – белого медведя. Это огромный зверь весом до семисот килограмм, покрытый густой белой шерстью, защищенный от холода толстым слоем жира. Медведь питается в основном рыбой.

На острове живет удивительный зверь – овцебык. Его завезли на остров в 1975 году, и с тех пор он отлично прижился и размножается, увеличивая популяцию. (Анастасия Берсенева).

 

Мамонтовы кладбища (частично и на Чукотке)
На территорию Якутии приходится около 80 % всех находок останков мамонтов в мире и других ископаемых животных с сохранившимися мягкими тканями. В 1799 году впервые в мире в дельте реки Лены в районе Быковского мыса охотником О. Шумаховым была обнаружена почти полная туша крупного мамонта. Мамонт находился в большой земляной глыбе, обвалившейся с крутого берега.

Во многих регионах Севера (на Чукотке, Колыме, Аляске и в особенности в Якутии) часто находят останки вымерших доисторических млекопитающих - мамонтов. Чаще всего подобные находки бывают случайными: их обнаруживают золотодобытчики в результате снятия больших пластов земли и торфа.

Одним из наиболее масштабных и широко известных мест скопления бивней, костей и даже значительных фрагментов почти не тронутых гнилью туш, является небольшой участок на берегу притока Индигирки, получивший название Берелехское кладбище мамонтов.
 
Вокруг - лесотундра, равнина, поросшая низкорослой травой, мхом, карликовыми березами, ивняком, багульником и стлаником. Березы, кедры и кустарники вырастают по колено взрослого человека. Длинный отлогий берег реки Берелех - притока Индигирки - усыпан костями древних животных. У воды рассыпаны останки диких лошадей, мамонтов, шерстистых носорогов, бизонов, пещерных львов, волков, зайцев и росомах. Скованные вечной мерзлотой земли Якутии сохранили для нас многочисленные следы прошлого.

Около миллиона лет назад относительно недалеко от этого места временами перекидывался мостик между Азией и Америкой. На месте Берингова пролива возникала суша - Берингия. По этим землям проходили туда и обратно древние животные.

В Аллаиховском улусе расположилось всемирно известное Берелехское кладбище мамонтов. Об этом месте стало известно еще в 1947 году, но только в 1970 было снаряжено две экспедиции для исследования местности. Это уникальное место образовалось в результате скопления животных, утонувших в водах озера. Из-за вечной мерзлоты бивни мамонтов сохранились в идеальном состоянии до наших дней.

Это кладбище мамонтов в 1970 году было исследовано Н.К.Верещагиным, Б.С.Русановым и соавтором этой книги П.А.Лазаревым. Ими здесь было собрано 7,5 тыс. различных костей. Из них 98,6% являются костями молодых и зрелых мамонтов. Были находки единичных костей шерстистого носорога, древней дикой лошади, бизона, волка, пещерного льва, зайца и росомахи. А недалеко от этого кладбища мамонтов была найдена стоянка людей-дюктайцев, живших здесь 12-13 тыс. лет тому назад. Все это вместе взятое является веским доказательством существования способа охоты загоном животных на лед.
 
Среди находок есть также нога мамонта, длиной 170 см, с сохранившейся на ней шерстью.

Учёные попытались установить причину гибели огромного количества мамонтов на реке Берелех. Во время этих работ была найдена замороженная задняя нога некрупного взрослого мамонта длиной 170 см. За многие тысячи лет нога мумифицировалась, но сохранилась достаточно хорошо – вместе со шкурой и шерстью, отдельные пряди которой достигали длины 120 см. 

Абсолютный возраст ноги берелехского мамонта был определен примерно в 13 тыс. лет. Возраст других найденных костей мамонтов, которые были продатированы позже, составлял от 14 до 12 тыс. лет. На захоронении были найдены остатки и других животных. Например, рядом с замороженной ногой мамонта обнаружились замороженные и мумифицированные трупы древней росомахи и белой куропатки, живших в ту же эпоху, что и мамонты. Костей других животных, шерстистого носорога, древней лошади, бизона, овцебыка, северного оленя, зайца-беляка, волка, обитавших в районе Берелехского местонахождения в Ледниковую эпоху, было относительно немного – менее 1%. Кости мамонтов составляли более 99,3 % всех находок.

Одновременно в 1970 г. рядом с местонахождением костей мамонтов Н.К. Верещагин открыл одну из самых северных палеолитических стоянок человека в Евразии, которую относят к финалу ледникового периода (13 420–10 600 лет). Позднее стоянку исследовал известный якутский археолог Ю.А. Мочанов. Здесь же обнаружено более 1000 костей животных, на которых охотились древние обитатели стоянки. 
 
Среди кухонных отбросов древнейших жителей Берелеха больше всего оказалось костей зайцев (827 экз.), а не мамонта. Обитатели палеолитической стоянки на Берелехе, так же как и жители палеолитических стоянок этой эпохи в Сибири и на Русской Равнине, охотились на зайцев. Найденные на Берелехской позднепалеолитической стоянке обожженные и расколотые кости мамонтов, судя по их сохранности, – не остатки животных, убитых на охоте, а кости, подобранные на соседнем кладбище мамонтов.

На самом деле, за многие десятилетия изучения мамонтов получено всего 1-2 прямых свидетельства массовых охот на мамонтов (памятники верхнего палеолита Костенки, Воронежская область и Мамонтовый ручей – Луговское, Ханты-Мансийский автономный округ). Очевидно, охота на этих древних слонов не была распространенным видом промысла для наших предков. В своем быту они использовали естественно образовавшиеся скопления костей мамонтов (для поддержания огня в безлесной зоне, а также для строительства жилищ) или же туши только что погибших животных.

Со времен первых экспедиций 1970-1971 годов, то есть на протяжении 40 лет крупные научные исследования на Берелехе не проводили. Сказалось труднодоступность и удаленность от «Большой земли». Иногда на Берелех наведывались сборщики мамонтовых бивней, но, пожалуй, этим визиты людей на знаменитое мамонтовое кладбище и ограничивались.
 
В июле 2009 года в рамках программы исследований по Государственному заказу Министерства науки и профессионального образования Якутии и контроля состояния памятников природы, ведущему научному сотруднику Института геологии алмаза и благородных металлов СО РАН (Якутск) Геннадию Гавриловичу Боескорову удалось посетить это местонахождение. 

За прошедшие со времени экспедиций Верещагина 40 лет здесь практически ничего не изменилось. Оттаивающая под летним солнцем темно-серая мерзлая порода речного обрыва сползает по склону к воде, постепенно перемещая кости мамонтов к урезу воды. Их завал на берегу реки производил невероятное впечатление. Среди костей, лежавших на берегу и на склоне, попадались кости мамонтов разного возраста: фрагменты черепа, длинные кости конечностей, ребра, лопатки, позвонки и другие кости.

Еще прежние исследования коллекции костей мамонтов показали, что на Берелехском кладбище мамонтов присутствуют остатки взрослых самок и детенышей. Кроме того, здесь очень много костей молодых мамонтов (от 4 до 6-8 лет). Этот факт, а также строение древних речных отложений, из которых вытаивали кости, навело ученых на мысль, что кладбище формировалось в течение длительного времени при замывании трупов мамонтов, погибших в долине древней реки Берелех. 
 
В древних отложениях, множество костей мамонтов было беспорядочно перемешано. Целых скелетов на Берелехе найти невозможно, а части замерзших трупов встречаются очень редко. Скорее всего, река многократно размывала и перезахоранивала мамонтовые остатки.

Результаты нового визита на Берелех подтвердили это предположение. На берегу реки и на склоне удалось насчитать 330 костей разных животных. Обычно в местонахождениях мамонтовой фауны на территории Якутии среди остатков крупных животных преобладают в сходных долях кости мамонтов, лошадей и бизонов. Причем остатки каждого из этих видов составляют от 25 до 30% от общего количества костей. Реже встречаются кости северного оленя (до 7 – 10%) и шерстистого носорога (до 4 – 5%).

Соотношение числа костей мамонтов к числу костей других животных было схожим с данными экспедиций 1970-1971 годов. Мамонты составляли 98,2%. Остатки других животных мамонтовой фауны (шерстистого носорога, древней лошади, северного оленя и бизона) были представлены лишь несколькими фрагментами костей. По подсчетам ученых кости мамонтов относились, как минимум, к 18 особям, среди которых было не менее 11 взрослых, 5 молодых и 2 детеныша – целая семейная группа. Видимо, окрестности местонахождения были гибельны именно для мамонтов.

Исследователи пришли к выводу, что гибель, перенос и захоронение остатков мамонтов в определенных участках речных долин вызваны особенностями экологии и поведения древних слонов. Их жизнь, поиск пищи и сезонные миграции происходили в долинах рек. В опасных участках речных долин слабые мамонты, или особи, попавшие в естественную ловушку, гибли, и год за годом здесь накапливалось огромное количество их костей. Скорее всего, именно так могло сформироваться Берелехское кладбище.
 
Другая ценная находка - голова мамонта, на которой сохранился кожный покров и бивни. На голове хорошо видны ухо, а также фрагменты волос.На кладбище мамонтов были найдены не только отсанки предка современного слона - в породах были обнаружены захоронения самых разных животных: пещерного льва, шерстистого носорога, зайца, дикой лошади, волка, бизона и других. Исследователями Б.С. Русановым, Н.К. Верещагиным и П.А. Лазаревым было собрано 7 500 различных костей животных.

Рядом с захоронениями мамонтов была открыта самая северная стоянка человека палеолитического периода - людей-дюктайцев, обитавших здесь 12 000-13 000 лет тому назад. Стоянка была тщательно исследована. Редультаты раскопок опровергли и поныне устоявшийся стереотип о том, что древние люди день и ночь охотились на мамонта - большая часть найденных костей животных принадлежала зайцу. В 2007 году кладбище объявлено особо охраняемым геологическим объектом республиканского значения (памятником природы).
 

В поисках Иркуйема - легендарного огромного бурого медведя с севера

  Намеки на существование медведя иркуйема можно найти в записках аж XVIII в. Но остро вопрос его существования стал в начале прошлого столетия.

Иркуйем — таинственный бурый медведь необычно крупных размеров, якобы живущий в отдаленных уголках Чукотки и Камчатки, причем некоторые исследователи добавляют к ареалу еще Аляску и северо-западные районы Канады.

От обычных бурых медведей он отличается не только размерами и весом (по разным описаниям, от 500 до 1500 кг), но и телосложением. У иркуйема длинные передние и короткие задние лапы, плюс некий «курдюк» в задней части тела, в честь которого он и получил свое наименование от коряков — «волочащиеся штаны».

Да и мех у иркуйема гораздо светлее, чем у обычных местных медведей. Ну и еще характер. Животное это более агрессивное и задиристое, чем обычный медведь. А вот уйти от охотников вовремя не может из-за особенностей анатомии.

В 1920-е гг. иркуйемом серьезно заинтересовался шведский зоолог Стен Бергман. Изучив попавшую к нему шкуру, ученый объявил о том, что открыл нового медведя — Ursus arctos piscator. Животное получило неофициальное имя «медведь Бергмана». Но через некоторбе время открытие было поставлено под сомнение, а новых убедительных доказательств его существования обнаружить тогда не удалось.

Позже иркуйемом «заболел» знаменитый канадский писатель и знаток Арктики Фарли Моуэт, благодаря которому о нем и узнал весь мир.

Пик популярности историй об иркуйеме приходится на 1960-е — 1990-е гг., когда в советских журналах «Вокруг света» и «Охота и охотничье хозяйство» появились статьи о чукотском медведе. Писатель Олег Куваев даже съездил с экспедицией в район озеро Эльгыгытгын, что в 300 км от Чаунской губы, где животное якобы встречали чаще всего.

Специалисты-охотоведы же смотрели на факт его существования критически. Но тут появился энтузиаст, который смог подхватить упавшее было знамя поисков, — Родион Николаевич Сиволобов. Он разослал по местным и центральным изданиям свои статьи, где рассказывал о том, что медведей со странной внешностью добывали на Камчатке в 1976, 1980 и 1982 гг.

Сиволобов состоял в переписке с сотрудником журнала «Вокруг света» Валерием Орловым, поэтому детали поисков стали известны досконально.

Короче говоря, последний факт охоты на иркуйема относится к 1991 г. А далее нашей стране было не до нового медведя...

Версии

Какие же версии выдвигают ученые относительно природы иркуйема? Самые большие энтузиасты предполагают, что речь может идти о небольшой популяции арктодус симус (Arctodus simus) — гигантского короткомордого медведя, жившего в Северной Америке около 10 тысяч лет назад.

Скептики же утверждают, что хоть Чукотка, Камчатка и Аляска и дикие места, но они изучены достаточно хорошо для того, чтобы в них можно было не найти популяцию огромных медведей, прячущуюся на протяжении 10тыс. лет. Более того, по азиатскую сторону Берингова пролива останки симуса так обнаружены и не были.

Другие криптозоологи утверждают, что иркуйем — отдельный подвид бурых медведей. Но достаточных подтверждений этой версии пока что нет.

Николай Кузьмич Верещагин, профессор Зоологического института в Санкт-Петербурге, на основе описания Сиволобова выдвинул теорию происхождения иркуйема, его статью напечатал журнал «Охота и охотничье хозяйство» в 1987 г. (В 1988 г. студия «Киевнаучфильм» сняла фильм о животном мире Камчатки — «Куда ушёл иркуйем?», основой сюжета которого была проблема иркуйема.)

По теории Верещагина, Сиволобов встречался с выжившими потомками Arctodus symus, ископаемого короткомордого медведя. Останки короткомордых медведей палеонтологи находили, и ознакомиться с ними можно в естественно-научных музеях Америки. Вот только находили эти останки преимущественно на территории Северной Америки, и они неизвестны на территории Сибири.

Надо ли говорить, как встретил научный мир теорию Верещагина?

Так и остается существование медведя Бергмана недоказанным — нет ни подлинных фотографий живого животного, ни останков. Не остается ничего другого, как причислить «Очень Большого Медведя» (название статьи Куваева) к криптидам, поиски которых — дело энтузиастов.

Существует мнение, что гигантские медведи, которые действительно изредка попадались на глаза людям на Чукотке и Камчатке, — не что иное, как аляскинские гризли (один из подвидов бурого медведя, отличающийся особо крупными размерами), зашедшие через Берингов пролив.

Высказывались и предположения, что медведи необычной внешности могли быть либо уродами, либо исключительно редкими случаями помеси белого и бурого медведей; и в том и в другом случае они были мало жизнеспособны и, вероятно, быстро погибали.

   

_________________________________________________________________________________________
ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ И ФОТО:
Команда Кочующие
Энциклопедия аномальных зон России.
Материалы и статьи В.Черноброва
Сайт Космопоиска
Аномальные зоны Сибири и Дальнего Востока

Отправить комментарий

Фотографии на сайте размещены в качестве научного, информационного, учебного и культурного материала без цели извлечения прибыли.